"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Если верить описанию двоюродной племянницы, тетушка была несколько глуповата, но очень добра и донельзя наивна. Честно говоря, услышать такое от Акси мне было смешно. Это какой должна быть мадам Габриэлла, чтобы мадемуазель Энниль охарактеризовала ее как наивную? Стиль же общения своей родственницы Акси попыталась мне продемонстрировать. Лучше всего то, что я услышала, подходило под описание «милый щебет», и это являлось для меня основной проблемой. Я с трудом представляла себе, как буду разговаривать подобным образом. Надо потренироваться. Понуро вздохнув и покорившись своей несчастной доле, я приступила:
— Добренький день! О, Рейчел, дорогая, я так рада тебя видеть! Ты немного потолстела, тебе не кажется? И твоя новая прическа... что, парикмахер новый? Советую сменить, никуда не годится. Сходим вместе, хорошо? Антей, мальчик мой. Все сидишь дома без дела? Скоро совсем плесенью покроешься... ничего, погуляешь со мной по магазинам, прикупим тебе шляпу от солнца, а то совсем волосики выгорели... — Я попыталась изобразить укоризненное хмыканье.
Сзади раздались веселый смех и аплодисменты.
— Очень похоже, — сообщила Акси, появившаяся через парадную дверь. Подойдя, она протянула мне три магические таблички. — Думаю, тетю вы без проблем опознаете. А теперь простите, мне пора, я не могу надолго отлучаться. — И девушка легко скользнула обратно в приоткрытую створку.
Сочтя, что и мне не стоит тут рассиживаться, не ровен час мадам Фау решит прокатиться на лодке по каналу или просто выглянет в окно, я покинула уютную набережную и направилась прямиком к дракону, на очередной сеанс обучения черной магии. Если поначалу сам факт того, что я пользуюсь запрещенными заклинаниями, меня шокировал и удручал, то со временем я привыкла и теперь полностью разделяла мнение Зенедина, утверждавшего, что вред не в словах, а в целях использования заклинания. В конце концов, и ножом не только хлеб режут.
Не в силах бороться с любопытством, я завернула домой, захватить зеркало. Как-то глупо учиться менять облик, но не иметь возможности лицезреть полученный результат. Увидев летящее за мной зеркало, дракон усмехнулся в клыки, но ничего не сказал. С трудом я опустила ношу на землю, расположилась на валуне и, обхватив коленки руками, вопросила:
— Вы собираетесь меня учить или как?
— На данный момент или как, — спокойно сообщил Зенедин, аппетитно похрустывая костями выданного ему на обед зайца. — Попытки что-либо тебе растолковать вредно сказываются на пищеварении, а еда — одно из немногих доступных мне в последние столетия удовольствий.
Какие мы нежные. Сам виноват, нечего было пытаться вернуться в страну со своего полуострова. Понятно же должно быть, если драконы-оборотни довели людей до того, что их изгнали, то вряд ли назад примут с распростертыми объятиями. Кроме того, стоит не забывать о том, что маг, заточивший Зенедина на скале, погиб в той битве, а мне кажется, что лучше быть живым и прикованным, чем бесповоротно мертвым.
Пока я предавалась размышлениям на философские темы, дракон доел последний кусочек, довольно облизнул морду длинным, узким языком, развалился, раскинув лапы, на краю скалы и недовольно проворчал:
— Бес с тобой, давай займемся делом, тебе же еще к экзамену готовиться надо, если я ничего не путаю. Последний остался?
— Угу, — жуя травинку, подтвердила я.
— А писку-то было, писку. «Я ничего не сдам, я все пропустила, я бросаю учебу!» Согласна теперь, что я был прав?
— В какой-то степени. Если серьезно, то у меня стойкое убеждение, что я успешно сдаю экзамены не благодаря своим знаниям, а лишь потому, что раскрыла убийство мсье Траэра. — Я хмыкнула. — Хорошо, что профессорам никто не сообщил, что мсье Голльери был ни при чем и суд приговорил невиновного.
— Невиновного в убийстве! — поднял кончик хвоста вертикально вверх собеседник.
— Ладно, ладно, — тут же сдалась я. — Эту тему мы уже обсуждали и к единому мнению не пришли. Давайте уже перейдем к более насущным вопросам.
— Кто бы возражал, я всегда готов, — тут же парировал Зенедин, как обычно косвенно обвинив меня в беседе на отвлеченные темы. — Надеюсь, изображение родственницы мсье Энниля ты захватила.
 
Никак не откомментировав столь лестное предположение, я просто достала из сумочки таблички и пролевитировала одну из них прямо под нос дракону. Оценив размер картинки, он раздраженно фыркнул, отпихнул ее чешуйчатой лапой и предложил:
— Создай лучше проекцию. Все равно тебе она понадобится, а мне смотреть удобнее будет.
Я недовольно поморщилась. Вот чего я совершенно не могу терпеть, так это проекции. Не знаю уж почему, но они у меня толком не выходят, я постоянно отвлекаюсь, думаю о разных глупостях, и в результате получается совершенно не то, что я старательно пыталась изобразить.
Заметив мое перекосившееся лицо, оборотень с тревогой поинтересовался:
— Надеюсь, тебе нравится внешность... — Он запнулся. — А в кого, собственно, ты планируешь перевоплощаться?
— В надоедливую двоюродную тетушку из деревеньки под Оршо, мадам Габриэллу, — отрапортовала я.
— Так вот, надеюсь, тебе нравится ее внешность? Иначе, учитывая полное отсутствие подобного опыта, у нас могут возникнуть проблемы.
Я внимательно вгляделась в картинку, на которой семейство Энниль в полном составе сгрудилось на площади у музея города. Нельзя не признать, что даже в пожилом возрасте мадам Габриэлла выглядела достаточно привлекательно. Худощавая, как и своя племянница, но в отличие от нее довольно низкорослая, мадам улыбалась, обнимая своих родственников. Ее зеленые глаза смотрели на мир с какой-то совершенно детской наивностью и уверенностью, что ее никто не обидит, черты лица были достаточно мелкие, круглый рот, небольшой аккуратный нос, точеный подбородок. Смущали меня лишь морщины да собранные на затылке в пучок волосы. Подняв глаза на терпеливо ждущего ответа дракона, я задорно улыбнулась.
— Нравится. И это будет довольно забавно — попробовать себя в роли пожилой женщины, возможно, старость перестанет меня пугать.
— Почему ты ее боишься? — непонимающе спросил Зенедин.
— А вам бы понравилась перспектива стать дряхлым и некрасивым?
— В этом все дело? — хохотнул дракон, пройдясь хвостом по оказавшемуся в неудачном месте кусту. — Сколько, по-твоему, лет Албене?
Я задумалась. Ранее вопросом возраста наших преподавателей, в том числе и датой рождения все знающей про зелья ведьмы Албены, я не задавалась и сейчас была вынуждена признать, что выглядит она более чем неплохо.
— Около сорока? — предположила я.
— Семьдесят, — огорошил меня собеседник и, убедившись, что я потеряла дар речи, пояснил: — Любая мало-мальски приличная волшебница в состоянии предотвратить потерю красоты и почти до самой смерти выглядеть великолепно. Так что перевоплощение будет для тебя скорее возможностью испытать то, что иначе с тобой еще очень долго не произойдет.
— Вы меня обнадежили, — усмехнулась я. — Теперь я совершенно спокойна насчет своего будущего без морщин.
— Тогда прекрати бессмысленную болтовню и приступай к проекции, — безапелляционным тоном велел дракон и, опустив голову на лапы, выжидающе на меня уставился.
Отступать некуда... Я еще раз пристально оглядела таблички, закрыла глаза и попыталась сосредоточиться. Через пару секунд я обиженно посмотрела на буравящего меня взглядом дракона и уточнила:
— Простите, а в каком виде вам создать проекцию? Не уверена, что у меня достаточно фантазии, чтобы точно представить себе обнаженный вариант мадам Габриэллы, а одежда у нее на всех картинках разная.
— Правильный вопрос. Выбери для начала любую из трех, а потом в свою переоденешь. Кстати, надеюсь, у тебя в гардеробе найдется хоть что-то подобное? А то твои любимые юбки погубят весь план.
— А чем вам мои юбки не угодили? — возмутилась я.
— Так! — взмахом левой лапы остановил меня Зенедин. — Не отвлекайся. Вопросы гардероба обсудим потом.
— Ну вот, не дают время потянуть, — под нос пробурчала я, снова послушно закрыла глаза и принялась вырисовывать двоюродную тетушку мадемуазель Энниль.