"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Я — ветер, взметающий песок по плитам твоих площадей!
Я — пепел на твоих почерневших от копоти руинах!
Я — страх, взрывающий болью сердца твоих жителей!
Воинственно размахивая Мечом Орну, я хрипел и задыхался от душившего меня кашля. Я спешил в Вечный Город, мне нужно было успеть, пока ясны еще мысли, пока не погас жертвенный огонь, испепеливший мое сердце, пока вслед за сердцем не сгорела моя плоть, пока пробуждающийся Зверь не поглотил мое сознание.
Эпилог
Гвидион стоял в траве по пояс, медленно водил руками по кончикам колышущейся волны и разговаривал с богами. С богами, которым молятся люди, с богами, которых пре — дают люди, с богами, которые прощают людям и их молитвы, и их предательство. Он был тогда только кельтом с легендарным именем, только человеком с пульсирующим сердцем, только душой, объятой горем. Он пил эту ночь, захлебываясь Вечностью, он ловил ртом терпкий воздух Медового Острова, выдыхая холодный ветер. А мимо проносилась Дикая Охота, белые собаки заливались лаем. Всадник, натянув поводья коня, остановился, приветствуя старого знакомого.
— Я обещал отпустить его, — сказал ему Гвидион вместо приветствия, и голос его дрогнул от подступившего к горлу кома.
— Ты всегда раздавал пустые обещания, — грустно промолвил Всадник.
— Но ведь ты можешь мне помочь! — воскликнул Гвидион.
— Тебе, но не ему, — Всадник покачал головой, — я не властен над Вечностью.
Гвидион молчал и сжимал в руках корень мандрагоры, отчаянно стараясь не выдать своей слабости. Конь Всадника нетерпеливо переступал в ожидании продолжения бешеной скачки. Собаки разбежались по лугу, яростно лая. Всадник сказал:
— Я обещаю тебе, я не забуду о нем, я буду на месте, когда придет срок.
— Он не выдержит! Никто не выдержит такого срока! — не сдержавшись, закричал Гвидион.
— Но я уже ничем не могу ему помочь, кому, как не тебе, знать это. Смирись! — ответил Всадник и поднял на дыбы коня, но Гвидион ухватился за его плащ:
— Ты не можешь, не смеешь так разговаривать со мной! Не смею?! — Всадник расхохотался, и эхо разнесло жуткий звук его голоса по долине, разбудило спящих птиц, которые с безумным криком взвились в ночное небо и умчались прочь, подальше от Дикой Охоты. — Я смею все, пока ты будешь продолжать эту глупую игру. Пока ты будешь строить свои великие замыслы и геройствовать среди тех, кто неспособен даже запомнить все твои подвиги, я смею все! Твой план не удался! Твой очередной план опять не удался! Право, друг мой, мне больно наблюдать столетие за столетием, как ты бьешься в кровь, теряешь друзей и родных, плетешь интриги и составляешь коварные планы. И все напрасно! Ради чего все это? Чтобы в который раз обливаться слезами над очередной потерей? Неужели тебе и вправду жаль его, этого короля, так и не преодолевшего нескольких ступеней к трону? Пустое, я не поверю тебе. Ты никогда не любил своего соперника.
— Неправда! — воскликнул Гвидион. — Я любил брата больше всего на свете, больше долга, больше жизни и даже больше нее!
— Поэтому ты вовлек их в свой темный обряд?
— Я только помогал им!
— Ты говоришь так искренне, что можно подумать, будто ты и сам веришь в это, — Всадник насмешливо посмотрел на мага. — Ты использовал ее для своих целей, а она, в свою очередь, играла с тобой. Она забрала себе всю твою жизненную силу, во что она тебя превратила, слабый маг!
— Она не виновата! Я сам делился с ней силой, я спас ее, она едва не погибла!
— Брось все, поедем со мной! — закричал ему Всадник. — Смотри, у меня есть свободные лошади, возьми себе одну. Я отвезу тебя туда, где не бывает боли и слез, я отвезу тебя туда, куда стремится твое сердце, я отвезу тебя к ней!
Гвидион покачал головой:
— Она не примет меня, она отвергнет меня теперь.
— Она непостоянна, — Всадник ухмыльнулся, — поверь мне, друг, если она отвергла тебя сегодня, сделай вторую попытку завтра, вдруг повезет.
Маг ничего не ответил Всаднику, лишь сжал кулаки и опустил голову. Гвидион вспомнил, как сидела она рядом с Вороном в его пещере, перебирала пергаменты тонкими пальцами, опасливо посматривала на мага, робко улыбалась в надежде добиться его расположения. Как прежде, они вели тонкую игру, как прежде, она ее выиграла. Гвидион догадался, что нахальная ухмылка Всадника — всего лишь пустая бравада. И, словно прочитан мысли мага, Предводитель Дикой Охоты стал вдруг серьезным и грустным. Вздохнув, он сказал:
— Ну что ж, прощай, вечный романтик и поэт! Ты запутался, бедный маг, запутался в своих и чужих чувствах, запутался в лунном свете. Ты играл теми, кто любил тебя, и растерял их всех, и теперь некому помочь тебе, некому даже пожалеть тебя.
Всадник протяжно засвистел, собаки ответили ему громким лаем, и Дикая Охота понеслась прочь.
Гвидион остался один на поляне под переплетеньями созвездий, кружившихся и меняющихся местами в черном бездонном небе. Жрец выронил бесполезный теперь корень мандрагоры. Наслаждаясь горечью и болью своего бессилия, он сглотнул горькие слезы и безнадежно махнул рукой звездам, отпускал их.
Ветер переменился. Неся с собой соленый привкус моря, он дул теперь с севера и поддерживал мага за плечи, вместо ушедшего брата.
Мерцая на грани миров, ночь тихо плыла мимо, наполняя легкие яблоневым ароматом, обманывая и даруя надежду, что когда-нибудь в его голове смолкнет голос брата: «Ты обещал отпустить меня».
Глоссарий
«Cad Goddeu» — «Битва Деревьев» — древняя валлийская поэма. Предположительный автор — легендарный валлийский бард Талиесин (Талесин), живший в VI веке н. э.
Аллоброги — племена кельтов, населявших территорию современной Швейцарии.
Альбион — древнее название Британии, образовалось от индоевропейского корня *А1biо — и означает «Верхний Мир», «Мир людей».
Альбула — Albula (лат.) — древнее название Тибра.
Балор — в ирландской мифологии предводитель фоморов, чародей. Его глаз обладал смертоносной силой и уничтожал все, на что смотрит. Балор был убит в битве между Племенем Богини Дану (TuathaDeDanann) и фоморами. Предания говорят, что его голова была отрублена и водружена на высокий камень.
Белин и Бренн — легендарные правители Британии. В «Истории Бриттов» Гальфрида Монмутского упоминаются только эти два сына короля Дунваллона. Боги Бел (Белин) и Бран (Бренн) занимают значительное место в кельтской мифологии. Имя Бренн, или Бран (bran), переводится с валлийского как ворон.
Бельтайн — Beltaine (древнеирландский) — «Огонь Бела» — древний кельтский календарный праздник (1 мая), посвященный солнцу и свету. С этого дня отсчитывалась летняя половина года.
Блейдд — Blaidd (валл.) — волк.
Великая Богиня — Богиня Дану в ирландской мифологии или Дон в валлийской, прародительница кельтских богов.
Восточный Континент — т. е. Европа относительно Британии.
Гальфрид Монмутский — писатель, историк и поэт, живший в ХII веке, автор псевдоисторической хроники «История Бриттов» и поэмы «Жизнь Мерлина». «История Бриттов» (или «История королей Британии») занимает заметное место среди других литературных памятников Средневековья. Исследователи утверждают, что большая часть хроники — плод собственной фантазии автора, но тем не менее сюжеты «Истории Бриттов» разошлись по другим книгам, повторились в сотнях литературных памятников разных эпох и народов.
Гвир — gwir (валл.) — сила, правда.
Гвиддбуйлл — gwyddbwyll (валл.) — игра, отдаленно напоминающая шахматы. Смысл игры в том, чтобы король и его дружина прошли из центра доски к ее краю, отбивая нападение врагов. Существовали варианты игры, когда ходы делались согласно очкам, выпавшим на игральных костях.
Гвидион — одна из центральных фигур в валлийской мифологии, бог и великий маг, совершивший множество подвигов.