(не) Измена. Ребенок от бывшего мужа (СИ)

Именно это понимание оглушает и в глазах начинает щипать. Это больно. Это очень больно смотреть в глаза мужчины, которого однажды любила со всей страстью и пылом и понимать, что он тебе чужой, что ты ему чужая…
Не знаю почему мне становится так горько. Обидно. Я не столько эмоций испытала на парковке от близкого контакта с Семочкой, чем вот сейчас, когда Михаил так равнодушно рассматривает следы на моем теле…
Заталкиваю свои чувства поглубже и выпрямляю плечи, наконец отвечая на выпад Мишы:
- Отвали, Воронов, это тебя не касается!
Чеканю слова и пытаюсь скопировать стиль общения моего бывшего.
- Ты мне никто и благодарности не жди. Я не дева в беде, которую спас рыцарь, да и ты на героя не тянешь. Ах, да! Я забыла – ты не любитель марать руки. Мне может тех бравых ОМОНовцев поблагодарить?!
Чувствую, что перегибаю. Раньше я бы никогда не посмела так говорить с Мишей, зная его нрав – он и за меньшее в бараний рог скрутить может, а вот я нарываюсь на грубость. Если задать себе вопрос почему я это делаю – я и сама не знаю.
Мне просто больно. Больно быть здесь с ним и знать, что он стал свидетелем моего падения. Напали на меня, а стыдно мне…
- И что каждого поблагодаришь лично?
Почему-то страшно становится от интонации. Мороз по коже идет. Мурашки гарцуют на лопатках.
- Ну не тебя же благодарить, спаситель, наблюдающий за киношкой из жизни в режиме он-лайн.
Выдерживает мои слова. Правда на шее жилы вздуваются. Сильный он. Порывистый, но умеет себя контролировать.
А вот до меня доходит, что есди бы не мой бывший, Семен бы затолкал меня в машину, а что могло бы произойти дальше… я даже думать о подобном себе запрещаю. Не могла я ожидать от маменькиного сынка подобного поступка. Оказывается, жизнь вообще штука странная и преподносит разные сюрпризы. Опять мне демонстрируя, что ни в чем и ни в ком быть уверенной нельзя.
Начиная от моего бывшего и его предательства. В то далекое время, я бы никогда не поверила, что Миша может предать меня, наш брак и любовь, а теперь вот на примере Семена убедилась, что все в этой жизни имеет место быть.
Бывший смотрит на меня так, что мне страшно становится. Потому я сдуваюсь, порыв проходит. Все же он спас меня. Как бы там ни было. Если бы не Михаил…
Ком подкатывает к горлу, когда заставляю себя разомкнуть губы и произнести:
-Спасибо за помощь, Михаил Дмитриевич, но дальше – я сама. Высадите меня где-нибудь. Нам с вами не по пути. Так что на этом давайте закончим наше милое общение.
Выговариваю все как на духу, но Михаил остается к моим словам безучастным, лишь растягивает губы в холодной усмешке и произносит жестко:
- Нет, бывшая женушка, кончим мы с тобой тогда, когда я посчитаю нужным…
  
33
 
Вздрагиваю от слов, словно хлыстом получаю услышав его это “кончим”. Смотрю в льдистые глаза, которые, кажется, туман затапливает и дурно становится. Слишком уж явным кажется контекст, угрожающим.
Ерзаю на месте и копчик словно простреливает, шиплю змеей, выдыхаю воздух со свистом. Михаил сразу же понимает причину.
- Тебя осмотрит врач. Скоро приедем.
- Не будь, между нами, столько лет и расстояния в километры, подумала бы, что ты беспокоишься обо мне…
Отвечаю с апломбом. А он лишь ухмыляется, но глаза остаются холодными.
- И как живешь, Яна?
- лучше всех, разве не видишь Миша? – вскидываю бровь, - я достигла всего, о чем так мечтала.
Опять окидывает меня странным взглядом и отвечает холодно.
- Я вижу.
Не могу понять он издевается, или действительно оценил мое выступление и понял, что грант я не за красивые глаза получила?
-И как, счастлива?
Опять в голосе лед. А я не знаю что ответить. Ведь я действительно счастлива. У меня есть дочка и любимая работа, да мое счастье все же выборочное, но… оно есть… было до того ужаса, который произошел и все длиться, страх неожиданно ударяет откуда не ждали.
Мася! Ведь моя Масечка дочка Михаила, а он… что будет если… вернее когда он узнает…
- Почему молчишь? Расскажи мне как хорошо ты устроилась.
 
Давит интонацией и на палец мой безымянный смотрит на котором когда-то колечко обручальное было. Его кольцо…
- А ты что не дал команду “фас” и на меня твои цепные псы досье не насобирали?
Парирую, а сама замираю, хочу понять сколько бывший знает обо мне, знает ли что у меня растет дочь… его ребенок…
Ухмыляется. Дерзко. Агрессивно.
- Не было такого желания. Случайно встретились, представляешь, Яна Владимировна… Ну так что, жизнь устроила свою, такие игры у тебя с любовником, или он в произвол ушел сегодня?
Цепляю из слов Михаила основное – он не знает про меня ничего. Не интересовался, поэтому отвечаю немного пафосно.
- С моей личной жизнью все в порядке, все устраивает. И тебя это не касается!
- Кто же счастливчик? Который из? – чуть подается вперед и глаза у него вспыхивают, темный блеск. Злой.
- Главное, что не ты, Миша, этого достаточно!
- Не я, - чеканит слова, - значит никто.
У меня от шока глаза распахиваются. Забываю как дышать, наверное кровь в голову ударяет, потому что шум в ушах слышать начинаю.
- Воронов. Ты мне чужой человек. Мы развелись. Тебе напомнить?! Ты со своими кувыркаешься, а в мою постель не лезь! С кем я тебя не касается!
В салоне автомобиля воздух так наэлектризовывается, что мне кажется коротнет и взрыв сейчас произойдет, но я не останавливаюсь, никогда с ним не умела не вестись на эмоции улыбаюсь криво и приподнимаю брови:
-Кстати, как Тиночка? Все так же ноги раздвигает на твоем столе, или уже в официальных фаворитках, кольца не вижу, хотя может уже жена?
- С этого дня, ты развязываешься со своим хахалем, если не хочешь, чтобы его на запчасти разобрали.
Хочется вцепиться Мише в его надменное лицо, расцарапать в кровь, потому что никогда он так со мной не говорил. В нашем прошлом, до дня, когда все перевернулось, мой муж был нежным, трепетным, ласковым, я и не знала с каким зверем живу…
- Воронов. Тебе напомнить, что мы с тобой несколько лет как развелись? Ты мне не указ! И свали уже из моей жизни. Я взрослая женщина. С кем мне спать решаю сама, а ты займись своими секретаршами, помощницами, с кем хочешь развлекайся, только далеко от меня!
- Конечно. Пренепременно займусь. Сниму напряжение.
Ухмылка на его губах ранит. Глаза – лед. Лицо – маска. А мне больно… Больно знать, что он все это время с другими… а я…
А я растила дочь и занималась карьерой. Могла бы и с мужчиной отношения завести, но всех с бывшим сравнивала и все проигрывали.
Да. Такого ублюдка, как мой бывший муж не найти. Никто в подметки не годится.
Вдалбливаю себе в голову, чтобы не разреветься. Потому что больно. До сих пор больно вспоминать, что эти губы и руки другую ласкали, не меня…
- Отлично. Вот и иди. Только меня в покое оставь. У меня жаль свидетельство о разводе не с собой, а то показала бы, напомнила, что и у меня права есть, с кем хочу с тем и буду и ты мне господин глава края не указ! И не спей говорить с кем я спать могу, а с кем нет! Машину свою останови, я пешком пойду! Хоть босая, только бы от тебя вдали!
Звереет на глазах, кажется, что разорвать может голыми руками, когда подается вперед и за шею меня хватает, фиксирует и приближает к своему лицу, а я в его радужки смотрю, на то как от зрачка темные изломы идут, завораживающий взгляд как у ядовитой гюрзы, за секунду до мучительной смерти.
- Ты мне женой была. По закону моей. По всем законам. Твое тело было моим. Захотел бы, без бумажек постель бы мне грела, без прав и обязательств с моей стороны. Девкой для развлечений. Ты ведь это предпочла, да, дорогая?!
Если бы он меня физически ударил мне бы может так больно не было, а сейчас… Он что хочет меня своей любовницей сделать?!
В глазах щиплет. Рот открываю, чтобы дышать, потому что кажется, я в секунде от обморока.