Доминика (СИ)

  
Глава 21
 
Одежду, как и сказал Макс, мне принесли. Это была экипировка для верховой езды для девушек. Очень красиво, очень стильно. А еще шлем и сапоги. Сидело на мне это все очень хорошо, обтягивая и подчеркивая самые важные места — попку и грудь. Конечно же, ведь не могли мне дать обычные джинсы и футболку!
Честно сказать, я придиралась, костюм чудесный. Красиво, как ни крути. Я не носила такое, когда каталась на лошадях в детстве. У нас все было проще — штаны и футболка. У московских богачей все по-другому. Но мне понравилось. Довольная своим видом спустилась по лестнице и внизу увидела знакомую фигуру. Алексей, Леха… друг Макса, с которым они разработали и провернули операцию по разорению моего бывшего начальника. Когда я поравнялась с ним, он обернулся. Снова отвел глаза, а затем резко повернулся.
— Ника?! — Ну вот что сказать, когда глаза явно молчат и не удивлены меня тут видеть, а голос, интонация — все говорит о том, что он «типа» не ожидал меня встретить здесь.
— Привет, Леша, — разыгрывать спектакль не хочется, да и не перед кем. Особенно после слов Вали о том, что встречу в ночном клубе подстроил он.
— Привет, привет. Цветешь и пахнешь, я смотрю, — оглядев мой костюм, заключил он. — Как дела? Все-таки сошлись с Максом?! Рад за вас.
А глаза говорят об обратном.
— Э… нет, мы не сошлись, как ты выразился. Я тут вынужденно нахожусь. И скоро собираюсь уезжать. Если не сегодня, то завтра точно.
От того Лехи, из ресторана и клуба, этот Леха отличался холодным, даже ледяным, взглядом светлых глаз, надменной улыбкой и абсолютно недружелюбным тоном.
— Вот как? Интересно… А почему? Что тебя здесь не устраивает? Тебе ведь нравился Макс, а сейчас выясняется, что он еще и богат. Так в чем проблема-то?
Его слова и интонация, с которой они были произнесены, меня оскорбили. Я тоже себя не на помойке нашла, знаете ли! У меня вполне обеспеченные родители, хоть они и живут раздельно. Быть вежливой с ним мне расхотелось. Тоже мне! Решил, что я позарюсь на Макса из-за денег и забуду старые обиды! Щаас.
При том что Макс даже не говорил со мной на эту тему! Он только тычет меня в эти деньги, которые ему пришлось отдать на аукционе, и хочет таким образом задержать меня тут. Но я же не проститутка, чтобы их отрабатывать в постели! Все, что было между нами после аукциона, случилось исключительно потому, что я этого хотела. Да, я признаю, что я его еще люблю и хочу принадлежать ему, и в постели тоже. Но гордость и обиду никто не отменял. Да и он не предлагает мне ничего, только секс. А это совсем не то, что я хотела бы.
А деньги я ему верну, думаю, папа мне поможет. Да если понадобится, я и у дяди Димы с мамой попрошу. Лучше быть им обязанной, чем Максу.
— А на это есть свои причины, и тебе о них знать необязательно, — сказав это, я прошла мимо него с гордо поднятой головой.
Пока я была наверху, гости уже все пожаловали. Леха первым встретился мне на пути. После был симпатичный седовласый мужчина возраста отца Макса. С ним парень, примерно моего возраста, с блокнотом и телефоном, их он не выпускал из рук ни на минуту. Я думаю, он — личный помощник этого мужчины.
Позже их представили мне как Кирилла Алексеевича и его секретаря Алексея. Как много Алексеев на квадратный метр сегодня, однако.
В гостиную уже спустились Кеша с Ирой, Валентин и Макс. Все были одеты просто, в джинсы и футболки. Только я одна и выделялась на общем фоне. Недаром Кирилл Алексеевич осмотрел меня с ног до головы с улыбочкой на лице. Я зло покосилась на Макса, а он мне улыбнулся и подмигнул. Вот гад!
В итоге на лошадях поехали кататься Макс, Кеша, Ира, Валя и я.
Конюшня все еще оставалась недостроенной. Но было видно, что размах взят грандиозный. Так же как и дом, она планировалась большой.
Лошади были красивыми, не арабские скакуны, но все же породистые. Кеша попытался мне рассказать что-то про каждую, но я не особо запомнила. Поняла, что Макс их держит для таких вот прогулок, на скачки с ними не ездит.
 
При нас оседлали пять лошадей, в деннике оставалась еще одна. Сколько же стоит их содержать, интересно?!
Все уже оседлали своих скакунов, а я переминала с ноги на ногу. Черт! Совсем растерялась.
Макс с Кешей начали одновременно слезать. Но тут они встретились глазами, и взгляд Макса красноречиво объяснил, чтобы Кеша не двигался с места. Он сам подошел ко мне, без слов помог взобраться на коня.
— Спасибо, — пролепетала я.
Он мне лишь улыбнулся.
— Справишься сама? Она спокойная, но если ты не уверена, я могу вместе с тобой сесть и так покатаемся.
— Нет! — резче, чем стоило, произнесла я. — Я сама, спасибо еще раз. Я смогу сама, — уже более спокойно сказала я. Не хватало еще, чтобы мы с ним вместе катались на одной лошади. И так его касания вызывают дрожь по всему телу, а ехать с ним впритык… и он будет сзади обнимать меня… Нет. Нет. И еще раз нет!
— Хорошо, — с легким недовольством произнес Макс, наверное, уже нафантазировал себе все то же, что представила и я, — если что, сразу говори, слышишь?
— Да, да, хорошо. Я сразу крикну.
Он с сомнением посмотрел на меня, но все же отошел к своей лошади.
И вот мы уже все верхом. К нам присоединился и Леха. Мне было все равно, поэтому я не придала этому большого значения.
Я не была опытной наездницей, к сожалению. Просто мечтала о конюшне. Поэтому мы с моим конем плелись в конце нашей группы. Конечно, мое неуверенное управление все заметили. Кто-то улыбнулся снисходительно (Леха с Ирой), кто-то — искренне и просто (Валя с Кешей), а Макс спрыгнул со своей лошади и подошел ко мне.
— Давно не каталась? — и голос такой участливый, прям захотелось рассказать, что ну очень давно.
— Да, пару лет так точно, — просто ответила я. Ну не признаваться же, что уже и сама не помню, когда это было последний раз. Наверное, в школьные времена, когда папа еще не ушел из семьи.
Макс убрал мою ногу из стремени, поставил свою и с легкостью пристроился сзади.
— Эй, эй! Слезай давай обратно!
— Не ерничай. Все нормально. Тут недолго до пруда, минут десять. А если будем плестись, то все полчаса. Потерпишь меня немного, ничего не случится.
Клянусь, я слышала, как хмыкнул Леха! Гад.
— Макс, я не хочу так, — седло не предназначено для двоих, и Макс максимально близко пододвинулся ко мне.
— Тебе очень идет эта экипировка, — проигнорировал мое высказывание Макс и дернул поводья, ногами и голосом дав команду лошади начать движение.
Я уже ничего не чувствовала, кроме его тела, его рук на своей талии и поглаживающих движений его пальцев.
— Макс, прекрати!
— Что прекратить?
— Ты понял, о чем я.
— Нет. Об этом? — и целует меня за ухом. — Или об этом? — поднимает руку выше и сжимает мою грудь.
— Ах ты ж!
Не успела я повернуться к нему и возмутиться, как он быстро меня поцеловал. Я сразу отвернулась обратно, щеки залила краска. Наверное, все увидели нас.
— Доминика, ну перестань. Тут все взрослые. И все знают, какие у нас отношения.
— А какие у нас отношения? Мне бы самой это узнать.
— Мы с тобой вместе, — просто ответил он.
— Серьезно? А что же я об этом узнаю последней?
— Не последней. Я тебе это сразу сказал, как привез домой. Вернее, когда ты проснулась, проспав часов пятнадцать.
— Я так долго спала?
— Ну да. Доктор сказал, что это последствия нервного перенапряжения, но все же поставил тебе капельницу.
— Мне вкололи лекарство? Я этого даже не почувствовала.
— Ты пережила большой стресс. Не каждый такое выдержит. Обещаю, всех, кто причастен к твоему похищению, я найду, и они пожалеют о содеянном.
И так тепло стало на душе от этих слов.
— Тот мужчина, что остался с твоим отцом, кто он?