Осколки пламени. Огонь, любовь и... мышь (СИ)

— Да, Вейр, ты все-таки очень сильный огненный. И слишком умный, — криво усмехнулся водный. — Но не умнее меня.
На Грассора с разных сторон кинулись огненные буквы, которые превратились в путы. Вейр дернулся, пытаясь освободиться, но у него ничего не получилось.
Все это произошло в пару мгновений. Настолько быстро, что осознала я все только через несколько секунд.
Ко мне тоже кинулись огненные буквы. Они подняли меня вверх. И сейчас я парила в воздухе над полом опутанная огненными лентами из букв в горизонтальном положение.
— Весней! — крикнул огненный.
— В порядке, — пискнула я.
Не очень удобно было практически лежать в воздухе. Точнее совсем не удобно.
Серит хмыкнул. И я краем глаза заметила его движение рукой. Меня тут же перевернуло в вертикальное положение и опустило рядом с Вейром.
— Спасибо, — выдохнула я. Пытаясь поймать равновесие и не упасть. Крепко привязанные руки к телу этому сильно мешали.
— Пожалуйста. Для своего собрата ничего не жалко, — снова хмыкнул Серит.
И тут до меня дошло.
Какая же я дура!
Только сейчас прислушавшись к себе поняла, что внутри все буквально кричит о собрате. То есть о близком нахождение метаморфа.
Темного метаморфа!
А я приняла это как за несдержанность дара. Дура! О венце только думала, ничего вокруг не замечала.
Я аж тихо застонала от осознания своей глупости.
Поймала встревоженный взгляд Вейра, и слабо улыбнулась, качнув головой. Все хорошо.
Повернувшись, посмотрела на Серита. Вот значит, кто темный… Надо же… А я его и не подозревала.
Метаморф между тем также неторопливо обошел нас, куда-то за трон.
— Так это вы нас через огонь переносили? — задала я мучавший меня вопрос, крошечными шажками поворачиваясь, чтобы видеть метаморфа.
Тот сдернул тряпку с одного гигантского зеркала, с другого.
— Ну зачем же так официально, дорогая? Можно и на «ты». Перед смертью, — весело глянул на меня темный.
— Следи за словами, — процедил Вейр.
Темный, остановившись, удивленно приподнял брови, посмотрев на него.
— А что я такого сказал? А-а-а… Не переживай. Твоя девочка меня интересует только как метаморф, — усмехнулся он.
Услышала, как Вейр скрипнул зубами и кажется хотел продолжить ругаться.
— Так это вы нас переносили? — поспешила я повторить вопрос.
— Нет. Не я. Огонь, — отозвался темный.
Он начал расставлять свечи в каком-то одному ему известном порядке на полу.
— Но ты же ему приказал? — не поняла я.
Метаморф рассмеялся.
— Что? Я? Не-е-ет. Неужели еще не поняли? Надо же… Эй, Вейр, ты тоже еще не понял? — темный рассмеялся снова.
Я нахмурилась. Не видела повода для смеха.
— Что, дорогая, тебе твой любимый ничего не рассказал? Про небольшой секрет саламандров? М-м-м? — веселился темный.
Я слегка покраснела. И старательно не глядя на Вейра, произнесла:
— С чего вы взяли, что я…
— Ой, да брось, — отмахнулся он от меня. — Вы не могли не влюбиться. Иначе не были бы истинными.
— Что? — глупо хлопнула ресницами. Такой идиоткой я еще себя не чувствовала.
— Это сказки, — снова процедил Вейр рядом.
— Да? Ты действительно так думаешь? После всего? — усмехнулся метаморф, взглянув на него.
И… и Вейр промолчал!
Обеспокоенно повернулась к нему. Тот же о чем-то упорно соображал, сверля взглядом каменный пол.
— Н-да. Что, не понимаешь? — взглянул на меня метаморф.
Осторожно покачала головой.
— Все просто. У саламандров могут быть истинные. Идеальные пары. Вторая половинка. Называй как хочешь. Суть в том, что истинную выбирает стихия. В вашем случае огонь. Поэтому он так тебе благоволит, — усмехнулся шире темный. — Учитывая, что я «лучший друг» Вейра и что живу с ним в одной комнате, то не мог этого не понять.
— Что? — спросила я тихо, поражаясь информации.
— А за вами было весело наблюдать, — не впопад сказал он. — Особенно веселило то, что Вейр ничего не понимал. А свои чувства принимал за раздражение и злость к тебе. Бесила ты его. А он не понимал почему. Зато его огонь сразу понял. Стихия подстраивалась под тебя. Поэтому и все эти выкрутасы были. А никто и не понял почему так.
 
Метаморф довольно зажмурился и рассмеялся.
— Это забавно. Я, не саламандр, понял, а они — нет. Забыли свою историю. Давно уже не было стихийных истинных, вот и забыли, как это бывает.
Темный окинул меня веселым взглядом.
— И как тебе в роли истинной выбранной огнем?
— Как-то не очень, — натянуто улыбнулась я.
Стоять было не удобно, да и руки стало сводить.
— Ну, ты сама виновата. Ускорила процесс.
— Это как, любопытно узнать? — спросила.
Я попыталась незаметно повести плечом, чтобы снять напряжение. Но путы тут же сильнее затянулись. Стон еле удалось сдержать.
— Ты в огненную обратилась, — спокойно сказал метаморф. — Я вообще в шоке, что у Вейра башку не снесло. Была бы саламандрой одной с ним стихией, то уже бы в женах ходила. А то и ляльку ждала. Но не зря говорят, что у Грассоров железный самоконтроль. Да, Вейр?
Невольно покраснела. Нет, мне нравился Вейр. Даже очень. Но лялька… Это уж как-то слишком быстро.
— Кстати, друг, не зажжешь свечи? — попросил огненного темный.
— Иди ты… — мрачно послал его тот.
Темный снова рассмеялся и достал огниво. Когда метаморф зажег несколько свечей, заметила, как Вейр сильно сжал челюсть. Вопросительно на него посмотрела.
— Я не могу потушить огонь, — нехотя признался он. — Будто что-то держит или…
Вейр прищурившись, посмотрел на метаморфа.
— Это с каких пор у тебя еще и стихия воздуха? — спросил он недобро у темного.
  
76
 
Вейр прищурившись, посмотрел на метаморфа.
— Это с каких пор у тебя еще и стихия воздуха? — спросил он недобро у темного.
— Ни с каких, — отозвался тот. Бросил взгляд на нас. И поманил пальцем.
Огненные ленты буквально пронесли нас над полом. И мы оказались с другой стороны зеркал.
— А это что тогда? Или мы сами шли по-твоему? — спросил сквозь зубы Вейр.
Метаморф хмыкнул. И не ответив, продолжил зажигать свечи.
— Это огненные буквы. Помнишь? Как те, что меня душили, — проговорила я негромко.
Огненный хмуро посмотрел на меня.
— Огненные… буквы? Я ничего не вижу, — потряс Вейр.
— Как? А это, — кивнула я на ленты.
— Мне что-то не дает пошевелиться. Словно меня чем-то обмотали. Но я ничего не вижу. А ты?
Растеряно взглянула вниз.
— Ленты. Из огненных букв. Это они нас держат, — медленно проговорила я. — Почему ты их не видишь? Они же… огненные.
— Потому что он не метаморф, — вдруг произнес темный. Я перевела взгляд на него. Он взял откуда-то нож и теперь вертел его в руке. — Да и ты не должна была бы видеть. Но они, — кивнул на огненные ленты, — приняли тебя за меня.
— То есть…
— Дар метаморфа. Я был в Академии тут такой один. А потом появилась ты.
— Может уже покажешь свое настоящее лицо? Как-то неприятно видеть друга… врагом, — вдруг сказал Вейр, сверля темного взглядом.
— Хм, Дай-ка подумать… — метаморф прислонил острый край ножа к губе, приподняв глаза к потолку, словно он думает. Я аж невольно затаила дыхание. Было фантомное ощущение, что нож касается моих губ.
По губам метаморфа скользнула мерзкая улыбка.
— Нет.
Вейр рядом рванул. И тут же зашипел. Ленты сжались вокруг огненного. И, кажется, жалились. Но Вейра это не остановило.
— Тогда может хоть расскажешь, что собираешься делать?
Темный гортанно рассмеялся.
— Я похож на идиота? — хмыкнул он. — Нет.
Вейр снова рванул. И на этот раз огненные ленты сжались так, что он упал на колени, крепко сжав зубы. Я обеспокоенно смотрела на него не в силах ничем ему помочь.
 
Перевела взгляд на темного.
— Может тогда не будешь завершать ритуал? — предложила я неожиданно севшим голосом. Прокашлялась и продолжила: — Ведь если ты проведешь его, то сюда хлынут тени. А тут дети.