Научи меня (жить) любить... (СИ)
— Ну, тут ты конечно, не совсем права. Я имею в виду в плане — свои — не свои. Для моей семьи ты уже не посторонняя, Соня так вообще всем говорит, что у нее есть лучшая подруга. Но это все риторика. Я что хочу сказать — я приглашаю тебя на это мероприятие — будет только Марк с женой и сыном, я, Соня ну и ты разумеется.
Сказать, что пигалица обалдела, ничего не сказать. Смотрит на меня такими большими глазами, что все недоумение мира, кажется, сосредоточено в них.
— Не думаю что это хорошая идея. Вы меня, конечно, извините, но я в качестве кого должна пойти на этот семейный праздник. Ваших друзей я совсем не знаю, да и они, я думаю, не совсем обрадуются, что к ним заявился незнакомый человек, я уже молчу про ребенка. И вообще — вы сказали, что нужна помощь и пока я не понимаю в чем именно.
— Ань, подожди. Во первых они в курсе, что я приеду не один. — ухмыляется. Ну а что, пусть знает, что я готовился. — Во-вторых, Соня тоже объявила, что ее подруга приедет поздравить Матвея. И в третьих, о помощи — Соня попросила меня, чтобы я тебя уговорил. Я же не могу ударить в грязь лицом перед собственным ребенком.
— Господи, так вот о чем она говорила. — на нее как будто озарение снизошло, и наступило облегчение. — Я вам сейчас все объясню. Понимаете, Соня действительно говорила о дне рождения ее друга, и говорила, что очень хочет чтобы я с ним познакомилась. И еще много чего, но я не приняла это в серьез, ну это же ребенок. Поэтому я и сказала, что мы обязательно познакомимся и все такое, но я и не подумала даже, что она так все воспримет. Боже, мне так неудобно. Тимур Александрович, извините, я не хотела, чтобы все так вышло. — Лицо ее при этом становилось все краснее и краснее, даже холодные ладони, которые она прижала к щекам, не спасали ее от нахлынувшего жара.
— Ань, подожди. Я все понимаю, но на самом деле Соня ни при чем. Я действительно хочу, чтоб ты составила мне компанию. Соня просто подкинула мне идею, только и всего.
Аня собиралась что-то ответить, но тут нарисовался дрищ. Он видимо решил, что она послала его не очень убедительно, и решил попытать счастье еще раз. Аня тоже не очень обрадовалась его появлению, но промолчала в ожидании.
— Ань, слушай — обратился он к ней, полностью игнорируя меня. — я тут подумал, может я тебя хотя бы провожу, а то вечер, мало ли что. — и так многозначительно посмотрел на меня, как будто я серийный маньяк, а он герой комиксов, спаситель прекрасных дев.
Я хотел уже вставить свои 3 копейки, но Аня удивила, впрочем, как всегда.
— Леш, слушай, — было заметно, что она еле сдерживает раздражение. — По-моему я выражалась достаточно четко, когда говорила, что у меня планы, и я не нуждаюсь в спутниках на сегодня. Ты иди, пожалуйста, по своим делам, а мы пойдем по своим. И мне кажется, мы уже опаздываем? — последняя фраза была обращена уже ко мне, но я, если честно, даже растерялся. Аня, конечно, лукавила, ей хотелось отделаться от этой назойливой мухи. А меня сейчас это более чем устраивало.
— Да, опаздываем. Но если выдвигаемся прямо сейчас, есть все шансы прибыть во время.
— Леш, ты иди. Спасибо и все такое, но мне пора. Пока. — тут Аня берет меня за руку и в прямом смысле тащит к парковке. Этому горе-кавалеру ничего не остается, как удалится прочь, но что-то в его взгляде заставило меня усомниться в том, что эта наша встреча единственная.
— Господи, вот достал-то! — Аня не могла скрыть раздражение. Продолжала бухтеть пока мы шли, вернее, неслись к парковке как ошпаренные.
— Так что, едем? — все таки уточняю, когда мы оказались около машины. Аня смотрит на меня как то даже испугано. Видно, что раздумывает, осталось дожать.
— Ань, слушай, все будет нормально. Это мои друзья, вполне себе приличные люди. Завтра у тебя ночная смена, насколько я знаю, и я доставлю тебя утром в город в целости и сохранности. Так что нет повода для паники, зато есть повод отдохнуть, познакомится с новыми людьми и прекрасно провести время.
— Так что, это еще и с ночевкой? — кажется, перспектива ночевать в незнакомом месте ее не очень порадовала. Я даже пожалел, что сказал об этом сейчас. — Я не могу. Поймите вы, как это будет выглядеть со стороны? Мне неудобно. Что ваши друзья подумают обо мне, наконец.
У меня закончилось терпение, и я решил действовать решительно.
— Ничего такого, что может навредить твоей репутации, они о тебе не подумают. Они абсолютно адекватные люди. Давай хотя бы не будем стоять здесь, а то привлекаем слишком много внимания, садись, поедем, а по дороге решим.
Аня нехотя села в машину. Причем пришлось ей сесть на переднее сидение, т. к. сзади, все было занято подарками, Сонькиными и моими вещами. Я даже для Ани купил вещи — это был план Б, если вдруг она не согласится добровольно, я планировал ее украсть. И сейчас, видимо, самое время как раз приступить к реализации этого самого плана Б.
Как только мы тронулись, Аня снова начала меня убеждать, что я предлагаю ей что то страшное и не приличное.
— Ань успокойся, все будет хорошо. У тебя какое-то не правильное обо мне мнение. И о моих друзьях. Тем более там будут дети — Соня и Матвей. А завтра утром мы втроем двинем назад.
Аня очень нервничала, но молчала. Меня, если честно, стало напрягать ее молчание и решил спросить:
— Все хорошо?
— Нет. — ответ был молниеносным и резким, что я даже испугался. Аня повернулась, и я даже напрягся. В глазах паника. — Вы можете остановить машину?
— Конечно, — ответил я — если ты перестанешь обращаться ко мне по отчеству и на «вы».
— Что угодно, только остановите сейчас.
Я прижался к обочине, Аня резко выскочила из машины. Мне показалось, что она начала задыхаться. Я поспешил выйти за ней. Аня стояла у машины, оперевшись спиной на дверь, и, закрыв глаза, часто дышала.
— С тобой все хорошо? Может воды? Ань, что случилось?
— Я же вам говорила, что никогда не езжу на переднем сидении машины. Да и сзади редко. Предпочитаю ходить пешком. Я не могу просто, понимаете. Не могу. — последнее слово совсем шепотом. Закрыла лицо руками и кажется, заплакала. Но почти не слышно.
Меня удивила эта ситуация. Я привык видеть сильную девушку, которая в любой ситуации держится молодцом. А что сейчас? Она такая беззащитная, что именно теперь захотелось закрыть ее от всего мира, уничтожить всех ее обидчиков и укрыть от любых неприятностей. Мне бы только понять в чем дело, почему такая реакция на машины. Я медленно подошел к ней, обнял и прижал к себе. На удивление она даже не сопротивлялась. Стояли так минут десять. Аня немного успокоилась, даже улыбнулась.
— Я могу сесть назад? Хоть на самый край. Вы же можете переложить вещи? — и смотрит так жалобно, что мне даже стало немного смешно. Соня обычно так делает, когда ей очень что-то нужно.
— Могу. Но мы, кажется, договорились на «ты». Ань, ну правда, я ведь не такой старый.
— Я постараюсь. И дело не возрасте, я не считаю вас… тебя старым. Просто, наверное, так принято — вы отец моей пациентки и…
— Давай и этот момент проясним. — прерываю ее я. — С сегодняшнего дня я не просто Сонин отец, а твой ….друг. Начнем с этого, хорошо.
— Что значит, «начнем»? — удивляется Аня. Бдительная какая.
- Время покажет, — решил уйти от ответа я. Сейчас не время обсуждать мои планы относительно нее.
Я освободил ей место на заднем сидении, и дальше дорога до дома друзей прошла спокойно. Я пытался отвлечь ее разговорами. И надо сказать Аня очень охотно вела беседу, и даже задавала вопросы. Весь дискомфорт, который был в начале поездки, улетучился и, подъезжая к дому Марка и Лены, мы уже вовсю смеялись.
— Я так и знала, что ты не суровый, а притворяешься — выходя из машины, Аня все-таки не могла не съязвить.
— Но согласись, что очень умело, — поддержал я.
— Не могу не согласиться, — и, улыбаясь, отвернулась.
Я обошел машину, взял все вещи и подарки, Аня вызвалась помочь, т. к. вещей действительно было много.