Научи меня (жить) любить... (СИ)

— Поэтому можешь не переживать на этот счет, — он взял ладонями мое лицо и начал стирать большими пальцами слезинки, которые никак не хотели останавливаться. Мне вдруг стало так обидно — я тоже хотела быть счастливой, но понимала, что ни в этот раз.
— Ты не понимаешь. Соня — она ждет, что мама вернется. И все у вас будет как прежде. И ведь это действительно был бы лучший вариант для нее. И может для тебя. А я только все испорчу, понимаешь. Да, я не буду спорить, что есть симпатия и влечение. Но если мы сейчас не остановимся, то у вас уже не будет возможности сохранить семью, не будет шанса у ребенка расти с родителями. Никто не заменит ребенку настоящих родителей — ни няни, ни бабушки или не дай бог мачехи! Понимаешь?
Я резко вырвалась из его теплых рук. И вдруг стало очень холодно. И не потому что я была до сих пор мокрая, а на улице холодно. Я вдруг снова стала одинока. Еще десять минут назад у меня была надежда, что и я могу быть счастлива, обрести близких людей и не чувствовать себя сиротой в этом большом мире. И все вмиг разрушилось, вернув меня в реальность. Я одна! Я сирота. И это навсегда.
Я побежала в дом. Хватит выяснять, все это бесполезно. Ничего не будет, ни к чему ложные надежды ни мне, ни Тимуру. Он не понимает, но я должна быть сильнее. Мне не привыкать. Тимур кричал мне в след, звал, но не догонял. И это тоже сыграло роль — значит я не так важна, как ему кажется. И значит я принимаю правильное решение.
Влетев в дом, я не ожидала увидеть Лену — ведь время уже почти два ночи.
— О господи, что с тобой?
— Упали с пирса в реку. Дурдом, правда?
— Ну почему же, весело, наверное. — Лена решила придать позитивный настрой ситуации.
— Да не особо. Вода холодная, да и плавать то я не умею, — я пыталась улыбаться, выходило плохо.
— Ладно, иди скорее в комнату, сними мокрые вещи, а то заболеешь.
Я действительно начала чувствовать озноб. Да, мне только простуды не хватало для полного счастья.
Поднялась на второй этаж, потихоньку вошла в комнату — Соня уже спала. Я сняла мокрые вещи, развешала их в ванной высушить, сама быстро приняла душ, надеясь что Тимур не успеет прийти пока я тут. В Ванной висел теплый халат. «То, что нужно» — подумала я. Закуталась, стало гораздо уютнее. Теперь нужно выпить волшебную дозу витамина С, и противовирусную пилюлю и можно ложиться спать. Утро, как говорится, вечера мудренее. Тем более я была уверена, что разговор с Тимуром не окончен, и завтра в лучшем случае, уже в городе, а в худшем прямо в машине, он устроит мне экзекуцию.
  
Глава 16 АНЯ
 
Утро началось с головной боли. Вчерашнее купание видимо все таки не прошло даром, хотя общее состояние было сносным. Соня уже проснулась и уже убежала играть в Матвеем. С первого этажа, с кухни доносились голоса и запах свежесваренного кофе. Тимур спал на диване, скорее всего он пришел поздно, потому что я не слышала его возвращение. Выглядел он не очень.
Я приняла душ, надела свою одежду. В костюме удобнее конечно, но он был еще мокрый. Да и присваивать себе вещи, купленные Тимуром, мне не хотелось — неизвестно, как он это воспримет. Давать ложные надежды я не хотела, ни к чему. Выходя из комнаты я, все-таки, остановилась и посмотрела на Тимура. Ощущение, что у него поднялась температура, меня не покидало. Я тихонько подошла и осторожно дотронулась до его лба. Так и есть — раскален как самовар. Тимур видимо почувствовал мое прикосновение и открыл глаза.
— Ты что делаешь? — спросил хриплым голосом. Было видно, что это далось ему тяжело.
— Доброе утро, — я попыталась улыбнуться — у тебя жар. Что-то еще болит?
— Решила побыть доброй медсестричкой? — с трудом сел на кровати. — Черт, голова раскалывается, а в горле как будто еж.
— У тебя однозначно простуда, а возможно еще и ангина. Вчерашнее купание даром не прошло. Нужно измерить температуру и принять лекарство.
— А ты чего так забеспокоилась? — Тимур провоцировал меня на ссору, обиделся видимо за вчерашнее.
 
— Тимур перестань. Я, все-таки, медик и не могу оставить тебя в таком состоянии. Я, вообще-то, клятву Гиппократа давала.
— Я в жалости и страдании не нуждаюсь.
— В жалости и сострадании нет, а в помощи — да. — Достала из сумки градусник и аптечку. Дурацкая привычка таскать с собой основной набор лекарств, сейчас пригодилась. — И прекрати корчить из себя обиженку, ты не маленький мальчик. Держи. — Протянула ему градусник. — Пользоваться умеешь.
Раз уж решил корчить из себя невесть что, черт с тобой. Но не помочь я не могла.
— Давай посмотрю. — Тимур подал мне градусник, как будто подал гранату. — Ого, 40,2. Тут надо срочно принимать меры.
Тимур явно напрягся. Он хоть и пытался выпендриваться, но что такое температура 40 понимал прекрасно. Хорошо, что у меня при себе есть все, что нужно. Лиза всегда считала мою привычку таскать с собой аптечку первой помощи паранойей. А она не раз пригождалась. Пригодилась и теперь.
— Снимайте штаны мистер, оголяйте зад. — Я набрала в один шприц тройчатку, во второй — антибиотик.
— Ты резко изменила свои взгляды? Я не готов к такому резкому повороту.
— Успокойся, ничего я не меняла. — Я повернулась с двумя шприцами в руках. Глаза его увеличились в размерах раза в три.
— Это что все для меня? — спросил, испугано, что я невольно засмеялась.
— Большой серьезный мальчик боится укольчиков?
— Не боится, а не любит. Это разные вещи. — решил реабилитироваться, и все таки нехотя лег на живот. — давай, Эскулап, делай свое черное дело.
— Балбес. — Начала вводить тройчатку, Тимур начал поскуливать. — Терпи. Я знаю что неприятно, но оно того стоит.
— Что ты мне колешь то? Может это яд, а я лежу тут как дурак, не шевелюсь.
— Лежишь ты действительно как дурак, и несешь ерунду. Я вообще-то медик, и никогда ничего плохого не сделаю. — И дальше еле слышно, — тем более тебе.
Но Тимур все слышал естественно.
— Извини, перегнул. — Казалось, действительно раскаивается
— Это тройчатка, она снимет боль и собьет температуру. Только после нее нужно поспать. Второй укол — это антибиотик. Я напишу название — купишь в аптеке на 5 дней. Только нужно чтобы кто-то тебе ставил уколы.
— У меня только один знакомый медик, но она вряд ли согласится лицезреть мой зад целых 5 дней.
— Почему?
— Потому что она редкостная зануда. И в голове у нее черте что.
— Да ну тебя. Ладно, решишь как-нибудь эту проблему, мальчик ты со смекалкой. Готово, поправляйся и ложись. Тебе нужно еще поспать.
— Какая забота. Видимо чтобы ты была рядом, мне нужно быть при смерти.
— Типун тебе на язык, придурок.
  
Глава 17 ТИМУР
 
Аня вышла из комнаты, схватив свою сумку. Я лежал и лыбился, как дурак. Ничего еще не потеряно. Вчера она меня конечно очень разозлила. Несла какой-то бред про карму, знаки судьбы и прочую ересь, что отношения между нами невозможны. А сегодня утром проявляла такое участие и заботу, что я понял, что не смогу отказаться от нее, даже если она будет прятаться. Ее присутствие теперь в моей жизни так же естественно, как дышать. И плевать, что она думает на этот счет, плевать на то что у нее в голове — пигалица никуда не денется. С этими мыслями я провалился в сон.
Когда проснулся, за окном был уже вечер. Ничего себе. Что она мне вколола, не знаю, но чувствовал я себя гораздо лучше. Встал без труда. Прохладный душ добавил мне хорошего настроения. С кухни доносились голоса Лены, Сони и Матвея.
— Привет. Где Аня? И Марк.
— Марк повез твою Аню в город. Ее срочно вызвали на работу.
— Не понял. Что значит «вызвали на работу». И в смысле «Марк повез». Почему меня не разбудили?
— Я предлагала, знала что разозлишься. Но Аня запретила.
— В смысле? Вы с каких пор ее слушаться стали-то?
— Знаешь, она была очень убедительна. Особенно когда сказала, что у тебя температура под 40, и она оставила тебе летичку с димедролом.