Про две жизни и одну смерть (СИ)

  
Про две жизни и одну смерть
   
Пролог
 
Его новая — да и вообще первая в жизни — начальница ходила по берегу, раздраженно вздыхая и пиная траву носком ботинка.
Редьярд шел следом, злой, каким и положено быть древнему демону, которого задвинули подальше, словно он мальчишка-неумеха. Мертвячка планами делиться не соизволила, вместо этого непрозрачно намекнула, что с удовольствием поехала бы на дело без напарника.
— Повесилась от неразделенной любви? — куснул ее Редьярд в ответ на неласковый прием. — Разбивала чужие сердца, а потом не вынесла, когда тебе отплатили тем же?
Агния прижала ладонь к шее.
Его начальница носила одежду только с высоким воротом и Редьярд решил, что за тканью пряталась борозда от удавки. Когда Редьярд понял, что эта самая Агния и есть легендарная Виндикта — в прошлом мстительный дух самоубийцы, именем которой пугали даже в аду — он едва не облизнулся в предвкушении.
Как настоящий демон Редьярд плевать хотел на иерархию — если не стоял на вершине — поэтому задался целью вывести Агнию из себя. А что, по его разумению, может разозлить самоубийцу больше, чем причина смерти?
— Проигралась в карты?
— Долго не брала отпуск?
— Решила остаться молодой?
Градус неадекватности предположений возрастал и Редьярд гадко улыбался, выстреливая очередную нелепость. В ответ Агния подарила ему долгий взгляд, в котором Редьярду почудились отблески человеческих эмоций. Ему хотелось разглядеть их поближе, поэтому он продолжил:
— Самоубийцы такие скучные. Я думаю, только трус полезет в петлю. Не могла перепихнуться на стороне и забыть о своих страданиях? Пока живая, столько возможностей. А теперь что осталось? Целая вечность с привкусом праха, когда ничего больше не хочется, — сказал он и развел руками.
Но Агния оказалась крепким орешком. Она не подтверждала, но и не опровергла версию Редьярда, те искры эмоций, которые удалось поначалу заметить, потухли, и теперь только холод разливался по темным радужкам.
— Ты ошибаешься. У нас есть желания.
Агния приблизилась, и Редьярд невольно вдохнул поглубже. Вместо запаха тлена до него донесся аромат сладкий, едва уловимый, такой, что хотелось оттянуть чужой воротник и уткнуться в пепельно-серую кожу.
— С большой радостью, — сказала она, — я бы вспорола твое брюхо, Разо́р. Но директор Магнус расстроится, — добавила та и отвернулась.
Да, она не собиралась вежливо забывать, кто он такой — Разор, в прошлом демонический император. Сначала он хотел назваться Разорителем Неостановимым — ему тогда и первой сотни лет не исполнилось — повезло, что быстро передумал. Редьярд хмыкнул, представив как Агния выговаривала бы такой нелепый титул каждый раз, когда хотела к нему обратиться.
* * *
Магнус обладал маниакальной страстью собирать под своим крылом отщепенцев всех мастей. Духов, демонов, нечисть и нежить на любой вкус, всех он заботливо отмывал от налипших грехов и ставил на службу отечеству. И Агния, как самая первая его ученица, отвечала за новичков. Да и кто, кроме нее, мог совладать с демоном, который поставил на уши ад, назвался императором, а после пропал на три десятилетия? И вот Разор появился в Паранормальном Бюро Расследований, а директор Магнус ручался за «мальчика» и пророчил ему прекрасное будущее на службе.
Разор неплохо замаскировался. До тех пор, пока Агния не глянула на него по-серьёзному, она видела только высокого весельчака и балагура, загорелого, словно его хорошенько опалило адским пламенем. С растрепанными короткими волосами, одетый по последней человеческой моде — никаких вам доспехов, черепов и прочего демонического барахла — он казался даже обаятельным, пока рот не открывал, разумеется.
Но Агния знала по себе — старые привычки так быстро не отпускают, поэтому вместо приветствия предупредила:
— Один неверный шаг, и я разорву тебе глотку.
Может, это были не лучшие первые слова для наставницы, но Разор не должен был питать ложных надежд. Да, Магнус закрывал глаза на их прошлые прегрешения и подарил возможность жить без той всепоглощающей жажды, которая двигала всеми темными тварями, но каждый нечеловек из их команды обязан был держать себя в руках. И Агния не дрогнет, если эту возмутительно живую нечисть придется ликвидировать.
 
Они с Разором пробыли на месте преступления не больше четверти часа, но все это время демон не затыкался, и так достал своим трепом, что Агния собиралась прыгнуть в озеро едва ли не со счастливой улыбкой. Давление толщи воды было бы в сто крат лучше потока пустых слов.
Она наклонилась, подняла с земли увесистый камень и направилась к воде.
— Слушай, мы плохо начали, но не стоит из-за этого топиться!
— То, что мертво, умереть не может, идиот, — сказала Агния.
Она поморщилась и нырнула в темную муть.
— Эй!.. Водолазы тут все прошерстили! — крикнул Редьярд в пустоту.
Агния опустилась на дно и осмотрелась. Стоило ей почувствовать чужое присутствие, и она медленно повернулась. Перед ней стояла девушка, почти девочка. Бывшая когда-то белой ткань ночной сорочки сгнила и едва прикрывала хрупкое тело. Когтистые руки-лапы утопленница выставила перед собой, показывая, что она не собирается нападать.
— Ты часто поднимаешься на поверхность? — спросила ее Агния, не разжимая губ.
— Только ночью и ранним утром, моя госпожа, — послушно ответила девушка.
— Дети пропадают. Уже трое. Приходили к озеру как раз на рассвете.
— Это не я!
Утопленница замотала головой и отступила.
— Я не по твою душу. Видела кого-то подозрительного на берегу?
— На берегу нет, но на озере часто бывает один и тот же рыбак. Разок я видела, как он катает на своей лодке мальчика.
— Куда они пошли потом? — спросила Агния и ее ноздри дрогнули, как у гончей, взявшей след.
— Они причалили там, где стоят три старые ивы.
Агния коротко кивнула на это и собралась подниматься на поверхность, но утопленница кинулась к ней и вцепилась в руку.
— Сколько мне еще страдать? — спросила она с отчаянием.
— У меня нет ответа, — сказала Агния, разжимая ее пальцы.
Вечная жизнь только в книжках хороша. Те, кто говорят о бессмертии думают о том как жить молодым, здоровым и полным сил, но самоубийц не зря считают проклятыми. Из-за того, что они своевольно прервали свою жизнь раньше срока, их души со временем растворяются без следа, а не уходят на перерождение.
Агния, правда, не исчезла, наоборот, закрепилась в материальном мире и с каждым убитым человеком или монстром сил у нее становилось все больше. Другая нечисть ей завидовала, её боялись. На деле же она застряла в ловушке: не способная умереть, не способная жить.
Агния отбросила камень, который тянул её на дно, и оттолкнулась как следует.
* * *
Уже стемнело, когда без единого звука появилась эта любительница поплавать в ледяной воде. Её глаза отражали свет, как у кошки, а волосы змеились по неспокойной поверхности, пока она бесшумно гребла. Редьярд опустился на колени и протянул руку — Агния посмотрела на нее и даже заморгала, позабыв, что ей давно это не нужно.
— Давай, тут крутой берег, иначе придется грести до пляжа, а я столько тебя прождал, что жрать захотелось.
— Надеюсь, в меню не входят юные девственницы, — сказала Агния, но схватилась за протянутую руку.
— Зрелые девственницы мне тоже по вкусу, — прошептал Редьярд, рывком притянув её к себе.
Агния на ощупь оказалась такой же холодной, как озерная вода. Редьярд проигнорировал возмущенный взгляд и набросил ей на плечи пальто.
— Мне не холодно.
— Зато у меня зубы стучат от одного твоего вида.
— Нам туда, — сказала Агния, затушив разгорающуюся перепалку, и указала на противоположный берег.
Редьярд расстроенно поджал губы.
Они шли вдоль озера, небо уже потемнело, но им обоим свет не требовался. Когда они приблизились к ивам, Редьярд потянул носом и сказал: