Разрушитель (СИ)

— Огонь!
Напитанные магией арбалетные болты с лязгом сработавших механизмов рванули в небо. Столкновение со сгустками магических снарядов произошло довольно близко к позициям гхэллов — на высоте примерно в три десятка метров и разорвало воздух странными почти бесшумными вспышками пламени, словно тьма поглотила сам звук. Но гхэллы явно знали, что делали — большинство сгустков развалилось на отдельные части, посыпая под собой землю и строения чадящими, тлеющими хлопьями.
Тут же выстрелила третья шеренга, стараясь поразить то, что не удалось второй. И всё же два снаряда Смерти, хотя и потрепанные взрывами, пробились сквозь заградительный огонь. Причем их траектории сошлись в одной точке — там, куда и был нацелен массированный залп изначально.
Несколько семей гхэллов, самки и щенки, хвостом очереди втягиваясь под свод Святилища, замешкались. Пытаясь их прикрыть, десяток ближайших защитников из первого ряда рванули к мирняку, с дробным стуком накрыли себя и вход сплошной стеной щитов.
Удар оказался страшен. Не помог и вспыхнувший магический барьер, выставленный кем-то из особо продвинутых воинов. Тугой хлопок взрыва ударил по ушам, заставив меня качнуться и полностью оглохнуть, хотя я находился метрах в пятидесяти от зоны поражения. Невидимая злая сила словно попыталась вывернуть меня наизнанку. Резко затошнило, перед глазами на миг помутилось. А когда резкость вернулась, я увидел, что не только строение самого Святилища, но и десяток стоявших рядом глинников словно сдуло ураганным ветром. Разнокалиберные обломки рванули во все стороны, раскидывая семьи гхэллов вместе с защитниками, поражая их словно пушечными ядрами, разбивая щиты и разрывая панцири с кольчугами. Все вокруг окрасилось кровью — не меньше четырех десятков аборигенов разбросало изломанными куклами, а в центре всех трех шеренг воинов выбило целую треть. Многих убило мгновенно — не помогли ни параметры личной защиты, ни магия, ни доспехи.
Да что это за удар?!
Я ошеломленно перевел взгляд на стремительно наступающие порядки пожирателей. Сотни шатунов катились в нашу сторону мутной волной, словно поток из прорвавшейся плотины, разбиваясь между строений на множественные реки и ручейки. За ними неслось еще большее количество трубочников. Вся эта молчаливая орава, словно безголосое многорукое чудовище, размахивала на бегу бесчисленными конечностями, вооруженными палицами, топорами, посохами и духовыми трубками. Топот и треск заглушил все окружающие звуки. А позади наступающей волны топтались, вновь приподнимаясь после отдачи и готовясь к новому залпу, жуки-утилизаторы. Остатки очухавшихся защитников долго не думали: раненых потащили в сторону, остальные начали перегруппировываться, разбиваясь на отдельные отряды, чтобы легче было избегать вражеских снарядов.
Но как с этим бороться с нашими, как оказалось, невеликими силами?! Как сражаться без Хорки Умного, без его защитных аур, укрепляющих войско и нивелирующих вражескую магию одним присутствием Видящего?
— Уходи со своими к пристаням! — рявкнул Тарп Старый, проходя мимо быстрым шагом. — Портал разрушен! Задержим, сколько сможем, и тоже отступим! Не мешкай!
Его облик изменили новые доспехи, куда мощнее предыдущих — толстенная льдисто-синяя сталь панциря, огромные наплечники, “юбка” из тяжеленных пластин, наручи на руках и набедренные щитки — всё из одного комплекта. Явно приоделся в хранилище Форта, используя запасы Хорки… Почему-то эта мысль неприятно царапнула сознание, но это ведь не моё дело. Притороченные к оружейному поясу рукоятями, по бедрам гхэлла хлопали два мощных на вид одноручных топора, а на широком плече вздрагивал в такт быстрым шагам арбалет-чудовище, величиной чуть ли не с самого воина.
— Ключник, бегом! — резко бросил следовавший за Тарпом другой мой знакомец — Мэйх Остроухий, вооруженный щитом и топором, — и не вздумай попасть под удар Цветка Смерти, иначе не выживешь! Держи! Используй только при крайней необходимости, усилителей мало!
Раскомандовались…
Я мельком глянул на кристалл-расходник, оказавшийся в свободной от оружия левой ладони: “Большой усилитель могущества” (на 10 минут усиливает мощь всех способностей на 25% и увеличивает личные параметры на 50%), затем спрятал в подсумок. Лучше бы “Великий”, тем более — “Величайший”, но, видимо, с расходниками в самом деле не густо. А раз так, то, как говорится, дарёной варне на крылья не смотрят.
 
Все эти размышления отняли у меня лишь долю мгновения. Обернувшись и поймав напряженные взгляды Юлианны и Зелеакса, ожидающих моих распоряжений, стоя за спиной с оружием наизготовку, я кивнул им и мы рванули прочь без лишних слов. Пристани находились примерно в двух километрах от центра Форта, мы побежали по петляющим улочкам между глинниками, забирая влево, и взгляд снова взметнулся вправо и вверх к клубящимся тьмой снарядам. Жуки успели дать новый залп, и теперь эти клятые Цветки Смерти летели, казалось, прямо в нашу с сторону, словно преследуя по пятам.
Пришлось ускориться. Пропитанный гарью воздух бил в лицо, доспехи звенели железом и скрипели ремнями. Пристани и в самом деле сейчас единственный выход. Чертов Цветок Смерти вместе с порталом разрушил астральный маяк, я перестал его ощущать. Если пожиратели даже не попытались захватить портал Форта, решив его сразу уничтожить, то этому есть только одно объяснение — ревун, скрывавшийся в ауре Истощения Ростка, почуял Метку Смерти. Мою метку. И предпочел перекрыть пути отхода для Врага Владыки, теряя тем самым возможность захватить Колыбель и создать новый плацдарм для пожирателей. Охота на меня показалась ему более значимой задачей.
Могу ли я изменить ход этого сражения, как боец не из последних, как Ключник, в конце концов? Я уже недавно прикидывал, смогу ли я завалить ревуна, и пришел к выводу, что теоретический шанс есть. Но нужны практически идеальные условия. Ревун должен быть один, обязательно — вне ауры Ростка Смерти, мои подсумки должны быть полны кристаллами, а все нужные умения — вне отката. Нет. Неизвестных переменных слишком много. И сейчас как раз та ситуация, когда один в поле не воин. А значит, незачем тянуть время, подставляя гхэллов под этот ненужный бой, в котором невозможно победить.
Нет, и еще раз нет — сейчас поле битвы за ревуном. Пока он не покинет зону ауры Истощения, я даже теоретически не смогу ничего ему сделать, а он будет продолжать посылать волны пожирателей, пока защитников не останется. Чем быстрее я отсюда уберусь, тем больше будет шансов у остальных отступить без лишних потерь. Я-то выживу в любом случае. Бездна или Колыбель — я смогу вернуться откуда угодно, пусть и потеряв время. Но у тех, кто мне доверился сейчас — у них таких гарантий нет.
Незачем было вообще здесь появляться, но будущего я предвидеть не в силах.
Резко свернув в изгиб улочки между глинников, оглянулся на бегу. Юлианна с Зелеаксом не отставали. Хорошо. Насколько помню, души тех, кто привязан к Колыбели Форта, Система автоматически перепривяжет к ближайшему действующему порталу. Я мысленно прикинул карту. Пристани находились на условно северной стороне Форта, куда мы и неслись со всех ног. Порталы островов третьего ранга широким веером разбросаны далеко на юго-западе и на юге локации — Мокрец, Дохлый Ящер и Горбатый великан. Близнецы и вовсе находятся за этими тремя, совсем далеко. Самый дальний из действующих порталов — Храм Йеноху, недалеко от бывшего местоположения острова Мертвецов, а значит, вне досягаемости, как Близнецы.
И по всему выходило, что портал Храма Горэла — самый близкий, если смотреть по прямой строго на север. Видимо, там и возродятся те, кто не сожжет все сейвы в битве, угодив в Список Смерти. Для бывших узников Острова Мертвецов, кто не успел возродиться в Форте, кстати, тоже произойдет смена привязки, но эти разницы даже не заметят.
Юлианна бежала чуть правее меня, и ее первую сбило с ног докатившейся ударной волной, лишь немного ослабленной расстоянием и многочисленными препятствиями. Девушка вскрикнула, но я не дал ей упасть, успел среагировать и подхватить под руку, а Зелеакс, бегущий слева, уже помог не споткнуться мне самому. Дебафф “Легкой контузии” обновился, усилившись и снизив и без того неполную скорость.