Черное пламя Раграна. Книга 2
Дальше посыпался какой-то поток терминов, и это звучало примерно так, как если бы при мне говорили на фиянском или на фервернском. Хотя вру. Фервернский понятнее. Изо всего, что они говорили, я поняла только то, что мой маркер неправильный, потому что он формируется в крови человека и постоянно изменяется. Тогда как этого не может быть в принципе, потому что… и вот дальше начинался профессиональный медицинский.
Вайдхэн с каждым словом мрачнел все больше, как будто в него влетела снеговая тучка. Суровая такая снеговая тучка, а когда еще оглянулся и посмотрел на меня, даже показалось, что в лицо полетели снежинки.
– Повторите анализы, – сказал он, наконец.
Теперь у меня брали кровь под его пристальным взглядом. Более чем пристальным и каким-то далеким. Он словно находился в двух местах одновременно, в этой комнате и в своих воспоминаниях или мыслях, или куда там еще способна иртхана забросить фантазия.
Пообещав, что все будет готово в ближайшее время, медики испарились, а Вайдхэн отошел к окну. Сунул руки в карманы брюк и теперь наслаждался панорамными видами. Хотя если посмотреть на его лицо, скорее, не наслаждался, а собирался вылететь сквозь стекло и дохнуть пламенем. Спасибо хоть спиной не повернулся.
– Я умру? – как ни странно, мой голос не дрогнул.
– Что? – он взглянул на меня, морщины на его лбу разгладились. – Ты вообще о чем, Аврора?
О том, что мне страшно.
Вайдхэн приблизился ко мне и опустился рядом со мной на кровать.
– Прости. Я не подумал, что для тебя это…
– Что мне стоило бы все объяснить? – Я приподняла брови. – Это же моя кровь! И в ней завелся какой-то черный маркер…
– Маркер черного пламени.
– Одна набл разница! Я не понимаю, что происходит.
Морщины окончательно разгладились, тучка улетела.
– Я этого тоже не понимаю. Но мы все обязательно выясним, – прежде чем я успела ответить, он положил руки мне на скулы. – Время, Аврора. Дай себе и мне время. Все решаемо.
– Но как такое может быть? Откуда во мне пламя… или его маркер?
И снова тень на его лице, как будто эти события для него слишком… Мрачные? Тяжелые? Неприятные? Но как понять, в чем дело, если он ни о чем мне не говорит?
– О чем они вообще говорили? Я половину не поняла.
– Не считая того, что в твоей крови появился маркер черного пламени… Подожди! – Лицо Вайдхэна снова резко просветлело. Вот а можно мне транслировать то, что в его голове происходит? Если бы можно было, я бы с удовольствием, от трансляции чувств сейчас толку мало.
Но увы, мало того, что трансляции не ожидалось, так еще и он резко поднялся и вышел. Так быстро, что только порыв ветра пронесся по комнате.
Что это было сейчас?
И не бежать же за ним.
В просторной спальне мало того что было много света и мало мебели, так еще и было довольно свежо. Поэтому я подтянула колени к груди, справившись с порывом забраться под одеяло. Смотрела на Рива Эльте и думала о том, как моя жизнь кубарем полетела с горки во время того визита в Ровермарк. Потом подпрыгнула на кочке, взлетела, и где-то в этом полете мы пересеклись с Бенгарном Вайдхэном, с которым в других обстоятельствах просто никогда бы не встретились. Если бы Зои не подсунула мне это объявление о том, что в отдел кадров Ровермарк требуется секретарь.
Поэтому и отнюдь не только поэтому стоило бы все ей рассказать. Все от начала и до конца. Я вздохнула, сходила за сумочкой, взяла смартфон.
Собиралась уже набрать номер подруги, потом передумала, вспомнив, что она может быть на работе. Сейчас, перед праздниками, в ее салоне не выдохнуть, иногда они даже открываются раньше на полчаса. Покрутила смартфон в руках, отложила. Все равно о таком не говорят по телефону, лучше договориться и заехать к ней в салон во время обеда.
Я собиралась отправить Зои сообщение, но в этот момент в комнату вернулся Вайдхэн. С закатанным рукавом и медицинской впитывающей пластинкой с дезинфицирующим раствором на сгибе локтя. Выглядел он не просто спокойным, а очень спокойным. Расслабленным. И, кажется, подобревшим, потому что в его глазах мерцала улыбка. Та же самая улыбка, которая сейчас была у него на губах.
– Кажется, одно уравнение мы решили, Аврора.
– Правда? – уточнила я. – Какое?
– Откуда у тебя черное пламя. Маркер в твоей крови полностью идентичен моему.
ГЛАВА 3
Черное пламя передается столовым путем. Ничего другое мне в голову не приходило, потому что иначе как? Откуда в моей крови маркер его черного пламени? Стоило мне подумать про это и про столовой путь, как я опять начала безудержно краснеть. Щеки заполыхали как флаги, а он еще и был так близко в этот момент. Совсем рядом, и его губы тоже. Я вспомнила, где его губы были вчера, и…
Ой, все!
– Откуда? – спросила я, рассматривая собственные руки. Надо было на маникюр записаться, но я протянула время, до последнего, а потом моя мастер (кстати, из салона Зои) заняла уже все места перед праздниками. Поэтому быть мне в праздничную ночь со старым маникюром.
Что только в голову не полезет, чтобы не думать про столовой путь.
– В этом нам предстоит разобраться. – Пальцы Вайдхэна снова легли на мой подбородок, и я невольно подняла голову. – Ты же не думала, что я просто приму это как факт?
Да я еще ничего подумать не успела.
– Это нормально? Для иртханов. В смысле… разве шаманы не вливали себе кровь драконов, чтобы получить этот маркер? Или это что-то другое?
– Маркер – это еще не пламя, – Вайдхэн посмотрел мне в глаза. – Аврора, ты расстроилась?
Нет, я обрадовалась! Как бы невзначай поменяла вид, и радуюсь тут сижу. А как это скажется на Ларе? Я что, обиртханиваюсь? Какой кошмар!
– Я в шоке, – честно призналась я.
– Да, ситуация и впрямь нестандартная, – несмотря на всю нестандартность ситуации, раздосадованным он не выглядел. Я бы сказала, Вайдхэн выглядел чересчур довольным для того, кто разбрасывается своими маркерами в малознакомых женщин. – Учитывая, что шаманы Пустынных земель, да и не только шаманы, действительно вливали себе кровь драконов, чтобы получить такую силу, а мы с тобой…
– Это из-за того, что произошло вчера? – не выдержала я.
Он приподнял брови:
– Из-за того, что я доставил тебе удовольствие?
Ну вот, он это сказал. Как мне при этом не краснеть?
– Да.
– Нет. Не думаю. В любом случае, нам с тобой предстоит это изучить, потому что мы первые так выпендрились.
Первые. Мы.
Мы!
– Ты так спокойно об этом говоришь…
– Потому что не вижу причин волноваться, – он пожал плечами. – Если это произошло, значит, с точки зрения биологии и физиологии это естественно. Будем наблюдать.
Хорошо ему говорить!
– То есть если бы у тебя в крови завелся маркер обычного человека, ты бы тоже сказал, что не о чем волноваться?
Он нахмурился.
– Вот. А мне ты предлагаешь не волноваться.
– Ну, если хочешь, волнуйся, – Вайдхэн неожиданно притянул меня к себе и поцеловал в макушку. – Безумно не хочется с тобой расставаться, Аврора, но через час мне надо быть в Ровермарк.
Я от такой непосредственности просто очешуела. Он же… он же ведет себя так, будто мы уже встречаемся. Лет десять.
– Ты тоже волновался, – напомнила я, совсем не уверенная, что мне хочется расставаться с ним. Разум мне говорил одно, а все мое существо принимало эту естественность между нами, как само собой разумеющееся. – Когда они только заговорили про маркер. Помнишь?
– Это было неожиданно, – он на миг нахмурился, но тут же отпустил складку между бровей вместе с коротким настроением. – Это вообще другое. Забудь, Аврора. Что касается твоего маркера, который похож на мой, я предполагаю, что мой дракон таким образом отметил твою особенность. Для него.
«А для тебя?» – хотела спросить я, но поняла, что это будет слишком. Между нами и так слишком много всего.