Когда рушится мир (СИ)

- Да что ты так разошлась? – попытался успокоить ее Хью. – Да согласен я, согласен.
- Тогда тащим в дом эту мразь, Арнульфа. Он должен ответить за все.
***
К утру двух оставшихся бродяг уже растащили псы. Перед домом валялись какие-то клочки, да бурыми пятнами темнели на мостовой засохшие лужи крови. На разделку тела ушел почти день, и кучу отходов нужно было куда-то деть. Ребята уже перестали осознавать, что они творят, но им было плевать. Они были сыты, и это главное. Остаток мяса они решили засыпать солью и засушить. Соль как раз была, и ее было много. Это единственное из съестного, что кухарка не украла на прощание.
Обрубки и обрезки Хью сложил в мешок, который нужно было отнести подальше от дома. Не хватало еще собак тут прикормить. Тяжеленный мешок он тащил волоком, взвалить такое на спину он просто брезговал. Из оружия с ним был антикварный кинжал, который висел на левом боку, под руку. Нужно было спешить. Запах от мешка чувствовал даже он, что уж говорить о собаках. Два дома пройдет, и достаточно. Не успел! На правой руке повис какой-то барбос, а в конце улицы в его сторону повернулся сразу пяток собак, которые взяли разбег в его сторону. Псы уже давно не лаяли, они всегда атаковали молча, и это было еще страшнее. Хью, не обращая внимания на боль, вытащил кинжал и распорол бок собаке, повисшей на его руке. Та разжала зубы и теперь жалобно скулила, лежа на земле. Она теперь напоминала обычную дворнягу, которая когда-то умильно выпрашивала объедки у прохожих в бедных районах.
Хью припустил домой со всей скоростью, на которую был способен, и он успел захлопнуть предусмотрительно незапертую дверь перед оскаленной собачьей мордой. Он сполз по двери вниз, успокаивая рвущееся наружу сердце.
- Мы будем жить, Хью, - сказала сестра, которая стояла в холле и смотрела на него. – Они все сдохнут, а мы будем жить. Найди мне какой-нибудь небольшой ножик и покажи, как с ним обращаться. Я больше не хочу…
Она так и не сказала, что она больше не хочет, да Хью и не спрашивал. Он заснул прямо у двери, бесконечно вымотанный голодом, неожиданной сытостью и двумя подряд попытками его убить. Для одного дня было многовато. Он просто отключился.
***
- Что, вот так вот водителя своего и ели? – с нездоровым интересом спросил майор.
-Тем и спаслись, - кивнул головой Хью. – Мы уже к тому времени от голода сознание начинали терять. Хельга права была, не было у нас выхода. Либо собаки их съели бы, либо мы.
- Да, конечно же, вы поступили так из-за безвыходной ситуации… Я понимаю, - сказал Эль-Суфи, но прозвучало это так фальшиво, что просто сводило скулы.
- Ты понимаешь? – резко повернулся к нему Хью. – Да ты ни хрена ты не понимаешь. Я тебе рассказал об этом, чтобы ты тут прожил хоть на час больше. Мне платят за каждый день, что я тебя вожу. И поэтому в моих интересах, чтобы ты жил. Как только мне перестанут платить, можешь сдохнуть в ту же минуту, я рыдать не стану. Тебе это ясно?
- Да не кипятись ты так, парень, - примирительно сказал майор. – Пошли, что ли.
- Пошли, - вздохнул Хью. Вольф обещал патрон, если рассказ состоится в этом месте, и будет увлекательным. Он отработал, пора идти. И зачем Вольфу это надо? Непонятно.
Дальше путь был почти без приключений. Иногда из самых неожиданных мест появлялись собаки, обнюхивали новичка, и убегали. Майор даже почти перестал пугаться. Ну, подумаешь, обычные собачки. По дороге сюда какие-то ненормальные псы встречались, бешеные, наверное. Объект обосновался в подвале королевского дворца, и это было необычно. Вроде бы и верно все, а вроде и вызов какой-то. Я все еще ваш король!
Точку наблюдения ему предоставили в саду, где он и обосновался, не догадываясь, что ночи сейчас были довольно прохладные, а король раньше утра в поле зрения не появится. Вот так утонченно поглумился над руководством Любомир, оборудовав место наблюдения двумя камерами. Ну вдруг, тот чего забавного учудит.
***
На следующий день. 
- Дорогой, полюбуйся, какой красавчик этот новый агент, - сказала императрица, с интересом смотря трансляцию из Ингланда.
 
- Да он перед зеркалом крутится, дольше, чем баба, - недовольно сказал император. Он поставил на его победу, но теперь пожалел об этом. Он прокололся! Жена обдурила его, как ребенка! Этот спор не был экспромтом с ее стороны, она прекрасно знала, кто будет заброшен в злосчастное королевство.
- Слушай, они собственного водителя сожрали, представляешь! Девочка вроде такая лапа, а ты посмотри, что творит! Нет, ну какие нужны нервы, я вся в переживаниях! – по-бабьи всплеснула руками императрица.
Император тоже был захвачен происходящим, но вида не показывал. Новый агент его дико бесил, а он на него поставил, между прочим.
Вот он лежит в засаде и хлюпает носом от малейшего ветерка. Разведчик, блин. Он еще и в носу ковыряет, и козявку разглядывает. Ну и мерзость!
- Да кто это такой? – с раздражением спросил он. – Нормального человека не могли послать?
- Это зятек первого замминистра финансов, - с удовольствием ответила жена. – Перешел в разведку карьеру делать.
- Так вон что ты затеяла? – с пониманием протянул император. – Сейчас весь высший свет увидит, какой придурок зять у нашего вельможи, и тот будет опозорен. Да, затейливо ты разыграла обычное увольнение, жена моя. Ему же теперь придется в отставку подать. Хотя, может, зять там подвиг какой совершит…
- Если совершит, то пусть тесть дальше работает, - милостиво сказала императрица. - Но согласись, мой венценосный супруг, до чего весело!
- Да, забавно, - ответил император, впившись в экран взглядом. На следующем кадре он увидел короля Эдмунда, который лежал в десяти шагах сзади, и вытащил из ножен кинжал. – Ну?!!! Обернись, придурок! Он же тебя сейчас зарежет! – заорал он.
Обрыв трансляции.
- Да что это значит? – взревел император. – На самом интересном месте!
- Это значит, что мальчик, который руководит Западным Управлением разведки, очень умен, и все понял, супруг мой. Или ему кто-то рассказал, что более вероятно. Продолжение мы увидим завтра. Представь на секунду, что сейчас творится во всех светских салонах. Ведь вся знать столицы прилипла к экранам.
- Да уж, - с удовлетворением сказал император. - Ты знаешь, какую ставку сделал премьер?
- Какую? – с интересом спросила императрица.
- Он поспорил, что если агента убьют, то он споет в опере, когда там будет полный зал.
- Но у него же нет ни слуха, ни голоса, - изумилась его жена. – Я хочу это увидеть!
- И все хотят! – подтвердил император. – Билеты в оперу выкуплены и перепродаются за невероятные деньги.
- Какая прелесть! – восхитилась императрица. А что же поставили против?
- Да какую-то безделицу, металлургический комбинат, кажется. Я не стал вникать в эти скучные мелочи.
  
Глава 14
 
207 день Катастрофы. 
- Почему его не нужно убивать? – удивленно спросил Эдмунд.
- Нужно взять паузу, - терпеливо объяснил Зигги. – Надо накалить атмосферу, и довести публику до крайней точки возбуждения. Тогда мы получим необходимый эффект, понимаешь?
- Да ты вообще охренел, щенок, - начал срываться король. - Ты за кого меня держишь?
- Я вчера банку тушенки отдал человечку, - спокойно сказал Зигги. – Знаешь, за что?
- Да плевать я на это хотел, - брызгая слюной, заорал Эдмунд. - Кому хочешь, тому и отдавай!
- Ты из города бежать решил, а он тебя увидел и в торец тебе дал, - тем же спокойным голосом сказал Зигги. – И еще пояснил тебе, чтобы ты шел домой, и вел себя прилично. Ну, ведь так все было? Никуда ты отсюда не денешься, тебя весь город искать будет. А если все-таки сбежишь, то и вся наша несчастная страна. Благодаря лично тебе, кстати, несчастная. Ящик тушенки за тебя дам, я же говорил. У тебя выбора нет, дядя. Поэтому делай, что говорят, не зли людей.