Держи меня крепче (СИ)
— Моя любовь!
Он громогласно закончил и обвёл всех взглядом, будто ожидал аплодисментов. Если совсем откровенно, мне было крайне приятно слышать эти слова, которые ничуть не являлись правдой. Но я буквально таяла, слушая тёплые слова и представляя, что они предназначены мне тем, кто и вправду так чувствует. Мозг протестовал, а сердце плавилось, и даже омерзительный запах пота уже не казался таким противным.
В этот момент нас ослепила вспышка фотоаппарата, а разъярившийся Шер, наконец-то выпустив меня из объятий, погнался за Ильёй, чтобы хоть кому-то дать в морду. Псих, одним словом.
Пока они носились, парни из группы задали мне парочку вопросов о том, как меня угораздило связаться с «этим придурком», а я ответила, что «любовь зла», вызвав на их лицах усмешки и похвалы, мол, всё у меня в порядке с чувством юмора, значит в коллектив я вписываюсь. Тогда они ещё что-то бормотали, что я теперь шеровская ван лав вместо танцев, но в итоге пришли к выводу, что у него будет две лав. Мне было всё равно, честно говоря, я просто кивала головой, соглашаясь.
Девушки, присутствовавшие здесь в количестве трёх штук, с вызовом оглядывали меня с ног до головы и обсуждали за глаза. Но мне и до них не было дела, хотелось уже покинуть чужую территорию.
Шера носило где-то по школе, на него подействовала школьная атмосфера, или в пятой точке не переставало играть детство, зато Оливер аккуратно взял меня под руку и увёл от возбуждённых фанки-джаз-манов.
— Слушай, прости меня, плиз, я сам не заметил, как выдал вас…
— Да что уж там, всё позади, — махнула я рукой.
Все равно его Артём убивать будет. А два убийства одного человека будет многовато даже для такой яркой звезды как Олли.
Мы пошли прочь из спортзала.
— Мне так неудобно.
— Забыли уже.
— Нет, правда, жутко себя чувствую. Как предатель…
— Ты не предатель. Всего лишь жертва своего языка.
— Я расколовшийся шпион. Фиговый из меня шпион, — опустил голову мой друг.
— Проехали.
— Извини…
— Ничего страшного, — заверила я его, уже простив.
Не могу я долго дуться и быть обиженной. Так уж заложено в моей природе.
Мы шли немного молча, но я видела, что Оливеру хочется что-то сказать, и поэтому он без конца закусывает нижнюю губу.
— Говори, — расщедрилась я, с прискорбием ожидая услышать новую порцию извинений.
— Ну, сегодня, помнишь, я говорил про сюрприз.
Моё внутреннее я, сделав парочку кульбитов, воспарило над разумом в ожидании сюрприза. Наверно, это что-то клёвое, подсказывало мне сердце, потому что всё дурное, что могло произойти сегодня, уже произошло. И я была не прочь получить презент за адские муки.
— Да! — улыбнулась я ему.
— Мне нужен твой совет, — направляя мне к лестнице, ведущей на второй этаж к актовому залу, признался Олли.
Я запуталась. Секунду назад он говорит о сюрпризе, а сейчас о совете. Мой совет для него сюрприз что ли?
— В каком вопросе?
Мы поднялись наверх и, остановившись на верхних ступеньках, присели. Олли попросил меня вытянуть ладонь и опустил в неё красивую серебряную цепочку. В этот момент, оторвав меня от созерцания неимоверной красоты, на подножии ступенек нарисовался мой самый младший брат с неизменной камерой в руках. Его появлению я была удивлена даже больше, чем тому факту, что оказалась обладательницей шикарной цепочки с кулончиком в виде скрипичного ключа.
Помаячив у подножия секунд пять, он развернулся и убежал, оставив меня с раскрытым ртом, а Олли, кажется, вообще внимания не обратил на несуразного малыша. Ну, бегает и бегает. Главное, чтобы не приставал.
— Как тебе? — спросил Оливер.
— Красивая подвеска, — честно ответила я, постаравшись выбросить из головы недавнее появление Сеньки. Тем более ощущало себя глупо, что даже не сказала ему ни привет, ни пока.
— Значит, ей она просто обязана понравиться, — заключил друг, аккуратно высвобождая цепочку из моих рук.
Я почувствовала себя дурочкой. С какого перепугу я решила, что этот подарок может быть для меня. Тем более от Олли. Мы друзья, и поводов для подарков я ему не давала, в смысле праздников никаких у нас по календарю не задумано, день рождения у меня не сегодня, — вообще глупо было такое предполагать. Разумеется, это подарок для его девушки, которую он любит до бесконечности.
— Да, ей понравится, — я робко улыбнулась Оливеру.
— Хочу подарить ей. Мы сегодня идём в ресторан. Я решил не экспериментировать с неожиданными местами для свиданий.
Далее последовал его душещипательный рассказ, названный им «тёмной сагой», о самом неудачном свидании в его жизни в морге, но в то же время и самом нелепом, даже диком. Хотя закончилось оно обломно, надежды он не терял и вновь вызвонил девушку своей мечты на очередное рандеву, а теперь готовился. Я дала ему ценные советы по поводу того, что девушки любят, а что ненавидят, Олли даже законспектировал одну из тем о значении цветов роз. А потом, в своём обыкновении, резко сорвался, осознав, что опаздывает на свидание. Всё как обычно.
Он вёл себя очень дружелюбно, я не понимала тогда, почему он предпочитает проводить время со мной вместо своих друзей, но как наивная я жалела бедную звезду, у которой по закону жанра, видимо, их не было. По крайней мере, в фильмах так и бывало. Я тогда не знала, что у парня куча приятелей. Позднее же узнала, что у него была и горстка друзей, заботливой рукой Боженьки-садовода рассеянная по всему миру. А самый лучший друг вообще жил в этом же городе, и был мне трагически знаком.
Но перед этим он попросил меня вновь наведаться в спортзал, прямо-таки умолял, заставив пообещать пойти. Нарушать свои обещания я не любила.
31
Я ещё немного посидела, раздумывая над ситуацией, в которой оказалась благодаря двум странным разным братикам, и уже хотела подняться, чтобы отправиться домой, игнорируя просьбу одного из них, как увидела, что в зал вбежал Джава, с большой коробкой в руках, перевязанной красной лентой. Смотрелся он крайне загадочно, и мне до жути стало интересно, что же он в ней притащил. Вероятно, у кого-то из клана день рождения, а они хотят устроить ему сюрприз. Я решила принять участие. Надо было поднять себе настроение. А радость на лице любого человека, если эта радость искренняя, передастся и мне, как по волшебству. Так что я последовала за ним.
Ребята скучковались в середине зала. Я пыталась разглядеть среди них своего мужа, но упорно не замечала. Либо он уже смылся, либо в схватке с Ильёй победа оказалась не на его стороне. Так ему и надо, не будет выпендриваться.
— Я думал, ты уже свалила, — задумчиво раздалось из-за спины из комнаты для переодевания.
— А я думала, тебя огрели скамейкой по лбу…
— Не смешно, — пожал плечами Шер.
— Зато жизненно.
— Много знаешь о жизни? — прищурился Артём.
Ответить было нечего. Настроение закатилось куда-то под плинтус или даже в район фундамента. Я направилась прочь.
— Эй, Королева Весны, стой! — донеслось из зала, я обернулась.
— Ребята, — начал торжественную речь Джава, то и дело подпрыгивая на месте. — Мы бы хотели вас поздравить…
Всё встало на свои места. Этот подарок, их загадочное кучкование и просьба Оливера. Кажется, его други дико рады, что Шерхан нашёл постоянную девушку, успокоил требующие разнообразия гормоны и перестал гулять, как мартовский кот. Облом, это неправда, но они пока этого не знают. Они надвигались на меня, я спиной надвигалась на развалившегося на скамейке Шера, потом я споткнулась и удачно приземлилась ему на колени. Выражать своё недовольство при друзьях мой муженёк не рискнул, но заикнулся о коровах, а я задумалась о кастрации.
Между тем, путь к отступлению через дверь оказался прикрыт живой стеной отчаянно радующихся парней и недовольных девушек, видимо, рассчитывавших ранее в своих мечтах на вакантное доселе место девушки Артёма Охренчика. Думаю, самое притягательное в нём, это его необыкновенная фамилия. Точно, именно из-за неё они и завидовали мне, ведь теперь в их глазах я главная претендентка на неё.