Держи меня крепче (СИ)

В этот момент во двор на бешеной скорости, впрочем, как и всегда, въехал до боли знакомый чёрный внедорожник, который Шеру на день рождения подарили родители, а он был на седьмом небе от счастья от подарка. И вспомнился тот вечер, проведённый с ним наедине в уютном салоне под тихую музыку джаза, после которого Соня поняла, что они встречаются. Пальцы, перебирающие прядки волос. Нежные слова, ласкающие шёпотом уши, и мурашки, расползающиеся от шеи по всему телу.
Она тряхнула головой, отбрасывая нахлынувшие воспоминания, обозвав себя старушкой в маразме, и её губы растянулись в невольной улыбке, потому что он приехал, конечно же, для того, чтобы помириться.
Но что совсем неожиданно, так это выловленная её цепким взглядом фигурка сестрёнки, покидающей машину. А затем тачка дала резкий старт и скрылась за поворотом. Так же стремительно, как и появилась.
Соня бухнула чашку на ровную поверхность подоконника, расплескав содержимое, и покинула комнату, не в силах смотреть в окно. Да и чего, собственно, там ждать? Что он развернётся и приедет к ней? Надо быть полной идиоткой, чтобы верить в чудеса. Надо быть дурой конченной, чтобы верить двуличной стерве-сестре, справившейся и без её помощи, а также нагло умыкнувшей чужого парня. Это с ней он провёл прошлую ночь, пришло запоздалое прозрение. Выбрал сестру, а Соню отшил, как надоевшую игрушку. Всё из-за неё.
Она же всегда Лену почитала, как самую правильную и положительную личность. Не показывала в открытую, но молча восхищалась тем, что она верна своим принципам и честно блюдёт семь заповедей, она не помнила каких точно, только число, и свято верила, что сестра никогда ни одну из них не нарушила. Да, это скучно — жить, как Ленка, но всё же вызывало восхищение. Перевоплощение матери Терезы.
А она взяла и предала.
Соня этого так не оставит. Она отомстит Лене. И Шеру. Которые решили посмеяться над ней.
Даже слов ругательств не подобрать, чтобы обозначить этих двух ползучих гадов.
Соня решила, что обязательно позвонит Оливеру и никогда не расскажет, что на самом деле он должен был познакомиться с её сестрой. Ничего, переживёт, змеюка подколодная. Баш на баш. Она увела её парня. Так что теперь лишится своего потенциального. Это маленькая, по сути, ничего пока не значащая месть. А может стоит подговорить Олли и заставить его помочь разбить новую пару? Тоже вариант, но вот согласится ли он сделать это ради Лены? Просто понравилась — это одно, а вот влюбиться — совсем другое. Нужно будет прощупать почву и составлять дальнейший план мести.
Она обдумывала дальнейшее поведение, когда в комнату заглянул Стас и позвал пить чай, потому что он «краем уха услышал, что кое-кто принёс тортик». Желания идти не было. А вот желание поесть торт было. Так что она поплелась следом за братишкой. Вспомнив, что у неё заварен кофе и он вероятно остыл, Соня не стала бы пить холодный, но не обнаружила его. Весь внутренний самоконтроль, над которым она тщательно работала после входа на кухню, чтобы не прыгнуть и не свернуть шею Лене, стоящей у окна с глупым выражением лица, актриска, смело шквалом урагана, помощнее, чем ураган Катрина. И она не сдержалась, наорала, а потом взбесилась ещё больше от лживых слов Лены и направилась на выход.
— Ой, да не парься, Сонька, я сейчас всем по новой заварю, — принялся утешать уходящую с горящими от гнева глазами Соньку Егор, но она даже не обернулась.
— Я сам заварю! — возопил папуля. — С тортиком вместе попьём. Вся семья в сборе, — мечтательно протянул он. — Только Максика не хватает. Пойду, разбужу.
— Не надо! — прервал его наш с Егором стройный симбиоз.
— Ему нужно поспать, а то он всю ночь творил, — вставил отмазку брат, чтобы папа не усердствовал.
— Ааа, ну, ладно тогда. Пусть отдыхает. А вы, молодёжь, молодцы! Встали пораньше. На пробежку, да? — мы нестройно кивнули, как ему такой бред в голову только пришёл. — А может вместе побежим?
О! Его воодушевлению, кажется, нет конца. Да вытащите уже из него батарейки!
— Да нет, дядь, мы как-то сами, — внёс свою лепту доселе молчавший Стас, видимо, тоже углядевший в нашем папе подвох.
 
— Не буду заставлять. Давайте, чаю.
А потом он с нескрываемым удивлением узрел всю комнату, точнее то, что мы с ней натворили. Удивительно, что он сразу не обратил внимания на бардак, разведённый мной и дядей. Все засуетились, сначала в уборке кухни, а затем доставая чашки, ложки, разрезая торт и занимая места за столом.
Как же мне не хватало моей сумасшедшей семейки.
Только Сени не хватает. И Сони. Да дяди Макса. Последний спит, первый, стопроцентно, прячется в засаде, снимая нас на камеру, а вот вторая, не знаю, что за бешеная корова её укусила, но мне так гадко на душе, что из-за меня её чуть на каторгу не отправили. Простит ли она меня когда-нибудь?
  
21
 
Неделя выходных без всяких форс-мажоров — это просто сказка. Сладкая истома, дарованная мне свыше. За то, что я такая хорошая.
Оказалось, у меня неплохо получается мечтать. Жаль только, что мечты нематериальны. Видимо, я всё же нехорошая, и не гожусь для таких подарков. Он был бы мне наградой, как пряник в детском рассказе. Не помню, кто написал, не помню названия, помню лишь сюжет. Двое балбесов — брат с сестрой — пубертатного периода, и их дружок, который, несмотря на свой возраст, очень изощрённо умел ругаться, вероятно, от отца научился или от дядьки какого-нибудь, впрочем, в деревеньке за многими мужиками можно с ручкой и блокнотиком бегать, дабы увековечить их словоизрыгания; короче говоря, братия этих шалопаев отправилась в лес собирать ягоды, чтобы потом принести корзинку деду с бабкой, которые как раз собирались на ярмарку. То ли собирать им было лень, то ли ягоды с гораздо большей скоростью радовали пищеварительный тракт, нежели лоно корзинки, но собрали они до безобразия мало земляничек. Что огорчило и девочку, и братика, но не их друга, который ко всем прочим своим талантам был жутко сообразительным. Он предложил напихать на полкорзины травы, а сверху усыпать ягодами, что они и сделали, правда, до последнего силясь со своими совестливыми позывами. Корзинку затем отдали, а после того, как предки вернулись, получили обещанный тульский пряник — самое долгожданное лакомство ярмарки. Но радости от него не получили ровно нисколько. Потому что совесть не молчала.
Моя тоже не молчит. Эту кашу я сама заварила, а теперь хочу быстренько смыть её в канализацию посредством белого фарфорового друга, вдобавок хочу сладкой жизни. Может быть, я немного и утрирую ситуацию, но это не отговорка. Допустим, кашку я смою. Но оттирать кастрюлю буду очень долго. Или же дам ей настояться в воде, чтобы потом только ополоснуть. В любом случае — требуется уйма времени, которого у меня нет. Потому что ни день, то новый замес (как говорит Соня), что ни час, то очередной звонок, за которым следует очередной замес. Пусть это тавтология. Но опасаясь новых бед, я даже трубку не хотела снимать. Отключив телефон, я могла пропустить важный звонок. Поэтому поставила на вибро режим и обнаружила позже пропущенные звонки, вслед которых приходили сообщения с характерными отправителям текстами: «ты издохла? =) @Нецензурная речь@, надо теперь венок заказывать… =(» или «если не снимешь трубку, считай — мы больше не подруги!!!»
В основном писали двое — Шер и Леся. Шера я игнорировала с видом заправской динамщицы. А с Леськой пыталась связаться, но меня почему-то постоянно переадресовывали непонятно куда. В первый раз — к глуховатой даме, которая спутала меня со своей великовозрастной дочерью, во второй — к малолетнему панку, пытавшемуся назначить мне свидание и не отстававшему даже тогда, когда я сказала, что замужем, в третий — к солдату-дембелю во Владивосток, посчитавшему, что ему звонит некая зазноба из интернет-знакомств. После последнего звонка с моего счета сняли остатки денежных средств, а свои попытки я свела к нулю. Но это, к сожалению, не помешало принимать от моего «горячо любимого» мужа новые сообщения с откровенно раздражающими текстами, которые я порывалась удалить не читая, но каждый раз после смолкшей мелодии из лязга стали в моём безграничном воображении одерживала верх любопытная Варвара с непропорционально длинным носом (уж лучше бы у неё ноги длинными были…), и я нажимала «Прочитать». Снова и снова.