Фэнтези на мою голову! (СИ)

Небо до сих пор напоминает тёмное полотно, а росчерки молний добавляют некого блеска, от чего атмосфера здесь кажется несколько мрачной, но не менее чарующей и, я бы даже сказала, по-хорошему будоражащей.
Я следую за ним и встаю по другую сторону. Он упирается локтями о каменный бортик и смотрит куда-то вдаль.
Наверное, это не просто, знать, что ты мог бы иметь родителей, не будь они такими «святошами», помогая всем вокруг. Обычно такой тип людей совершенно забывает о своей семье и даже о себе, стараясь привнести гармонию в окружающий мир. Но я почему-то уверена, что его родители любили его. И думаю, как и многие, если бы могли, то непременно вернулись бы к нему. Хотя в одном они доказывают, что не несмотря ни на что, не предают свою мечту, как и внутренние убеждения. Это показывает их, как людей с невероятной душой и большим сердцем, дарующим любовь и заботу не только друг другу.
Действуя по инерции, я касаюсь его плеча, и он тут же переводит взгляд на меня.
— Думаю, если бы твои родители не были теми, кем являлись, включая их безграничную доброту, веру не только в себя, но и в других, а так же любовь, которую они дарили всем вокруг - ты бы не стал тем, кем являешься сейчас… Поэтому, нет. Это вовсе не глупо, мистер Сай. — Я тепло улыбаюсь и убираю руку, почувствовав покалывание в коже, а затем также опираюсь о бортик, разрывая зрительный контакт, от которого у меня мурашки бегут по коже.
«Дыши, Вика. Только дыши…» — не переставая, мысленно повторяю себе, разглядывая лес, отбрасывающий причудливые тени и огни, похожие на светлячков.
— Мне жаль…
— Что? — Я оборачиваюсь, в непонимание вздёрнув бровь.
— Мне жаль, что у тебя не было шанса узнать своих родителей, Вика.
Услышав это, моё горло сдавливает тисками обиды, от того, что у меня и впрямь не было такого шанса. И никогда не будет. Несмотря на то, что они меня бросили, я бы хотела узнать их, хотя бы понять, почему они так поступили…
Я пытаюсь удержать слёзы. Но несмотря на мою внутреннюю борьбу, одна всё же вырывается и теперь медленно катится по моей щеке, увлажняя кожу.
Что за сентиментальность!? Кажется, некроманты вместо черствости, привили мне противоположные черты!..
Уже хочу отвернуться, чтобы не показаться в очередной раз слабой. Хотя, по-моему, поздно, если смотреть на все мои поступки ранее.  Но не успеваю, потому что в этот самый момент его холодные пальцы касаются моей коже, вытирая слезы и обжигают…
— Не надо… — хриплым голосом произношу я, продолжая стоять на месте, испытывая неопределённые, хотя чего уж там… Вполне определённые чувства. Однако я по-прежнему не хочу быть слабой. И то, что он вытирает мои слёзы, лишь доказывает, как низко я падаю.
— Не надо, — повторяет он, удерживая мои руки.
Только смысл его слов - я не совсем понимаю. Потому это замешательство отчетливо проступает на моём лице.
— Не надо закрываться, — поясняет Сай. — Не становись той, кем не являешься. Слабость – это нормально.
С минуту я стою с изумленным выражением лица, а затем издаю смешок, когда он убирает свои руки.
— Серьёзно?
— Вполне.
— Это точно – ты? — с опаской произношу я, пытаясь сдержать улыбку.
Он закатывает глаза, отворачиваясь к лесу, но я вижу, как на его губах проскальзывает усмешка.
Я встаю рядом. Между нами, почти не остается пустого пространства, от чего я чувствую, как он дышит, и его плечи, едва поднимаются.
— Спасибо… — Этим я говорю все то, что не могу описать словами, как и толком дать определение собственным действиям.
Мы встречаемся взглядами.
Его лицо озаряет самодовольная ухмылка, когда он неожиданно произносит:
— Теперь мы квиты, Золотарёва.
— Ошибаетесь, мистер Сай, ошибаетесь… — растянувшись в лукавой ухмылке, произношу я, чувствуя, как в этот момент, между нами, что-то меняется. И я не знаю, можно ли это чувство назвать тем самым, но почему-то уверена, что теперь мы куда ближе, чем раньше.
8.1. Рубиновый лес
Я шагаю, вверх, по лестнице, в направление кабинета мистера де Ореля. За спиной у меня рюкзак, набитый необходимыми вещами, которые вполне могут пригодиться в походе. На мне обычная серая футболка, поверх которой накинута синяя ветровка с капюшоном, старые потёртые джинсы и высокие ботинки на шнуровке. Волосы забраны в высокий хвост, из которого то и дело выбивается одна прядка.
 
Я нервничаю, стоит мне на шаг приблизиться к заветной двери. И это не удивительно. Хотя вчера, после того как мы расстались с Лиамом, собрав вещи, я несколько часов медитировала.
Моя сила не спокойна. Она тоже чувствует, надвигающуюся бурю.
Вчерашнее завершение «Дня памяти» стало поистине - прекрасным. Если поначалу я чувствовала себя неуютно и в некоторых моментах меня одолевала грусть, то после встречи с Лиамом - все изменилось. Внутри меня поселилось тепло, разливающееся по телу, словно раскалённая лава, а в голове витал ворох бабочек, которые то и дело путали мои мысли, стоило в очередной раз заглянуть в его глаза...
Мы перекидывались незначительными, местами шуточными фразами, в ходе которых смеялись, то и дело соприкасаясь плечами. Именно в эти неуловимые, наполненные волшебством моменты, я вдруг поняла, что небезразлична ему.
Не знаю: назовите это женской интуицией, наивностью или же желаемой действительностью. Но те мгновения, когда он украдкой кидал на меня взгляд, полный нежности, в котором, казалось, сияли звёзды, я чувствовала ту самую ниточку, что появилась между нами.
Может это банальная симпатия или же страсть, которая так же быстро угасает, как и вспыхивает. Может глупая физиология или же фантазия, которую я принимаю за реальность. А может...нечто большое...
Я не знаю. Но тогда, я отчётливо ощущала притяжение, между нами, от которого мне всё труднее держать мысли под контролем, и сердце, которое всё чаще путается в частотах.
Мотнув головой, я улыбаюсь, вспоминая его рассказ о том, как он впервые отправился в школу. Как оказалось, проблемы с контролем и подчинением силы были не только у меня, но и у мистера Сая, ведь этот мужчина подвесил своего учителя в воздухе, а затем метнул в него молнией. И тоже, по чистой случайности.
Не знаю. Намеренно ли он рассказал это мне, желая приободрить, но такая открытость подкупала и, кажется, делала нас ещё ближе.
— Заканчивай уже витать в «Слоукрис»! — врывается в мои мысли ворчливый голос наставника, и я оборачиваюсь, едва ли не клюнув носом.
— Ты о чём? И при чем тут «Слоукрис»?
— О том, как в твоих мыслях витают розовые облака с изображением Сая! — усмехается Кругляш, плавно пересекающий холл.
Я безмолвно открываю рот и тут же закрываю, поняв: «Он снова это сделал! Снова был в моей голове!»
Вот ведь...нечестивое создание!
— Вообще то - я чистивый! — возмущенно парирует он, сложив ласты на груди, и я замираю, не зная какую эмоцию выразить. Злость, от того, что он так и не усвоил урок: не лезть ко мне в голову без разрешения. Или же удивление, от того, что он и впрямь - чистивый? То есть чистокровный, не относящийся к подгруппе «нежить».
Всё же, выбрав второе, под гнётом любопытства, я спрашиваю, сворачивая за колонну:
— Разве духи не относятся к той же «нежити»?
— Смотря какие, дорогая.
— То есть?
— То есть это вам расскажет Несс Моунт на своих занятиях.
Обижено, поджав губы, поняв, что больше он ничего не скажет, я продолжаю путь.
Не проходит и пары минут, как я стою напротив массивной двери, с надписью: «Ректор» и, выдохнув, стучу, прежде чем войти внутрь.
К моему удивлению, я не первая. Прямо в центре, напротив ректорского стола, стоят все те, кто решил рискнуть жизнью, ради сердца, которое вполне возможно - лишь выдумка человека с бурной фантазией.
Лиам, расположившийся у окна, с хмурым видом, который заставляет моё сердце сжаться. Его друг, имени которого я так и не знаю, зато знаю, что он несколько лет служил в королевском отряде, однако после, по неизвестным причинам: покинул его. Мистер Вэйлон - тот самый профессор по сакромантии, который также отправляется с нами, поскольку его сила и знания довольно обширны. Ториан при полном параде: с увесистой сумкой через плечо и кинжалом, виднеющимся из-за сапога. И, конечно же, Кругляш.