В Хризолитовом круге (СИ)

— О, наш Солус всегда был хитрым и находчивым, — кивнул градоправитель. — Я жду не дождусь знакомства с вашей невестой.
— А вот здесь у меня вышла заминка, — тон Торментира стал ледяным.
  
Глава 99. Освобождение Эйлин
 
Часом позже к Фокси в подземелье влетел один из его дружинников. Лицо его было испуганным, в руках он держал грязный клочок бумаги.
— Милорд! — пропыхтел он. — Лорд Каллахэн и ваш отец изменили своё решение в отношении пленников.
— Что, их будут пытать прямо сейчас, после обеда? Для улучшения пищеварения? — с отвращением произнёс Фокси.
Стражник помотал головой.
— Боюсь, милорд, произошла ужасная ошибка… Вы слышали, что к лорду Каллахэну прибыл его давний друг?
— Ну и что?
— Мы… по ошибке, конечно, схватили… понимаете, это его невеста, — стражник вытер пот со лба.
Сердце в груди Фокси подпрыгнуло в груди то ли от радости, то ли от ещё от чего-то. По крайней мере, женщину выпустят! А там можно будет попытаться убедить отца, что и мужчина — не тот человек, которого они искали.
— Где те дружинники, которые произвели задержание? — быстро спросил Фокси Ирн.
— Их привели к лорду Каллахэну, а там — как скажет его друг и ваш отец, милорд.
Сверху послышались шаги и шуршание одежды. Низкий голос сказал:
— Где найти Фокси Ирна?
— Это я, — отозвался молодой человек. — Назовите себя, милорд.
— Солус Торментир, с поручением от лорда Патрика Каллахэна.
Стражник затрясся от страха. Фокси быстро отослал его, за что стражник был ему весьма благодарен. В комнату вошёл черноволосый человек с бледным лицом. Шуршала его тёмная мантия. Чуть наклонив голову вместо приветствия, он подал Фокси запечатанный конверт. Молодой Ирн сразу узнал оттиск на сургуче: письмо запечатал сам Каллахэн обсидиановым перстнем.
— Читайте и выполняйте немедленно! — резко произнёс Солус Торментир.
Фокси Ирн сломал печать и быстро пробежал глазами письмо.
— С удовольствием, милорд Торментир, — с улыбкой сказал он. — Но я думаю, что задержанный мужчина тоже невиновен, и его…
— О нём поговорим позже, — перебил его Торментир. — Где Эйлин?
— Кто? — не сообразил Фокси, но, увидев разъярённое лицо Торментира, спохватился. — Ах да, простите, сию минуту.
Про себя Фокси подумал, что есть что-то странное в этом человеке, который освобождает явных заговорщиков, но при этом так нелюбезен с теми, кто мог бы ему помочь. И вообще, откуда он взялся?
Размышляя так, Фокси вёл своего посетителя всё вниз и вниз. Их сопровождали трое стражников. Проходя мимо камеры Фергюса, Фокси не заметил, как Торментир сделал рукой какой-то знак, и Фергюс улыбнулся и кивнул головой. Оба не издали ни одного звука, но прекрасно друг друга поняли.
Возле камеры-клетки, где находилась Эйлин, Торментир заметно побледнел. Эйлин лежала неподвижно, и Фокси тоже занервничал.
— Оковы снять! Быстро! — войдя в грязную камеру, приказал Торментир и злобно глянул на стражников.
Те кинулись выполнять приказание. Наконец Эйлин, избавленная от кандалов, пошевелилась и слабо застонала. Фокси поразился, как быстро изменилось выражение лица Торментира. Сейчас на нём читалось лишь беспокойство и забота.
— Солус! — прошептала Эйлин. — Ты здесь?
— Да, я здесь, сейчас мы пойдём наверх, и всё будет хорошо, — заметив, что Эйлин собирается ещё что-то спросить, Торментир сказал. — Ничего не говори сейчас. Тебе это вредно, — и выразительно посмотрел в сторону стражников.
Эйлин сообразила, что говорить о Фергюсе нельзя, и попыталась подняться с холодного каменного пола. Затекшие руки и ноги отказывались служить ей. Один из стражников попытался прийти на помощь, но Торментир гневно рявкнул:
— Не смей к ней прикасаться! — и тот отпрыгнул в сторону, ухитрившись при этом угодливо поклониться.
Торментир сам обхватил Эйлин за талию и помог подняться, а потом, уже не обращая внимания ни на дружинников, ни на их начальника, повел её к выходу из подземелья.
Помутившееся было от волшебных оков сознание Эйлин очистилось, и она подумала, что снова Солус спасает ей жизнь. И это в третий раз. Чем и когда она сможет отплатить ему? Да и сможет ли вообще?
   
Глава 100. Задание для виновных
 
После мрачного сырого подземелья Эйлин щурилась на свету, идя через анфиладу дворцовых комнат. Солус бережно поддерживал её, а сзади торопился Фокси Ирн и несколько дружинников. Навстречу этой маленькой процессии выскочила одна из многочисленных служанок и замахала руками:
— Сюда, сюда, милорды!
Солус с Эйлин вошли в светлую сдвоенную комнату, где заботливая служанка по имени Ирис приготовила таз с тёплой водой и постель для Эйлин. Остальным Торментир сделал повелительный жест, и они, немного потоптавшись у дверей, разошлись по своим местам.
— Милорд Торментир, вы бы тоже вышли, а то нехорошо… — проговорила, робея, Ирис.
Торментир фыркнул, но вышел в смежную комнату, пока Ирис помогала Эйлин умыться, раздеться и улечься в постель. У Эйлин не было сил противиться, и она покорно выполнила всё, что нужно. Потом к изголовью её постели подсел Торментир. Оглянувшись на служанку, которая прибирала в покоях, он тихонько рассказал Эйлин, что произошло с момента её ухода из лагеря.
— Надо выручить Фергюса. Мы с ним попались, как два дурака, — сокрушённо прошептала Эйлин.
— Чуть позже. Они уже не решатся причинить ему вред, — так же тихо ответил Торментир.
— А почему они так слушаются тебя?
— Я ведь теперь друг детства здешнего штатгальтера, — усмехнулся Торментир.
— Заклятие подчинения, — догадалась колдунья. — А меня как удалось вытащить?
Торментир замялся:
— Видишь ли, я сказал им, что… Ну, в общем, ты теперь моя невеста.
Глаза Эйлин округлились.
— Вот это да! Ничего себе!
— Тише! Я не смог придумать никакой другой причины, отчего ты так дорога мне.
— Ладно, разыграем такое представление для них, — согласилась Эйлин.
— Скажи, — вдруг спросил Торментир. — Ты больше не сердишься на меня за то, что я тогда назвал тебя…
Она закрыла ему рот рукой:
— Не напоминай. Мне так стыдно за себя. Лучше сосредоточимся на том, что мы якобы очень влюблены друг в друга (щеки Эйлин порозовели), потом надо освободить Фергюса, уйти самим, да ещё узнать путь через горы, а лучше — нанять проводника.
— Хорошо-хорошо, — кивнул головой Торментир. — А теперь тебе надо отдохнуть, а я постараюсь дать знать в лагерь, что с нами случилось.
Лорд Каллахэн ждал Торментира в Круглом зале.
— Ну, что, Солус, с нею всё в порядке? — с видимым беспокойством спросил он.
— Да, — процедил тот. — Надеюсь.
— Я хотел бы загладить свою вину перед вами, — голос Каллахэна был полон мёда. — Погостите у меня несколько дней, а тех, кто арестовал твою невесту, мы лично забьём до смерти на базарной площади.
Торментир брезгливо сморщился:
— Фу, как грубо и непристойно, Патрик. В тебе нет тонкости. Пусть они реабилитируют себя, выполнив какое-нибудь сложное задание.
— Но какое?
— Где животное этого парня, которого арестовали чуть раньше?
— Летающая ящерица? Не знаю.
— Так пусть найдут и принесут лично мне. А не найдут — пусть пеняют на себя.
— Ну, хорошо, — согласился Каллахэн. — Но зачем он тебе?
— Надо, — отрезал Торментир.
Лорд Каллахэн пожал плечами и вызвал к себе дружинников, арестовавших Эйлин, а до того — Фергюса. Вид у них был весьма плачевный.
— Вы знаете, какую ошибку вы совершили? — грозно спросил лорд Каллахэн. — Вижу, что знаете. Но мой друг очень добр, даже чересчур, я бы сказал. Он даёт вам шанс искупить свою вину.
Стражники повалились на колени, нестройно галдя что-то о милости. Торментир и Каллахэн брезгливо отстранились от них, и градоправитель объяснил их задачу — найти флайлиза и доставить его во дворец.
— Но как нам найти его в городе? — взвыл один дружинник.