Я на тебе женюсь! (СИ)

– Попробуй. - Сэверин улыбался глядя на меня и даже не думал разубеждать. – Ты очень способная девочка, чудо. У тебя неординарный подход ко многим привычным вещам. Но даже если не получится… Уверен, мы что-нибудь придумаем. Кстати, ты ужинала?
– Конечно. Ещё пару часов назад.
– И я… Но забыл о десерте. Составишь мне компанию?
И таким голодным взглядом уставился на мои губы, что я сразу поняла, что он говорит совершенно не о еде. Счастливо рассмеялась, кивнула и поцеловала его первая.
Как же это здорово - любить!
ЭПИЛОГ
Свадьба - самый волнительный день в жизни каждой нормальной девушки. Наверное. Не знаю, у меня всё было не так. Ну да, волновалась, но гораздо меньше, чем во время экзамена на уровень дара. Да я даже во время сдачи диплома волновалась больше! И это при том, что у меня действительно получилось упростить легендарную печать Мартина Вискаликсуса всего до пяти ступеней, адаптировать её под стихии и привязать к артефакту, на основе которого он создавался и впоследствии питался. Не обошлось без тщательных многодневных расчетов, бесконечных консультаций с Сэверином и даже помощи Альбуса в создании артефакта (в итоге у нас получился один проект на двоих, что только поощрялось ректором), но итогом стал долгожданный красный диплом и грандиозная вечеринка, которую организовал Джулиан в честь выпуска всех нас.
Не знаю, продолжил ли он отмечать дальше, ведь еще в самом начале обещал уйти в недельный загул после получения диплома, а меня с вечеринки забрал жених и я ни капельки не жалела. Потому что забрал уже ближе к концу, когда мало кто был вменяем,и потому что забрал к себе. Что еще надо для счастья?
Наверное, свадьба.
Да, точно.
У меня же сегодня свадьба!
              – Эмилия, девочка моя, какая же ты у меня красивая, – умилялась матушка, сидя в сторонке на мягком диванчике, пока нанятые Сэверином мастерицы заканчивали приводить в порядок мои волосы.
Улыбнулась ей через отражение. Нет, они никогда не узнают, что я не та Эмилия, которая родилась у них с папой. Но я… кажется, не равнодушна к ним. Они хорошие люди. И искренне за меня радуются. И Сэверин им понравился,и они Сэверину…
Так зачем портить никому не нужными признаниями этот замечательный день?
Несмотря на то, что мы с женихом ещё в самом начале договорились, что позовем на свадьбу только родственников, друзей и тех, кто действительно будет за нас рад, гостей набралось намного больше сотни. Это и вся моя родня,и матушка Ламбертса, и слуги особняка,и княжеская семья полным составом, и сотрудники обоих бюро, и император с супругой,и ректор Верденборн с миссис Бернар,и семья лейтенанта Форестли, и миссис Муариф,и ребята, вместе с которыми я проходила практику, и совершенно незнакомые мне господа из инквизиции, с которыми у Сэверина остались приятельские отношения, и даже дон Мигель Альварго, который тоже был целью Асмодея, но благодаря нам с Сэверином остался в живых.
Я ни на кого не смотрела намеренно,идя под руку с отцом к красивой цветочной арке из нежно-голубых роз редчайшего сорта Блю Марджента, всё моё внимание было сосредоточенно на импозантном женихе, который дожидался меня в конце пути вместе со жрецом. И это было самым прекрасным    зрелищем!
Темно-синий смокинг и белоснежная рубашка, выгодно оттеняющие синеву глаз, сверкающий нескрываемым удовольствием взгляд, распущенные по плечам волосы и едва колышущийся от волнения воздух вокруг, моментально выдающий его напряжение.
Я тоже волнуюсь, но… не так сильно. В самом деле, зачем волноваться сейчас? Я знаю, что мероприятие организовано по самому высшему классу - Χисс позаботился. Я знаю, что здесь и сейчас собрались только близкие люди, которые искренне за нас рады. Я знаю, что Сэверин меня любит - вижу и чувствую это в каждом его взгляде и поступке ежедневно. Знаю, что люблю его…
Так о чем волноваться?
Ρазве что о том, чтобы никто не заметил, как Винс всё чаще поглядывает на мадам Пуантье, а та улыбается ему почти благосклонно. Но тс-с-с… Это только их дело. Ну и немного моё.
 
Всё-таки я сущь. Коварная и беспринципная. А он тот еще болван, которому я давно задолжала пакость.
– И почему мне кажется, что твоя улыбка капельку коварна, чудо моё? - тихо-тихо спросил у меня Сэв, когда я приблизилась и жрец, который должен был нас поженить, завел красивую речь о долгожданном воссоединении двух любящих сердец.
– Тебе не кажется, – я улыбнулась шире и хотя не собиралась ни в чем признаваться, но не стала скрывать очевидное.
– ...я объявляю вас мужем и женой! - где-то бесконечно далеко восторженно произнёс жрец, пока мы глядели друг на друга и не могли отвести взгляда. Под руку поднырнул Хисс, держащий в лапках мягкую подушечку с обручальными кольцами, и сначала Сэверин, а потом и я надела этот знак принадлежности друг другу на положенное ему место. – Господин Ламбертс, можете поцеловать супругу.
– С удовольствием, - сверкнул глазами Сэв и склонился к моим губам, чтобы запечатлеть на них самый сладкий и головокружительный поцелуй с момента нашего знакомства. - Люблю тебя, чудо моё.
– Люблю тебя, мой муж. Очень люблю!
***
P.S.
– Папа, папа! Алекс снова притащил домой сущь! - Наша маленькая дочурка, наш любимый ангелочек Анна-Мария вбежала в кабинет, где мы с супругом… кхм, работали да,и возмущенно уперла кулачки в бока. - Снова! И не дает мне с ней поиграть!
– Милая, у тебя есть свои игрушки, - посмотрела я на малышку с укором, вместе с тем любуясь её милым личиком, светло-русыми кудряшками и пронзительно-синими глазами, которыми она пошла в отца. Всего пять лет, а такая шустрая - ничего от неё не спрячешь и не утаишь.
А ещё она умудрялась появляться там, где её совсем не ждали,и видеть то, что ей пока рано. Отчасти именно поэтому мы до сих пор не надумали третьего малыша, хотя Сэверин вовсю намекал, что не прочь. Я в принципе тоже… Но нам бы с этими справиться!
В целом у нас получалось, причем с самого первого дня беременности и тем более рождения детей я никогда не была одна, но в то же время супруг не ограничивал меня ни в чем, будь то желание самой купать и пеленать детей (это оказалось на удивление приятно), самой кормить их грудью, гулять с ними в парке и у моря, навещать родственников, либо работы в бюро, где я и по сей день с энтузиазмом трудилась старшим детективом, успешно кошмаря преступность Лоандры и находя в этом ни с чем не сравнимое удовольствие.
Алексу, нашему старшему сыну, родившемуся уже через полтора года после свадьбы, всего восемь, но магия в нем уже проснулась, причем не чистая тьма, а с уклоном в стихии, чему мы одновременно рады и не очень - разрушительности, изобретательности и коварства нашему старшенькому не занимать. Этим он пошел в меня. А вот силой в отца и пускай мы уже выяснили, что Алекс не арх, а всего лишь человек, проще от этого не стало.
Энтузиазма ему не занимать!
Сущи, нечисть, обычное зверье - он тащил в дом всё и исследовал это всё с неутихающим энтузиазмом, познавая мир не только через книги и беседы с отцом, но и на практике. К счастью, под присмотром Хисса, иначе бы от дома уже давно мало что осталось. Но так ничего,только пару раз ремонт делали. Всё равно мне та гостиная не нравилась, да и в коридоре намного лучше стало. А синий цвет в спальне - вообще прелесть!
Навевает… Всякое.
Романтичное!
– О чем задумалась, чудо?
– Я тебя люблю, - улыбнулась своему арху и поцеловала первая, когда Анну-Марию забрала няня, а муж, сходивший к сыну и в очередной раз сделавший ему внушение не тащить домой всякую дрянь, вернулся обратно в кабинет.
– М-м, вечность бы слушал, – самодовольно заурчал Сэверин. – И я тебя люблю. С каждым днем, кажется,только сильнее. Кстати, с праздником, любимая.
– Это с каким? - Я торопливо прикинула все значимые даты, но ни одна из них не приходилась на начало осени. Пришлось внимательнее всматриваться в лицо супруга в поисках подсказки.