Опасный мужчина

Взбешенная, Элеонора со всей силы замахнулась, но не для того, чтобы дать ему пощечину, как подобает леди, а сжав руку в кулак для полноценного удара. Однако лорд Нил оказался быстрее и успел ухватить ее за запястье. Его пальцы железной хваткой стиснули руку, и вырваться Элеонора не могла. Она злобно смотрела на лорда Нила, тот отвечал ей твердым, пристальным взглядом. Казалось, сам воздух между ними подрагивает от напряжения.
Оба так и застыли в этом положении. Лорд Нил внимательно смотрел ей в глаза, на секунду опустил взгляд на губы, и в какой-то момент в голове у Элеоноры промелькнула нелепая мысль, что он вот-вот ее поцелует.
Тут лорд Нил резко отпустил ее и откинулся на спинку сиденья. Рука Элеоноры бессильно упала на колени.
– Убирайтесь из моей кареты! Немедленно!
– Успокойтесь и выслушайте меня.
– Успокоиться?! Вы врываетесь в мою карету, обвиняете меня в убийстве мужа, а теперь говорите, чтобы я успокоилась?! – воскликнула Элеонора.
– На самом деле я ни в чем вас не обвинял.
– Вы обвинили меня во лжи – якобы я скрыла истинную причину смерти мужа! – возразила Элеонора. – И намекнули, будто я… я…
– Будто вы избавились от надоевшего супруга? – закончил за Элеонору Энтони, продолжая наблюдать за ней.
Она была бледна, не считая ярких пятен гневного румянца на щеках. Огромные глаза в полумраке кареты сияли, будто два темно-синих огонька. До чего же хороша, подумал Энтони. Только с последней их встречи похудела – сильно похудела. Скулы теперь выдаются еще отчетливее, а рука и вовсе тонкая как прутик.
Энтони подавил невольно зародившееся сочувствие. Если сестра права, эта очаровательная леди безжалостно прикончила его племянника.
Энтони неумолимо продолжил:
– Вы вышли замуж за больного мужчину, умирающего от чахотки. А потом вы переехали в Неаполь, и ему вдруг стало лучше. И тут вы поняли, что просчитались. Возможно, теперь ваш супруг проживет еще лет пять, а может, и дольше. Придется терпеть его все это время. А может, вы приглядели другого жениха и муж стал для вас препятствием. Какова бы ни была причина, вы решили ускорить его смерть. Сначала убили его, а потом сочинили историю о несчастном случае в море, которую и поведали его безутешной матери. А на случай, если у кого-то возникнут подозрения, вы сожгли его тело, дабы не оставлять улик.
Энтони не сводил с нее глаз, высматривая доказательства вины.
Элеонора безвольно уронила и вторую руку на колени. В глазах ее не было ничего, кроме отвращения.
– У вас с леди Гонорией богатое воображение. И чего же вы теперь от меня ждете? Чтобы расплакалась и чистосердечно во всем призналась? – Элеонора презрительно поджала губы. – Тогда вы еще глупее, чем я думала.
Лорд Нил напрягся. Она до сих пор не попыталась опровергнуть его обвинения.
– Почему? Оттого, что рассчитываю на искренность?
– Вы рассчитываете совсем на другое. Вы настолько не хотите терять его деньги, что готовы сочинить любую небылицу, лишь бы избавиться от меня.
– Деньги Эдмунда меня не волнуют, – резко возразил лорд Нил. – Но если его убили, я лично прослежу за тем, чтобы виновные были наказаны. Можете не сомневаться.
Взгляд лорда Нила был тверд и суров. Элеонора точно так же смотрела на него в ответ. Ее неприязнь к этому человеку была так сильна, будто внутри бушевал пожар, который едва удавалось сдерживать. Руки в перчатках сжались в кулаки. Элеонора попыталась сохранить обычное самообладание.
Она и сама не понимала, почему обвинения лорда Нила так ее взбесили. Элеонора и раньше знала, что они с матерью Эдмунда ее ненавидят. Ничего удивительного, что леди Скарбро и ее брат готовы на все и даже объявили ее убийцей. Но слова лорда Нила вонзились в грудь, будто нож.
– Как благородно, – язвительно прокомментировала Элеонора. – Особенно учитывая, что вам не придется исполнять свою клятву, ведь Эдмунда никто не убивал. Однако, без сомнения, ваши друзья из клуба будут впечатлены. Не говоря уже о том, что вы очерните мою репутацию, – еще одно приятное обстоятельство. Все начнут повторять ужасные слухи, несмотря на отсутствие других доказательств, кроме бредовых фантазий жадных до денег родственников.
 
От ее ядовитых слов ноздри у лорда Нила затрепетали, и он уже открыл было рот, чтобы заспорить. Однако в этот момент неожиданно для обоих карета остановилась. Элеонора выглянула в окошко и увидела, что они стоят напротив элегантного городского особняка из бледно-желтого камня. Кучер спрыгнул с козел и распахнул дверцу.
– Дом лорда Барра, миледи, – произнес он. Потом заметил сидящего в карете лорда Энтони и уставился на него круглыми глазами. – Миледи! Откуда… кто…
– Как видите, по пути ко мне присоединился лорд Нил, – с подчеркнутой иронией пояснила Элеонора. Она встала и покинула карету со словами: – Не могли бы вы отвезти его домой, пока я ужинаю с лордом и леди Барр?
– Не стоит беспокоиться, – ответил Энтони, легко спрыгнув на землю рядом с Элеонорой. – Я составлю компанию леди Скарбро. – Он предложил ей руку, и когда Элеонора потрясенно замерла, сам положил ее руку на свой локоть. – Пойдемте, миледи, нехорошо заставлять хозяев ждать.
– Что вы делаете? – прошипела Элеонора, тщетно пытаясь вырвать руку. – Вы не можете идти со мной.
– Отчего же? – с возмутительным хладнокровием спросил лорд Нил. – Видите ли, я не намерен вас отпускать, пока не получу удовлетворительного ответа на свой вопрос.
– Вопрос? Скажите лучше – обвинение! Я не собираюсь с вами разговаривать ни сейчас, ни в любое другое время. Вы и сами прекрасно знаете, что в ваших наветах ни слова правды, и я не намерена вам потакать, защищаясь и оправдываясь.
Поднимаясь по ступеням крыльца, лорд Нил только пожал плечами:
– В таком случае, боюсь, вам придется еще потерпеть мое общество.
Лакей в ливрее открыл перед ними дверь и поклонился:
– Леди Скарбро.
– И лорд Нил, – и глазом не моргнув, прибавил Энтони и отдал лакею шляпу.
Элеонора от подобной наглости лишилась дара речи и молча вручила лакею свой плащ. Положение складывалось необычное, и как поступить, она не знала. Если сказать лакею, что лорда Нила никто не звал, и распорядиться, чтобы его не впускали, бедный слуга окажется между двух огней. Это слуги Элеоноры готовы по ее приказу выставить за порог кого угодно, хоть аристократа, хоть простолюдина, а обычный лондонский слуга побоится идти против пэра. Кроме того, звучать это будет так глупо, что и выговорить стыдно.
Когда слуга провожал их внутрь, лорд Нил вновь предложил Элеоноре руку, однако та сцепила пальцы замком.
– Вы в своем уме? – прошептала Элеонора, пока они шагали за слугой. – Вас не приглашали. Нельзя вот так вламываться в чужой дом.
Лорд Нил поднял брови:
– Почему нет? Возможно, хозяева решат, что с вашей стороны было невежливо не предупредить о втором госте, но…
– Невежливо? В жизни не встречала человека невежливее вас. С радостью поведаю лорду и леди Барр, как вы заскочили ко мне в карету.
– Неужели? – Взгляд лорда Нила был насмешливым. – Желаете объяснить им всю ситуацию?
Раздосадованная, Элеонора крепко сжала челюсти. Разумеется, лорд Нил прав. Нельзя втягивать Джулиану и ее мужа в этот скандал. Конечно, обвинения лорда Нила абсурдны, и Джулиана ни за что ему не поверит, однако нельзя ставить подругу в такое неприятное положение. И хотя Элеоноре приходилось встречаться с лордом Барром, знала она его плохо и не могла предвидеть, как он отреагирует. А вдруг, подобно истинному аристократу, лорд Барр встанет на сторону лорда Нила? Не хватало еще внести раздор в молодую семью.
– Сами прекрасно знаете, что нет, – тихо, но выразительно произнесла Элеонора. – Вы бесчувственный…
Элеонора умолкла, когда лакей остановился в открытых дверях и объявил их имена. Потом шагнул в сторону, давая дорогу Элеоноре и ее спутнику. Джулиана устроилась на голубом бархатном диване у противоположной стены, рядом с ней сидел высокий темноволосый мужчина. Заслышав слова лакея, Джулиана вскочила с дивана и поспешила к ним. Ее муж Николас не спеша последовал за супругой.