Хорошие девочки не умирают
Кристина Генри
Хорошие девочки не умирают
Text copyright © 2023 by Tina Raffaele
© О. Ратникова, перевод на русский язык, 2023
© ООО «Издательство АСТ», 2024
* * *Посвящается моей любимой тете Берни.
Это лучше, чем 3D-открытка, правда?
Часть первая
Селия
Глава первая
mysterybkluv: а есть здесь еще такие, кто обожает уютные детективы?
poirotsgirl: о, это мои любимые, особенно если в конце книжки есть рецепты
mysterybkluv: имхо, было бы круто жить в маленьком городке, где часто убивают всяких не слишком приятных личностей. Я бы занималась расследованиями в свободное времяпосле работы в семейном ресторане
tyz7412: лол, не жизнь, а сказка
– Мама.
– Земля вызывает маму.
– Мам, я на автобус опоздаю!
Селия помотала головой, попыталась сфокусировать взгляд, но маленькая фигурка оставалась расплывчатой. Неужели пора носить очки?
И почему этот ребенок называет меня мамой?
Селия зажмурилась, моргнула один раз, второй, и фигурка обрела четкие очертания. Девочка – сколько ей, десять, одиннадцать? – выжидающе смотрела на нее, держа в руках открытый школьный рюкзак.
– Что? – прошептала Селия.
– Мой ланч, – сказала девочка. – Давай мой ланч. Ты сегодня утром кофе пила?
Селия опустила взгляд и увидела белую столешницу, а на ней – раскрытый полотняный мешочек. Внутри уже лежали пластиковый пакет с нарезанными яблоками, пачка натуральных кукурузных шариков (с сырным вкусом) и шоколадное соевое молоко.
Рядом был разложен кусок вощеной бумаги.
Откуда вся эта одноразовая упаковка? Я таким не пользуюсь.
– Мама! – Голос ребенка стал нетерпеливым, пронзительным. – Сэндвич!
Селия не могла думать. Надо, чтобы эта девочка ушла; тогда она сможет привести мысли в порядок.
Почему она продолжает называть меня мамой? У меня нет детей.
– Две минуты осталось! – взвизгнула девочка.
Повернув голову, Селия увидела белый хлеб и нарезку сыра из кулинарии. Она открыла пакет, вытащила два куска хлеба.
– Надо один пополам разрезать! Мама, что с тобой сегодня?
– Извини, – пробормотала Селия, разрезая хлеб. – А сыра сколько?
– Два! Ну давай, быстрее, быстрее!
«Ты уже достаточно большая, чтобы самой сделать себе сэндвич», – подумала Селия, но промолчала. Положила два ломтика сыра между кусками хлеба, завернула все это в промасленную бумагу и сунула в мешочек для ланча. Девочка схватила его, запихнула в рюкзак и рванула к выходу.
– Пока, люблю тебя! – бросила она на бегу, толкнула дверь и захлопнула ее за собой.
Селия как лунатик приблизилась к окну, которое находилось рядом с дверью, и выглянула на улицу. Девочка бежала по длинной подъездной дорожке, которая шла под уклон и выходила на проселочную дорогу. По крайней мере, Селии показалось, что это проселочная дорога. На противоположной стороне не было домов, только лес – высокие, старые клены, дубы, осины.
В тот момент, когда девочка добежала до конца дорожки, перед почтовым ящиком затормозил желтый школьный автобус. Она забралась внутрь, дверь закрылась, и автобус уехал.
Ушла. Теперь я могу подумать.
Над головой раздались тяжелые шаги, и Селия в тревоге взглянула на потолок. Человек пересек комнату, несколько секунд спустя заскрипели ступени. С того места, где стояла Селия, лестницу не было видно. Кухня была совмещена со столовой, напротив которой находилась дверь в холл. Селия выглянула в коридор. Лестничный пролет виднелся в дальнем конце.
Какой-то незнакомый мужчина спустился с лестницы и направился к ней, на ходу хмуро глядя в экран телефона. Селия попятилась, чувствуя, как учащенно бьется сердце. Отступать было некуда – она уперлась в столешницу. Спотыкаясь, Селия сделала несколько шагов к двери. На всякий случай, если понадобится спасаться бегством. Она взглянула на ноги. Носки. Даже не домашние тапочки. Рядом с дверью стояла подставка для обуви с двумя полками, на которых были аккуратно расставлены туфли и ботинки. Одна из этих пар должна принадлежать ей. Но хватит ли времени на то, чтобы выяснить, какие именно туфли ей подходят, обуться и выбраться на улицу?
– Привет, малышка, у меня сегодня утром масса встреч, – заговорил мужчина. – Я в обед загляну к тебе в ресторан.
Кто это?
Мужчина был очень высоким, по меньшей мере на шесть дюймов выше Селии, а она ведь отнюдь не коротышка. Темные волосы незнакомца были подстрижены в стиле, который Селия назвала бы «стилем инвестиционного менеджера-миллениала», и одет он был в хорошо пошитый серый костюм. Судя по его внешности и манере держать себя, мужчина регулярно занимался в спортзале, и вообще он походил на жителя большого города. Это впечатление усилилось после того, как неизвестный надел дорогое шерстяное пальто. Селия также заметила, что его ботинки начищены до зеркального блеска.
Мужчина наклонился к ней и рассеянно поцеловал в щеку, не отрывая взгляда от телефона, поэтому не заметил, как она напряглась всем телом. Селия невольно поморщилась, уловив запах его одеколона, какой-то тяжелый мускусный аромат.
– До скорого, – сказал он и скрылся за той же дверью, что и девочка.
Селия шагнула к окну и подняла жалюзи. Человек, который назвал ее «малышкой» и поцеловал, прежде чем уйти, сел в черный внедорожник «Ауди», припаркованный около почтового ящика. Машина выехала на дорогу и свернула в сторону, противоположную той, в которую уехал школьный автобус.
«“Ауди”. Горожанин», – снова подумала она и удивилась: почему это пришло в голову?
«Потому что я живу в большом городе и постоянно вижу таких мужиков», – мысленно ответила она себе, но при этом ощутила острую боль, как будто в голову забили гвоздь. Селия осмотрела кухню, снова выглянула в окно.
Было очевидно, что она живет в сельской местности. Откуда эти мысли о городе?
Ничего, сказала она себе. Посторонние наконец убрались из дома, теперь можно сосредоточиться и подумать хорошенько.
Кухня была просторной, белый рабочий стол занимал две стены, а вдоль третьей тянулась барная стойка для завтрака с несколькими табуретами. Стойка была обращена в сторону столовой.
Селия выдвинула табурет, села и уставилась на прямоугольный обеденный стол и стулья из темного дерева, которые она никогда бы не выбрала для своего дома. Ей не нравилось темное дерево; она считала, что такая мебель уместна только в официальных учреждениях. Но прежде всего ей не нравились поверхности, требующие регулярной полировки. Селия терпеть не могла уборку, особенно сильно она ненавидела вытирать пыль и полировать мебель. В магазине она даже не посмотрела бы в сторону такой столовой.
– Я это не покупала, – пробормотала она. – У меня дома круглый дубовый стол.
И снова возникло неприятное ощущение – как будто какая-то гигантская птица клюнула ее в переносицу. Селия потерла лоб указательным пальцем. Откуда эти мысли? У нее явно нет никакого круглого дубового стола. Два человека, которые только что уехали, были уверены в том, что она живет в этом доме.
И мужчина, тот, который поцеловал меня на прощание, – да, его лицо кажется знакомым.
– Он сказал, что заглянет ко мне в ресторан. Я что, работаю в ресторане?
В мозгу возникло смутное воспоминание: вот она убирает тарелки со стола, прячет блокнот в карман фартука.
Может, я вчера выпила лишнего. А может, у меня микроинсульт или что-то в таком духе.
Единственное, в чем она была твердо уверена, так это в том, что ее зовут Селия.
Она поднялась и вошла в столовую. У одной стены стоял большой буфет со стеклянными дверцами и множеством ящиков. Он был из того же гарнитура, что и стол со стульями, и Селия, разглядывая его, состроила гримасу.