Восход Тьмы (СИ)

Роберт оглядел дорогу. Возле школы было припарковано несколько велосипедов. Все были связаны специальным кодом-замком. Один только лежал на траве, вероятно владельца что-то заставило резко его бросить и сматываться, возможно, на эвакуацию.
— На велосипеде доедем, — воодушевленно ответил Роберт и побежал за велосипедом.
******
Чувство дежавю преследовало меня на протяжении целого пути, пока мы с Робертом добирались на велосипеде до его дома. Как и несколько дней назад, я крепко держалась за заднее сиденье, а он быстро крутил педали. И какое насыщенное удовольствие он получал, ведь этот велосипед намного быстрей и современней, чем старый, доставшийся от тети. Только дорога давалась с трудом. Нынче наш мир — вылитый 3Д-аттракцион. Куда не наступи — провалишься в другое измерение, или монстр утащит за ноги, и это уже не игра воображения. Роберт осторожно объезжал сферы порталов, а я смотрела по сторонам, надеясь не увидеть нечеловеческий силуэт, который захочет перегородить путь.
Перед нами появился двухэтажный дом, покрытый голубым фасадом. В больших окнах горел желтый свет. Из чистого неразорванного участка неба теплым призрачным светом сияла луна. Она нежно освещала дом.
Роберт нажал на тормоз и нервно сглотнул, видя, что в доме за толстыми стеклами окон царила пустота. Слезая и поставив подножку, велосипед сохранил равновесие, и я прикоснулась ногами к асфальту.
Роберт, помогая мне передвигаться, пошел к зданию. Его сердце громко и волнительно стучало. К лицу прильнул пот.
Мы подошли к двери, и Роберт протянул к блестящей ручке дрожащую руку. Но дверь плотно закрыта.
— Ключ в сумке…сумка осталась в бункере… — расстроенно произнес Роберт, — о боже, я забыл сумку… — он сжал себе волосы.
Я нажала на звонок. Он пронзительно разнесся по дому. Внимательно слушала. Никаких откликов.
— Предлагаю через окно, — сказала я, заметив, что на первом этаже была открыта форточка.
— Никогда так не делал, — пожал плечами парень.
Я издала смешок:
— А я так из дома один раз сбежала. За велосипедом, — быстро добавила, заметив, как Роберт удивленно поднял брови.
Воспоминание резко нахлынуло и сжало болезненно сердце. Тогда сбежала от бабушки, от человека, который погиб на моих глазах…
Быстро смахнув слезы, я маленькими шагами направилась к окну. Роберт за мной.
Форточка привлекала внимание. Подпрыгнув, Роберт толкнул рукой форточку, и та отъехала глубже в комнату. Парень тяжело вздохнул, с сомнением смотря в окно.
— МАМ! ПАП! ДОМА КТО-НИБУДЬ ЕСТЬ?!
Никаких звуков. Мертвая глухая тишина воцарилась в доме.
— Придется мне залезать. Жди меня возле двери, я открою ее тебе, — произнес Роберт.
Вытерев ладони и откинув волосы со лба, парень высоко поднял ногу и поставил ее за подоконник, крепко держась за раму открытого окна. Пальцы чуть соскальзывали. Я протянула к его спине ладони для подстраховки и почувствовала, как в ноге мучительно стрельнула острая боль. Жар начал пронизывать каждую мышцу. Как же хочется принять обезболивающее!
Держась, Роберт поставил вторую ногу на подоконник. Из его рта выходило тяжелое дыхание, на шее выступили вены. Затем он шагнул внутрь и радостно выдохнул. Донеслись его быстрые шаги к входной двери.
Я аккуратно направилась к входу, который тотчас открылся. На пороге стоял Роберт. Он обхватил меня за плечи и помог шагнуть в дом.
Внутреннее убранство выглядело скромным. Пока Роберт вел меня к дивану, я рассмотрела интерьер дома. Светлые стены придавали уюта вместе с горшками цветов, из которых исходил сладкий аромат. Широкому небольшому телевизору, радиоприемнику, стоящему на белом круглом столе, холодильнику, микроволновке и кофемашине казалось больше пятидесяти лет. Ковры, из которых торчали нитки, засохшие пятна на старом диване, постеленным толстым пледом. Я даже увидела старый белый монитор компьютера, который захотелось ближе рассмотреть.
Роберт аккуратно посадил меня на диван, положив мою пострадавшую ногу на край кофейного столика. Диван тихо заскрипел.
 
— Сейчас найду аптечку и попробую дозвониться до родных, — произнес он и рванул к лестнице.
Он надеется услышать голоса близких и убедиться, что с ними все в порядке. Но в нашем мире столько людей погибло за первый день вторжения… среди них была моя бабушка…Как же тяжело ее вспоминать и осознавать это. Страшно представить, где сейчас мама и что отчим с ней делает…Я до сих пор не могу поверить, что это происходит на самом деле. От отчаяния хочется выть во весь голос, но это ничем мне не поможет…
Топот ног по лестнице привел меня в реальность. Роберт подбежал ко мне, придерживая коробку, в которой что-то шумело. Открыв, парень вытащил пачку таблеток и протянул ее мне.
— Не могу дозвониться до родителей, — мрачно произнес он. Я проглотила обезболивающее, с волнением смотря на Роберта, — боюсь представить, где они, живы ли они… — его затрясло от собственных слов. Он прижал к лицу ладонь, судорожно дыша.
— Я тебя понимаю, — тоскливо прошептала я, — бабушка…умерла…отчим маму похитил… — эти слова застряли в горле и резали его изнутри. По мне растекалась волна безысходности, наполненная тоской.
— И что тогда делать? — в его голосе звучала безнадежность.
— Твоих родителей, возможно, увезли в бункер. В какой — не знаю. На наш напали, а чем все закончилось — вообразить не могу.
Я отчаянно глянула в окно, наблюдая, как на черном небе горели огромные порталы. Умела бы я летать, могла бы отправиться наверх и спасти маму…
Роберт включил телевизор. Ничего нового не говорили, кроме того, что появляются новые порталы.
Где найти Арктура? Он преследовал меня до момента телепортации, чуть в спину мне не дышал, бросал странные словечки, вел себя непонятно, будто заигрывал, а сейчас испарился!
— Как нога? — спросил Роберт, уменьшив громкость звука и положив пульт на столик.
— Лучше. Обезболивающее помогло. Спасибо. — я ему в благодарность улыбнулась.
Он ближе ко мне подвинулся, его пальцы трепетно сжимали мою руку. Наши глаза встретились. Возникло странное ощущение, что нас что-то друг к другу приближало.
— Я рад. — улыбнулся он.
В сердце что-то теплое загорелось. От его пристального взгляда ноги приросли к полу. На щеках Роберта вспыхнул румянец, глаза загорелись ярким светом. Он посмотрел на мои губы и нерешительно произнес, ближе пододвинувшись. Шум телевизора, казалось, пропал.
— Беатрис…я тебя люблю…очень сильно. Уже целый сентябрь.
Меня охватил жар от этих слов. Я чуть вслух не крикнула: "Я знаю!", но язык прилип к небу, в голове воцарилась полная пустота. От изумления случайно открыла дар и едва различила призрачный голос Роберта, но с трудом поняла, что он говорит.
— О-ого… — вырвалось у меня. Почувствовала себя глупо, сказав это.
— Три недели я жил в страхе, что ты либо погибла, либо застряла в параллельном мире. Как же я был счастлив увидеть тебя живой. — сказал Роберт, прижав к моим щекам свои руки.
Я не успела ничего произнести, как его губы плотно прильнули к моим. Поцелуй ударил по голове, все происходящее ушло на второй план. Не смогла осознать, что творится, а его губы продолжили горячо целовать мои, а руки нежно прикасаться к шее.
Поцелуй внезапно оборвался.
— Роберт, стой! — я оттолкнула его от себя. Парень ошеломленно на меня смотрел. Я с трудом пыталась перевести дыхание. — это было неожиданно, но целовать меня не нужно.
— Почему? — огорченно спросил Роберт, сжимая рукой плед.
Я нервно сглотнула, чувствуя на губах горячий след от поцелуя. Первого моего поцелуя…
— Во-первых, я не такая, чтоб ко мне сразу целоваться лезть. Во-вторых, мы знакомы месяц. В-третьих, мне нужно подумать.
— О чем?
Этот вопрос привел меня в замешательство.
— О твоем признании. Я не могу сразу тебе в объятия кинуться. Мне нужно время.