Записки империалиста (СИ)
Конечно, это была провокация с моей стороны, направленная, прежде всего против западников. Им дали возможность заняться реально полезным делом для страны, общества. Дала сама власть. Не для неё ты будешь стараешься, а для страны, Отечества. Так и написали газеты в Петербурге, затем и в Москве бурно обсуждая эту новость. Как там? «Поэтом можешь ты не быть, но, гражданином быть обязан!» Посмотрим, кто сольётся под громкие фразы, что они, мол, не юристы, не судьи и не палачи, и что народу надо сразу всего и много, а не этот мизер, подачку. А кто и впрямь является тем за кого себя выдаёт. Радетелем за Отечество. Проверкой на вшивость, лакмусовая бумажкой это станет для них и им подобным.
К комиссия добавлялся Госуда́рственный контро́ль Российской империи. Его новому главе Ивану Ивановичу Фундуклею, второму и последнему 100 % честному губернатору была поставлена задача провести тотальную проверку всего и вся касаемо того как и кем тратились деньги на войну и во время войны.
Моим указом служащие контрольных департаментов: гражданских, военных, морских отчетов получали доступ ко всёму, к чему считали нужным, чтоб никто не смел чинить препятствия (хотя прямой императорский указ!) в усиление им придавались жандармы. И вновь следственные комиссии, и военно-полевые суды. Поскольку с кадрами в Госконтроле было не очень, я распорядился усилить его из всех учреждений, которые имели отношение к финансам. Из Минфина, Министерства государственных имуществ, Министерство императорского двора и уделов, для этого даже стали привлекать преподавателей и выпускников Санкт-Петербургского, Московского коммерческих училищ и Московской практической академии коммерческих наук. То есть всех трёх! На всё империю! А потом сокрушаются, что предпринимательство слабо в России развито. Три учебных учреждения, где этому учат на всю страну. Слов нет, одни маты. Реформированный Государственный контроль или Счётная палата (не решил еще, как называться будет) должны были стать в будущем значимым инструментов в борьбе с коррупцией и более успешным использованием средств из госбюджета, местных бюджетов, теми, кому их дадут. Подчиняться этот орган будет напрямую императору, и работать напрямую с правоохранительными органами.
От Орлова, Фундуклея, Ермолова, я потребовал выпотрошить центральный Кригс-комиссариат, Комиссариатский департамент, в его ведении находилось вещевое и денежное довольствие войск, содержание госпиталей, Провиантский департамент. Полевые комиссариатские и провиантские управления армии в Крыму подвергались той же процедуре со стороны Муравьёва. Это касалось и флота, а значит и А.С. Меньшикова. Война давала такие возможности, и упускать их было нельзя. И все эти комиссии, и комитеты пересекаясь, отчасти и конкурируя друг с другом, должны будут перерывать ускользнуть от внимания и наказания, как мелкой рыбёшке, так и крупной рыбе. И все они вкупе дадут мне в руки мощный рычаг по приведению в чувство и нужный настрой очень многих людей на самом верху имперского Олимпа и имя этому рычагу… компромат! Разложу я материалы по полочкам, ячейкам, и дай Бог сумею их с пользой применять. А для того, чтоб это работало, нужна будет показательная экзекуция тех кто, когда — то был на этом самом русском Олимпе.
Для снабжения армии в Крыму были ещё ларчики, которые не так сложно, но, и не так просто открывались.
Первый это флот. Моряки сидели в Севастополе на своих немалых запасах, а армия тем временем общалась с лососем. Вечная тупая грызня между флотскими и армейскими. Здесь это было, в Порт-Артуре в русско-японскую. Поэтому уже во второй день восшествия на престол в Севастополь улетел приказ: «Открыть закрома флота для армии. Одно дело делаете. Приеду, проверю. Александр». Так был продублировано распоряжение о разборке на нужды обороны кораблей флота. Братьям великим князьям Николая и Михаилу было отписано отследить, как исполняются мои приказы, распоряжения, эти и другие. Пришла пора и другому брату, Константину Николаевичу, начинать жить в новых реалиях.
Балтийский флот как собака на сене лежал на своих немалых запасах. 26 линейный кораблей, три из них 110-130-пушечные, с экипажами по тысячи человек. 17 фрегатов.
Порох, пушки, ядра, бомбы к ним, амуниция, снаряжение. Всё это имели ещё форты и батареи Кронштадта. Всё это лежало… и не воевало. Поэтому я сказал брату, что так недолжно быть. И часть всего это должно с началом весенней навигации по Волге начать попадать в Крым и Севастополь. «И не жадничай брат», — сказал я прямо глядя в глаза Константина. Порох, пушки, карронады, корабельные мортиры, десантные орудия, БК, ЗИП, расчёты к ним, к началу навигации по реке Москве и Волге должны были быть в старой столице, чтоб оттуда попасть на Дон, и далее Керчь, Севастополь. И через Оку и Десну и на Кинбурн и Очаков. Помимо этого из моряков Балтийского флота должен был сформирован и экипирован полк морской пехоты по штату армейского, плюс рота, вооружён он будет штуцерами или винтовками, и для них у флота нашлась даже своя артиллерия, десантные единороги в 1/4 пуда.
Крепости. Всех их видели? Мощь, грозная неприступность. Особенно в 19 веке, когда многовековые усилия военных инженеров были близки к созданию идеальных крепостей. Эх, не знали они болезные, что через каких-то 30–40 лет, ТАОН с помощью стали, пироксилина, тротила будет вполне легко разламывать их шедевры из камня и кирпича. Потом ещё и авиация добавиться. Но, будущая судьба крепостей меня сейчас не сильно волновало, а вот то, что они в себе содержали, даже очень сильно.
Большие крепости 19 века это сотни орудий, гарнизоны в тысячи штыков и запасы для длительной обороны.
Киев. В 1846 году численность крепостного гарнизона для обороны крепости определялась в 16 700 человек личного состава, постоянный около 7 тыс. чел. Нормальное вооружение — 670 орудий.
В середине 1830-х годов в Александровской крепости (Варшава) были размещены 555 орудий и гарнизон в 5000 человек.
Крепость Новогеоргиевск. В 1836 г. постройка крепости была близка к завершению, и в нее было назначено 495 орудий. Фактически строительство крепости было закончено в 1841 г.
Бобруйск. Артиллерийское вооружение Бобруйска в 1847 г. состояло из 27-ми-24-фунтовых и 28-ми-6-фунтовых пушек и 53-х-24-фунтовых карронад. Гарнизон насчитывал 13,5 тысяч человек.
Динабург. В 1833 г. вооружение крепости составляли 257 орудий и 50 крепостных ружей; гарнизон: 3 батальона пехоты, 1 саперная, половина военно-рабочей и 4 артиллерийские роты, а также 1 эскадрон. В крепости хранился двухмесячный запас продовольствия для 25-тысячного корпуса.
Замостье. В 1833 г. вооружение крепости составляли 257 орудий и 50 крепостных ружей; гарнизон: 3 батальона пехоты, 1 саперная, половина военно-рабочей и 4 артиллерийские роты, а также 1 эскадрон. В крепости хранился двухмесячный запас продовольствия для 25-тысячного корпуса.
Это тоже всё не воевало!!! Получалась преизрядная хрень. Какие никакие запасы есть, но, они в Крым не попадают. На главный театр боевых действий! Поэтому последовал мой категоричный приказ. Из Киева, крепостей в Польше вновь по рекам с навигацией начать отправлять в Крым осадные орудия в 18-ть фунтов, тяжёлые единороги, мортиры, БК, ЗИП, расчёты к ним, различные запасы, шанец, сапёрные и артиллерийские роты и по три — две роты пехоты из гарнизонов. Реакция на это Ивана Федоровича Паскевича будет ясно понятно отрицательная. Но, мне то было известно, что ни Австрия, ни Пруссия, ни Швеция в войну не вступят. Поэтому всё для Крыма!
Балтийский флот, крепости это ресурсы для Крыма и Севастополя. Но, не все. Петербург прикрывала группировка на начало 1855 года в 300 тысяч штыков!!! 300 тысяч!!! Против десанта, который не высадится. В Польше более 200-х. Если там и на Дунае наличие многочисленных сил понятно. Панов держать в узде и противовес Австрии, то прикрывать такими силами пусть и столицу полная муйня. После действий на Балтике в 1854 году, и в начале 1855 года было вполне ясно, что стратегической десантной операции на Балтике не будет. Сил, средств и желания для этого у союзников нет. Не зря же они в качестве пушечного мяса сблатовали сардинцев на войну с Россией. Об этом же должны были уже знать. И хоть немного, но, должны были знать, как союзники перезимовали с 1854 на 1855 год в… Крыму. И как они будут зимовать на Балтике, причём не южной. Поэтому с первых дней обретения статуса императора началась и вторая часть операции «Рокировка».