Записки империалиста (СИ)

Русский отряд находился недалеко от места высадки и получив сообщение от дозорных, поспешили навстречу британцам. Они потребовали сложить оружие, но этот приказ был пропущен мимо ушей, поэтому русские открыли огонь на поражение. После первых трёх залпов англичане сдались. В плен попало 78 человек. Позже их фотографии живыми и здоровыми с подтверждением личностей предъявили разным газетам Европы. Там рванул информационный фугас, которые неплохо заляпал дерьмом честный и чистый облик Англии, в который верили многие в России и Европе. Но, Британия после Керчи и раздутой истории о «резни в Ханко», хотела крови русских и побед над ними. И адмирал Дандас начал прощупывать возможности действий против главных крепостей русской Балтики, Кронштадта и Свеаборга.
9 июня французский винтовой фрегат «D» Assas», канонерки «Merlin», «Firefly» и «Dragon» попытались пройти северо-западнее русской крепости, где сначала их обстреляли русские канонерки, а потом они попали на минное поле. Две мины взорвались под «D» Assas», и он получил ощутимый крен и был вынужден начать дрейфовать, ещё одна сильно повредила «Merlin». Несмотря на все усилия экипажа в борьбе за свой корабль крен только увеличивался. К этому французы и британцы были явно не готовы, но, русские на этом не остановились. Из-за форта и самого острова к их отряду полным ходом направились шесть винтовых канлодки, и четыре… пароходофрегата! С явным намерением утопить отряд, попавший в ловушку.
В ходе короткого боя, русские паровые фрегаты, имевшие как отметили для себя французы тяжелые бомбические орудия, добили «D» Assas». Он к своей чести оказал сопротивление и не спустил флаг, на предложение об этом со стороны русских. Вкусив вкус победы они попытались это сделать и с «Firefly», которая успела снять со шлюпок часть команды фрегата, и получив два попадания уходила на всех парах от них. «Dragon» не смог помочь своим, русские канлодки отогнали его своим огнём от гибнущей «Merlin» и уже сами спасали её экипаж. Но, на дно она ушла под своим флагом. Так Рояль Нави получил своё первой поражение на Балтики от русского флота. А адмирал Дандас неудовольствие от Первого Лорда Адмиралтейства Чарльза Вуда и шумиху в свой адрес в британских газетах. Которые прямо писали, что флот Её Величества направлен на Балтику не для того, что терпеть там неудачи. Французы активно обвиняли в гибели своего фрегата британцев.
10-го июня 1855 г. вновь русские гребные канонерские лодки при поддержке береговых батарей отогнали от Свеаборга английский тридцати шести пушечный фрегат «Amphion», пытавшийся промерить фарватер к крепости.
20 июня от мины пострадал «Vulture», он требовал серьёзного ремонта. Но, самое интересное произошло на следующий день. На 90-пушечном «Exmouth» справа по курсу обнаружили мину и аккуратно вытащили её из воды. Контр-адмирал Сеймур и кэптен Уильям Кинг Холл приказали перенести мину на ют, где начали её исследование. До исследовались до того, что прям там она и взорвалась… после этого, Сеймура и Холла и ещё пять человек собирали по кускам по всему юту в вёдра и мешки, ещё полтора десятка получили ранения. Корабль обзавёлся повреждения палубы и рангоута. После такого происшествия мину, которую выловили и на английском флагмане «Duke of Wellington» и тоже хотели изучить. Дандас, приказал незамедлительно надежно утопить. Он понял, что Кронштадт из-за мин, береговой артиллерии и отрядов русских кораблей для него будет неприступен. В этой ситуации Дандас заключил:
«В нынешних условиях и в отсутствие сильной многочисленной флотилии канонерских лодок и малых судов не получится провести эффективную попытку [атаки Кронштадта] и преодолеть такие серьёзные преграды; что бы я там не приказал — с теми средствами, которыми я обладаю, такая попытка гарантированно закончится неудачей».
К Кронштадту корабли он больше не отправлял. Но, решил отыграться за неудачи и потери на Выборге.
— Я дал вам, господин капитан второго ранга, немалые силы для обороны Выборга. Подготовьте к бою их на отлично. И с успехом отразите возможное нападение противника. Или в противном случае быть вам вон там… на банке. И показал на одну из гребных канлодок. Это сказал командиру отряду кораблей великий князь Константин Николаевич, когда был в Выборге и проверял его готовность к отражению противника.
 
Капитан 2-го ранга Рудаков, командир отряда на весло сесть не хотел, он хотел стать капитаном 1-го ранга, поэтому и готовил свой отряд, можно сказать эскадру в поте лица, своего и у команд кораблей. Маневры, стрельбы теперь стали делом регулярным, даже два раза провели пробный абордаж. «Бой будет в узостях, всякое может случиться. Надо быть готовым ко всему», — так объяснил он свои приказ удивлённо глядящим на него офицерам. Не всегда безопасные воды пролива и залива были ещё раз изучены на лоциях и на практике. Были созданы дополнительные наблюдательные посты.
Один из них ближе к полудню 25-го июня и сообщил, что к проливу Тронгзунд идёт отряд кораблей, 1 пароходофрегат, 2 корвета, 4 канонерских лодки. Это мог быть только противник. Русские силы заняли позицию между островами Равенсари и Николаевский, так чтоб можно было наблюдать со стороны моря прежде всего «Тосно» и гребные канлодки.
Бой шёл очень неплохо для русских. Противник уверенный в своих силах выслал к берегу десант сразу на десяти вооруженных баркасах, с ними пошли две канлодки. Увидев это Рудаков не стал торопиться, выждал, когда баркасы и канлодки отойдут подальше от главных сил, и когда решил, что уже достаточно удалились от них, дал в небо сигнальную ракету. Против крупных кораблей противника он повёл в атаку свои пароходы и винтовые канлодки, пароходы против пароходов, канлодки против канлодок, чтоб не было неразберихи с целями, так же вступили в бой с ним береговые батареи. А против десанта сигналами он направил гребные канлодки.
Британский отряд от такого расклада дел и сил около десяти минут был в состоянии растерянности, и только потом начал не очень слаженный между собой артиллерийский бой с русскими кораблями и берегом. Баркасы и канлодки продолжали идти к берегу, они открыли огонь по русским гребным судам. Но, командира отряда весельных канлодок этим было не остановить.
Канонерские парусно-гребные лодки конструкции адмирала Шанца, были почти идеальными судам для боя в таких условиях. Легкие, манёвренные, вполне быстрые и вооружённые.
Когда английские офицеры на баркасах поняли, что русские идут на сближение не обращая внимание на их число и наличие паровых канлодок, и думали, что им делать, идти дальше к берегу или возвращаться к своим кораблям, было уже поздно. Восемь русских гребных канлодок уже неслись к ним навстречу, именно неслись для такого класса кораблей, их скорость оценивали наверно узлов в семь.
Русские канлодки не стали вступать в дуэль с английскими, они поступили более коварно… начали бить по баркасам, по мере сближения открыли даже ружейный огонь. Оценив своё положение баркасы огрызаясь пушечным и ружейным огнём начали разворачиваться, чтоб уйти под прикрытие своих канлодок. Получилось не очень слаженно, они скучились, встали бортами к русским, которые было это на руку, тем более, что они продолжали сближаться. Баркасы начали получать попадания.
Двадцати четырёхфунтовое ядро попадая даже в большой баркас, разбивает его, на куски, в щепу, людей, сидящих в нём, просто разрывает на куски. Из десяти баркасов четыре уже были уничтожены, плавали их обломки, убитые, раненые и уцелевшие моряки. Одна из британских канлодок видя избиение своих баркасов, решительно пошла на сближение с русскими, отвлекая их на себя и прикрывая собой попавших в беду своих моряков. Несомненно, русские оценили самоотверженные действия противника, но, и всё на этом. Вскоре раздались крики удивления и гнева на английском корабле, с неё усилилась ругань в сторону русских, а также пушечный и ружейный огонь, в ответ с русских судов, уже было слышно: «И раз, и раз!!! Навались ребята!!!», и вслед за этим с них последовали ружейные залпы, взрывы гранат, глухие удары и скрежет корпусов, хруст ломающихся весел и русские, оглашая воды и берега «ура» и прочими выражениями, с двух канлодок пошли на абордаж англичанина. Немногим более чем через четверть часа, раненые и уцелевшие моряки канлодки сдались улыбающимся и довольным собой и боем русским.