Горячий старт
– Черт! – повторила Тири, на этот раз слегка растерянно. – Да он в сети!
И, не раздумывая, распахнула призрачную завесу, отделяющую реальный мир от киберспейса. Ухнула в этот такой чужой и такой странный океан неощутимых информационных полей. Через весь холд тянулся ясно видимый светящийся след. Тянулся к черному капилляру, похожему на хидден-врезку.
Став похожей на серебряную акулу, Тири пошла по следу. Ее спутник не мог уйти далеко – не успел бы.
Церберы ревниво рванулись к ней, чувствуя чужую, но она выбросила радужный мерцающий шлейф нокера и сразу стала невидимой.
«Никудышняя у Шамила защита, – подумала она, подбираясь к узкому капиллярному гейту. – Не удивительно, что он не многого добился...» В капилляре было почему-то заметно теплее, чем на холде. Она скользила вдоль следа, и капилляр вскоре вывел к достаточно обширному линку на бекбонный сервер. Аурела тащили в сторону бекбона, именно тащили – в этом Тири не сомневалась ни секунды. Он, конечно, оболтус и авантюрист, но не до такой же степени! Его взяли, ясное дело, на поводок – уж не Камилл ли? Тири тоже не понимала многих действий вожака и не могла их объяснить. Но лишь в случае с Аурелом действия Камилла сначала вызвали в ней глухое раздражение, а затем и неосознанный протест. Потому что ее заставляли совершать нечто... неприятно пахнущее, скажем так. Да еще в отношении Ури – первого, кто был ей действительно небезразличен в этом мире.
А, может, это не Камилл, а оставшиеся лощининские хакеры-наймиты? Тогда им крышка. Возиться с ними нет времени – не так давно Тири их достаточно красноречиво предупредила. Не вняли – что же, каждый выбирает свой путь...
Она влилась в переделы сервера – гигантского куба, поделенного на этажи, кварталы и секторы. Куб искрился жизнью; мелькали светящиеся фонарики юзеров, по каналам роутинга сплошным потоком шли искрящиеся сообщения, кто-то пытался протянуть алую нить директа, сверху то и дело сваливалась тончайшая невесомая паутина селф-секьюрити-сканнинга, бесцельно бродили демоны-резиденты, невызванные в данный момент, какой-то псих ломал толстую стену рут-защиты и к нему незаметно, исподволь, чтоб не спугнуть раньше времени, сползались красноглазые церберы, похожие на решетчатые фермы сервоподъемников.
Скользнув взглядом по ломщику-самоубийце, Тири пронеслась мимо. Какой-то лопоухий юзер-новичок, горящий зелено-желтым, словно новогодний феер, на миг застыл, когда мимо него незримой тенью промчалась тускло-серебристая акула.
А в следующее мгновение Тири увидела Аурела. Это был именно он – никем другим не могло быть аспидно-черное пятно в углу чьего-то локального прайвет-диска. Аурел одиноко висел, изредка вздрагивая. Его никто, похоже, не трогал. Но себя Аурел не помнил, это несомненно.
Тири, стараясь не суетиться, обволокла его незримой пеленой свежего нокера, не такого, с помощью которого дурачила шамиловских церберов, а нового, специально сотканного только что. Аурел казался сонным – его "я" едва тлело где-то в непроглядной глубине, а к мозгу сбегалось несколько витых паутинок, запутанных, словно вытащенная из механизма часовая пружина. Тири попыталась отследить целиком хоть одну, но не успела. Паутинки вдруг дружно распались в светящуюся пыль, и осели на нижний уровень, постепенно теряя свечение и обращаясь в частички серверного полумрака. Аурел тотчас встрепенулся, собрался в игластый шар и Тири захлестнула мощная волна живой эманации – спутник проснулся. И теперь соображал где он и что с ним.
«Своя, – сигнализировала она понятным Аурелу кодом. – Уходим немедленно».
Аурел узнал и согласно высветил на черном боку среди игл «agree».
Новичок, торчащий неподалеку, и все пытающийся понять – что же происходит совсем рядом с ним – недоуменно отследил два стремительных, как болиды, ядра, что разом исчезли. Только что были здесь, на локале, а в следующий миг о них уже ничто не напоминало.
Точнее – ничто, кроме крохотного трек-файла, возникшего словно бы ниоткуда. Новичок не удержался и потянулся вьювером к нему.
[Привет от Тири. Ваш CMOS покрыт инеем. Меня здесь не было. C_U_L8r!] Любопытный юзер так и не понял – чему стал невольным свидетелем. Даже когда снял мнемоюсты и уставился на недавно купленный терминал последней модели. Что делать со странным трек-файлом он не понял тоже.
***~# run console 1
@comment: IRQ conflict
– Я снова засек их! – сказал Байкалов азартно. – Совсем рядом, километров двести пятьдесят-двести тридцать. Под Волицком.
Сумасшедшая трехнедельная гонка по равнине выела остатки сил и бодрости. А ведь еще предстояло пересечь материк в обратном направлении, к зоне высадки, сопровождая невесть что натворившего клиента... Об этом не хотелось даже думать. Но сейчас ТП-шники ненадолго забыли о грядущем марше к восточному побережью, потому что именно под Волицком скрещивались все пути – путь Слайдер-восемьдесят восьмого, путь мрачного профи-одиночки по фамилии Платонов и путь пятерки из-за барьера. Что-то подсказывало Баю, что Платонов будет не единственным, кто попытается перехватить клиента. Не верилось, что большие люди ограничатся одиночкой, будь он хоть трижды профи. В общем, Бай уповал на лучшее, но и к худшему пытался подготовиться.
Спикер отозвался голосом Тигра:
– Давай, на газ дави, а не болтай!
Бай пропустил реплику Тигра мимо ушей, зато окликнул Синицына:
– Син, чисть плазмоган. В ближайшей перспективе – большая драка в городе. Прям, DOOM-семь. Ты рад?
– Пошел ты... – без энтузиазма пробурчал Син. Чувствовалось, что с гораздо большим удовольствием он испил бы портеру и откинулся в шезлонге где-нибудь на бережку, чем палил бы по живым мишеням, склонным к тому же отвечать огнем на огонь. Хотя, втайне Син надеялся обойтись без стрельбы. Подобрать этого трижды проклятого суматошного клиента, вихрем пронзить равнину, дойти до зоны высадки и со спокойной душой вернуться домой, в Москву, к жене и дочке, к портеру и креслу, которое ничуть не хуже шезлонга.
Бесконечный вояж в растянутом и сплюснутом, как необъятный блин, двумерном мире ему надоел до боли зубовной. Но на винтовку, лежащую поперек пассажирского сидения, Син все же покосился и лицо его немедленно расцвело гримасой, мучительной и недовольной.
– Сема! – позвал Бай почему-то другим голосом. Изменившимся. Настороженным и отрешенным.
– Чего? – тихо отозвался тот.
– Переберись-ка ко мне... Тут что-то странное.
Чен тут же затормозил и высадил Сему. Спустя минуту Сема уже сидел за рулем байкаловского джипа, а Бай, пристроив борду на коленях, слепо уставился в толщу бледного солнечным днем голокуба. Он провалился в сеть, и Сема знал – трогать его сейчас бессмысленно.
Бай осторожно скользил в нематериальной толще киберспейса. Его верные программы-резиденты, дремавшие до поры, честь по чести доложили о присутствии клиента в сети. Но, глянув отчет, Бай отметил сразу две странности. Первое – клиент входил в сеть используя чужой терминал, автомобильную деку некоего Шамила Сайхутдинова, недавно убитого в Трое. И второе – похоже, он входил в сеть не сам. Его ввели туда, как слепого пешехода в подъехавший автобус. И Бай насторожился, потому что нутром почувствовал неясный подвох.
В сети он был быстрым, быстрее не придумаешь. С тех пор, как зависимость от психоусилителей перестала его сдерживать, Бай научился мгновенно и не задумываясь проделывать то, на что раньше уходили минуты. След Аурела был яркий... и, похоже, по нему уже прошел кто-то недавно, потому что рыжие пятна отслеженного доступа попадались на каждом шагу. Причем, прошел только что, потому что служебные демоны контроля еще не успели свернуться и заснуть, а так и колыхались вдали, обратив к Баю куцые многоступенчатые массивы.
Бай разделился. Каждая из его частей стала независимой и принялась за свою часть работы.
Дальше по следу – готово, вон клиент... и спутница его рядом. Спутница поглощена сканированием, Бая она не видит. Клиент... клиент пассивен, такое впечатление, что он не контролирует себя.