Становление (СИ)

— Воительница, тебе стоит пробудить себя и вспомнить, кто ты такая.
— О чем ты? Я получила сотрясение, из-за которого я даже видеть нормально не могу, не говоря уже о том, чтоб встать.
— Ты не права. Я видела тебя в прошлый раз и чувствовала твою силу. Ты сильнее любого существа, с кем мне довелось встречаться. Так вспомни, кто ты такая и покажи свою силу этому ублюдку.
— Ты умеешь ругаться? — сквозь боль я попробовала усмехнуться — Это неожиданный, но приятный факт. Тебе явно понравится у нас на Земле.
— Я обещаю тебе, что наведаюсь в вашу с отцом мидгарскую обитель. Но сейчас тебе надо собраться и пробудить себя. Верь в себя!
За нашими спинами продолжался ожесточенный бой. Хеймдалль выбил из рук Скотта клинок и, повалив с ног, прижал его к полу. Клинок воителя одним резким движением оказался около горла Скотта.
— Плевать на все запреты Всеотца. Я слишком долго терпел тебя и твои выходки. Теперь я, наконец-то, смогу убить тебя и обрести покой.
В этот момент мне, как никогда, стало страшно. Клинок впился в горло Скотта, из-за чего его тело стало содрогаться. Хель одним движением руки схватила один из лежавших недалеко клинков и попыталась напасть на фигуру воителя. Она откинула его в сторону и стала осыпать его чередой яростных ударов. Я быстро подбежала к Скотту, прижимая его рану на горле.
— Только не смей умирать! — взвизгнула я, плотно прижимая рану — Слышишь меня?
— Док, меня не первый раз пытаются убить. Я и не в таких переделках выживал — хриплый голос Скотта был непривычно слаб — Лив, уходи домой. Тебе надо бежать.
— Что? Ты рехнулся? Я не брошу тебя!
— Хеймдалль вконец обезумел. Он может напасть на тебя, чего я себе никогда не прощу. Я втянул тебя во все это и я должен спасти тебя.
— Нет! Это я должна спасти тебя. Мне плевать на все опасности и все угрозы. Я люблю тебя, Бог огня Локи и буду всегда любить только тебя.
Я почувствовала сильный удар, которым меня отбросило в сторону. Около меня оказалась фигура воителя, с красным от крови клинком. Недалеко лежала Хель, прижимая окровавленный бок. Ее руки были в ярко-красной крови, которая стекала тонкой струей на пол. Эти картины вызвали у меня новый приступ страха. «Я не могу позволить навредить своим близким. Я люблю Локи, а Хель не заслужила смерти от рук этого полоумного маньяка!». Меня обхватили чьи-то мощные руки, сжимая плотным кольцом. На своей коже я почувствовала, как в области горла меня касалась холодная сталь клинка воителя. По моему телу стала стекать кровь, которая капала с края клинка на мою одежду.
— Прости, Оливия. При других обстоятельствах я был бы рад признать тебя, но ты выбрала не ту сторону. Кем бы ты не была, но ты изначально проиграла, когда выбрала этого предателя, вместо семьи.
— Он и есть моя семья — прошипела я, вырываясь из крепкой хватки — Так же, как и Тор и мама! Я не позволю тебе навредить им.
— Ты самая слабая из потомков Одина. Твоя мидгарская сущность взяла вверх над божественной. Ты была обречена изначально.
— Пошёл ты — я попробовала пнуть ногой тело Хеймдалля, но он с лёгкостью увернулся от моего удара — Ещё посмотрим, кто здесь обречён.
Хеймдалль приставил клинок к моей шее и стал медленно водить им по моей коже. Я вскрикнула, чувствуя, как тёплая кровь стала выступать на месте пореза. Когда я считала, что я обречена, Скотт приподнялся и, держась за горло одной рукой, второй он достал молот Тома и кинул в мою сторону. Не знаю, откуда у меня взялся этот порыв, но я одним резким движением высвободила свою руку и протянула ее в сторону молота. Орудие притянулось ко мне словно к магниту. Я почувствовала неимоверный разряд по всему телу, который переполнил меня необузданной энергией. Я вспомнила все свои уроки, все свои ощущения и силы. Меня ослепила яркая вспышка света, а затем, я совершила мощный удар молотом. Силовая волна от моего удара откинула фигуру Хеймдалля в сторону, из-за чего он врезался в соседнюю стену. Я тяжело дышала, крепко держа рукоять молота в руке. Мои пальцы искрились, а глаза сверкали миллионами мелких разрядов тока. Одежда на мне изменилась на броню, которую Хель мне преподнесла в мой прошлый визит. Я подлетела к лежавшей фигуре Хеймдалля и со всей силой впечатала его ногой в пол.
 
— А теперь, урод, поговорим на равных. Ты считаешь меня слабой и недостойной, но я могу поспорить с тобой. Моя земная жизнь дала мне силу, которая тебе и твоему Всеотцу и не снилась. Ты посягнул на самое святое и угрожал моей семье и моим близким. Это была твоя самая большая ошибка, воитель
— Ты… — голос война сильно хрипел, и он всеми силами пытался встать на ноги. Моя нога ещё плотнее вжала тело Хеймдалля в пол, не давая ему никакой возможности подняться — Ты не можешь обладать такой силой.
— Знаешь, как говорит один мой знакомый из Нью-Йорка. Никогда нельзя исключать ни одну из возможных вероятностей. И он был чертовски прав. Он изменил земной мир ради любимой женщины, я же пойду дальше. Я спасу всю Вселенную, ради мужчины, которого я люблю самой настоящей и искренней любовью.
Я нанесла новый удар в грудь мужчины, из-за чего он стал сильно кашлять. Подняв вверх молот, я вызвала очередной разряд тока в сторону воителя. Он вскрикнул, извиваясь на холодном каменном полу. Я подняла свою руку в сторону Хеймдалля и ударила его максимально сильной волной. Пока воитель извивался в болевом синдроме, я вторглась в его память и нашла нужное мне воспоминание. Я стояла посреди небольшой комнаты, которая по всем признакам находилась где-то далеко за пределами Земли. На кровати сидел маленький мальчик с тёмными глазами и тёмными волосами. У окна стояли две взрослые фигуры. Молодая девушка стояла вся в слезах, а фигура мужчины рядом с ней смотрела в сторону маленького мальчика.
— Он же твой сын. Ты не можешь отказаться от него — голос девушки дрожал, а глаза были полны слез.
— Могу и должен. Я не вправе признать его. Он незаконно рождённый ребёнок. У меня есть два сына, которые являются законными наследниками моего трона. Третий ребёнок, рождённый вне брака, не может быть признан царём Асгарда. Эта роль достанется либо Бальдру либо Тору — голос мужчины был холоден и жесток.
— Но он тоже твой наследник и твой потомок! Он достоин места рядом с его всесильным и великим отцом!
— Я могу предложить ему место рядом со мной в качестве стража, но никак не наследника. Я не признаю его никогда.
— Один, ты жесток. Он этого не заслужил.
— Я признаю его в одном случае. Если все мои потомки каким-то образом падут в бою либо не смогут нести бремя власти. Он должен доказать мне свою верность и то, что он достоин моего места.
— Я докажу тебе, что я достоин! — мальчик вскочил на ноги и подбежал к фигуре мужчины — Я буду достойнейшим из твоих потомков, отец! Ты будешь гордиться мною.
Видение рассеялось, а я смотрела на комнату безумным взглядом. Пришедшее осознание помогло мне понять полную картину всего происходящего, так же, как и мотивы воителя. Я резко открыла свои глаза, нависнув над фигурой Хеймдалля. Он тяжело дышал, а его глаза впервые отражали панику и страх.
— Как ты это сделала? Такой силы нет ни у кого. Даже у Всеотца.
— Эта сила называется психотерапия. В душе каждого существа все памятные моменты отражаются яркими вспышками. Они не всегда приятны и не всегда они приносят радость. Чаще, все самое болезненное и плохое мы помним лучше, чем светлые моменты нашей жизни. Этот момент самый болезненный в твоей душе. Я это почувствовала и увидела все своими глазами — я присела рядом с воителем и тихо прошептала — Ты был сыном Одина и ты всю жизнь хотел доказать ему свою силу и то, что ты достоин его места. Ты хотел смерти детей Одина, чтоб остаться единственным наследником трона. Поэтому ты охотился за Локи. Поэтому ты был рад, что Тор примкнул к нему и пошёл против отца и именно поэтому ты не остановил его. Ты был рад показать отцу, что его законный сын недостоин трона.