Становление (СИ)
— Владислав, Стефания, вы прошли очень большой путь, который был полон боли, потерь, разочарования, отчаянья и страха. Я подумал и решил, что с вас обоих хватит страданий — голос Люцифера был твёрд, и от него исходила неимоверная энергия — Я освобожу вас обоих от тьмы и своей силы, но будет небольшое условие.
— Какое? — фигура профессора дрожала, и он был, как никогда, потерян и напуган.
— Ты станешь обычным человеком, как и она. Но ты полностью будешь лишён всех воспоминаний о своей прежней жизни. Ты не будешь помнить ничего и никого, и твоя жизнь начнётся с чистого листа.
— Я все забуду? Я забуду всех, кто мне дорог и забуду Стефани?
— Ты забудешь абсолютно все. Твоя жизнь будет словно чистый лист, на котором ты сможешь записать новую историю.
— Я не могу лишиться воспоминаний. Вдруг, я никогда не смогу вспомнить свою любовь к ней?
— Даже если ты и забудешь меня, но свою любовь ко мне ты забыть не сможешь — шепот Стефани раздался слишком громко в царившей тишине — Даже сквозь жизни и века я найду тебя и подарю тебе вновь свою любовь. Помнишь?
— Стефани… — Стефани не дала договорить профессору, а впилась мертвой хваткой в его губы.
— Сделай это. Ты должен наконец-то стать свободным.
— К тому же, если ваша любовь прошла столько испытаний, разве ее сможет заглушить отсутствие у тебя памяти? — Люцифер прожигал фигуру профессора пристальным взглядом, от которого по мне прошлась сильная дрожь — Так что скажешь, ты согласен или нет?
— Я… — профессор заколебался, но посмотрев в глаза плачущей Стефани, уверено произнёс — Я согласен.
Фигуры вновь рассеялись. По моим щекам текли слёзы. Это было выше моих сил, пережить подобное и не реагировать. Все эмоции, что испытывала Стефани, я пропустила через себя слишком глубоко.
— Так вот, как все было на самом деле. В этот момент Влад Дракула исчез, оставив после себя лишь профессора Дэмиана Вайта.
— Да — произнесла Стефани отрешённо — Но я ни разу не пожалела о нашем выборе. Он мечтал избавиться от тьмы и жить обычной и счастливой жизнью. Что он, в итоге, и получил. Влад заслужил покой и заслужил эту простую человеческую жизнь.
— Я думаю, на этой ноте закончим наш урок — Норман говорил в непривычной для него манере. Его взгляд поник и был каким-то отрешенным и потерянным.
— Да. На этом мы можем закончить эту историю. Лив, ты как?
— Все ещё в шоке. Твой рассказ был впечатляющим, но пережить все это вместе с тобой и видеть все твоими глазами слишком тяжело и эмоционально.
— Никто не говорил, что проникать в чужую душу приятно — Норман усмехнулся — Дамы, нам пора.
— Лив, можно тебя на минуту? — Стефани продолжала улыбаться, из-за чего я без колебаний подошла ближе к ней.
— Что случилось?
— Прежде чем мы уйдем, я хочу ещё кое-что тебе показать. Но это не воспоминание.
— Тогда что это?
— Это нечто иное, что хранит наша с Владом общая душа. Почувствуй самое яркое, что горит в нашей общей душе и что, как маяк, освящает мне путь в жизни в эту самую минуту.
— Если это не воспоминание, то что это такое?
— Наша общая мечта. Точнее говоря, это мечта Влада, которая стала нашей общей мечтой и которую я стремлюсь воплотить в жизнь всеми силами. Но перед этим я попрошу тебя оставить Нормана в стороне. Это слишком личное, чтоб делиться с ним. Я хочу показать это лишь тебе.
— Ты мне настолько доверяешь?
— Доверяю. И хочу, чтоб ты нашла своё счастье также, как и я нашла свое.
Я коротко кивнула Стефани в знак своего согласия. Мне пришлось сильно напрячься, чтоб почувствовать тот свет, о котором мне говорила Стефани. Он был очень глубоко внутри девушки, но что было удивительным, этот свет принадлежал не ей. Точнее говоря, я впервые почувствовала присутствие ещё одной души в этот момент.
Я открыла глаза и оказалась в каком-то незнакомом доме. Кухня была наполнена ароматом еды и мягким светом. Посреди кухни стояла женщина средних лет. На вид ей было чуть больше сорока. В ее чертах я с удивлением разглядела черты лица Стефани, только в более зрелом возрасте. Около неё стояла девушка, на вид которой было лет шестнадцать. У неё были густые чёрные волосы и пронзительные ярко-изумрудные глаза. На стуле рядом сидел мальчик помладше. Он имел большие карие глаза и смуглую кожу. Девушка и мальчик о чём-то спорили, после чего в кухне показалась новая фигура. Это был мужчина лет пятидесяти. Его высокая фигура была все также красива и статна, а в густых темных волосах прослеживалась еле заметная седина. Но вот глаза мужчины выдавали в нем слишком знакомого мне персонажа. Я взвизгнула, никак не ожидая подобной картины. Мужчина поцеловал женщину у плиты, а затем обнял двоих подростков. В этот момент девушка повернулась к женщине лицом и с улыбкой произнесла мягким и бархатистым голосом:
— Мам, иди к нам. Для полного счастья нам не хватает только тебя.
Я расплакалась, не сумев удержать накрывшие меня эмоции. Понять, что это было такое, я не могла. Это было точно не воспоминание, но эмоции, исходившие от душ обоих участников этой картины, были слишком яркими. Внезапно, около меня оказалась фигура Стефани и профессора Вайта в его обычном молодом виде.
— Видишь, Влад, я все ещё верю, что наша мечта осуществится. Ты получишь ту жизнь, о которой ты мечтал и которую ты мне описывал во всех красках. Я обещаю тебе — голос Стефани дрожал, а по ее щекам текли нескончаемые потоки слёз.
— Я знаю, Стефани — фигура профессора Вайта прижала к себе плачущую девушку — Хоть я уже не Влад Дракула и не тот монстр, которого ты полюбила, но я по-прежнему рядом с тобой.
— Влад, кем бы ты сейчас не был, ты для меня всегда будешь любовью всей моей жизни, отдавший обе своих жизни ради меня.
— Я отдал жизнь не только ради тебя, а ради нас обоих и ради нашего счастья. Я все ещё внутри скромного профессора Вайта и я все ещё чувствую безумную и неконтролируемую любовь к тебе.
— Влад… — Стефани прижалась к фигуре профессора Вайта и страстно стала целовать его в губы — Я люблю тебя.
— А я люблю тебя и буду любить всю свою жизнь — тихий шепот профессора Вайта был наполнен нежностью и любовью. Неожиданно для меня он повернулся ко мне лицом и улыбнулся — А вы, мисс Вильямс, больше не сомневайтесь в себе. Ещё в нашу первую встречу я вам советовал быть верной своему сердцу, не смотря ни на что.
— Профессор, вы … Вы знаете и видите меня?
— Меня зовут Влад. Вы знаете о моей настоящей личности — профессор усмехнулся — Моя и Стефани душа едины и составляют единую душу. Поэтому все, что помнит и знает она, помню и я. Так же, как и Стефани помнит все, что помню я.
— Это невообразимо — прошептала я — Но как вы могли дать мне тот совет, не зная, кто я и что все это произойдёт в будущем?
— А вы уверены, что я не знал, кто вы и зачем вы пришли? — глаза профессора сверкнули — Лив, верь в себя. Твоя любовь к этому Богу приведёт тебя к нему. Почувствуй его свет и его душу также, как ты сейчас чувствуешь нашу со Стефани душу. Ведь те, кто любит по — настоящему, никогда не будут разлучены ни одной силой во Вселенной.
— Влад прав — Стефани прижималась к фигуре профессора — Все это мы показали тебе, чтоб ты поверила в свои силы и в то, что все в жизни возможно. Любовь — сильнейшее чувство во Вселенной. Ее свет никогда не гаснет, даже после смерти. Всегда помни об этом и никогда не забывай.
— Влад, как вы все-таки узнали обо мне? И как вы могли узнать обо всем этом при нашей первой встрече?
— Вы все поймёте, мисс Вильямс, но немного позже. Рано или поздно, но все тайное становится явным.
— Я вас не понимаю…
— Вы поймёте. А теперь, Оливия, я думаю, вы готовы вернуться в реальный мир другим человеком.
— Но буду ли я человеком?
— Даже если вы являетесь Богиней, это не отменяет вашей натуры и не изменяет вашу светлую душу — профессор ещё раз поцеловал Стефани и тихо прошептал — Прощай, любовь моя. Я буду ждать нашей встречи даже сквозь прожитые жизни и века. Мы ещё встретимся. Я обещаю тебе.