Становление (СИ)

— ХВАТИТ! Прошу тебя, остановись — я с мольбой в голосе закричала, надеясь прервать этот бесконечный и действующий на нервы концерт одной песни.
— Потому, что мои кости хранят магию — Скотт громко запел припев песни, намеренно выводя меня из себя. Я резко нажала на приёмник и выключила его. Наконец-то, салон автомобиля наполнился блаженной тишиной
— Ещё раз ты включишь эту песню, я лично вышвырну тебя из своей машины, и ты пешком пойдёшь до Пало-Альто!
— Док, ты не забыла, что я перемещаюсь в пространстве в мгновения ока — Скотт издевательски засмеялся — Так что твои угрозы явно не действуют на меня.
— Какой же ты…
— Обворожительный, харизматичный, и что немаловажно сексуальный?
— Да пошёл ты. До дома даже не думай затрагивать меня и ещё больше играть на моих нервах. Они итак ни к черту из-за тебя.
Я откинулась на спинку своего кресла и закрыла глаза. Вся оставшаяся дорога прошла тихо и спокойно. Вскоре, я заснула и вновь видела все тот же кошмар с неизвестной и грозной фигурой неизвестного мне мужчины. Когда я открыла свои глаза, то увидела, что лежу у себя в спальне. Рядом на кровати мирно спал Скотт, плотно обняв подушку в своих руках. Я удивлённо осмотрела пространство комнаты, после чего направилась в сторону уборной. Во мне возникло дикое желание смыть с себя всю усталость нашего долгого пути и остатки кошмара. Зайдя в душевую кабину, я решила охладиться под струями прохладного душа. Капли воды стекали по мне, принося долгожданное успокоение и прогоняя остатки напряжения. Я вышла из душа, обмотанная лишь мягким полотенцем. Я хотела направиться в гардеробную за комплектом нижнего белья, когда услышала голос во тьме:
— Если ты решила устроить ночной сеанс стриптиза, то я не против.
— Господи! — я громко взвизгнула, не ожидая услышать чей-то голос в темноте — Я думала, что ты спишь.
— Я спал, но твои стоны во сне и нервные содрогания не дали мне возможности полноценно заснуть.
— Тогда зачем ты делал вид, что спишь, когда я проснулась?
— Я же Бог обмана и коварства. Хоть иногда я могу позволить себе небольшую ложь и вольность в поведении — я повернулась к Скотту лицом и недовольно скривилась — Не хмурься, тебе не идёт. А я, на самом деле, хотел дождаться твоего возвращения из душа, как раз в этом самом виде.
— В каком виде?
— В самом, что ни на есть настоящем. Как любят говорить в Мидгарде «в чем мать родила». Мне эта фраза, кстати, очень понравилась.
— Тебя надо было назвать Богом не обмана, а извращений! Ты же постоянно об этом говоришь. И даже когда ты был Скоттом Смитом и мы жили с тобой, как друзья, ты же постоянно рассказывал мне с кем ты спал на съемочной площадке!
— И что? Хочешь сказать, что тебе не нравится моя активная позиция в этом вопросе и мой многотысячный опыт в сексе тебя не устраивает? — яркая бровь Скотта взметнулась вверх, изображая на его лице максимально самодовольное лицо победителя.
— А ведь Том предупреждал меня, что с тобой будет сложно — я устало вздохнула и обречённо откинулась на кровать — Почему я никогда не слушаю своих родителей.
— Потому, что ты такой же бунтовщик, как и я. И ты стремишься к независимости. Поэтому ты смогла меня понять в клинике и именно поэтому ты вытащила меня оттуда. Ты знала, какого мне и к чему я стремлюсь, даже когда я сам этого не знал. Ты чувствовала, что мы похожи и что мы поймем друг друга, как никто.
— Не могу понять, как за один разговор ты можешь вывести из себя и в это же мгновение вызвать множество тёплых и неудержимых чувств к себе.
— Я фигура с двойственной природой. Я сам по себе двояк, и вызываю двойственные и противоречивые чувства к себе.
— Ты не…
Я не успела договорить, как Скотт одним движением притянул мое тело к себе и впился в меня мертвой хваткой. Его губы обожгли мое холодное после душа лицо, а его объятья прожигали мою кожу на сквозь. Я пыталась какое-то время сопротивляться его настырным порывам, но вскоре сдалась и отдалась этому чувственному желанию.
По прошествию недели я ехала на встречу к отцу. Впервые за долгое время отец пригласил меня отужинать в его загородном доме. Что было удивительно, он попросил меня приехать одной. Отец не имел ничего против Скотта и наших отношений, но он выразил своё желание провести со мной немного времени наедине, как отца с дочерью. После истории с Томом и мамой, я боялась, что отец отдалится от меня и станет уделять мне меньше внимания. По факту, я была ему не родной дочерью и никак не была с ним связана. Из-за этого отец мог в любой момент оборвать нашу связь и забыть обо мне. Но все мои страхи оказались напрасными. Отец все время звонил мне и всегда интересовался моей жизнью. Каждый наш разговор он задавал вопрос, требуется ли мне его помощь или финансовая поддержка. Я была безумно рада каждому звонку отца. Услышать его мягкий и полный заботы и любви голос было для меня самым бесценным мгновением. На днях мне позвонил отец и пригласил в свой загородный дом. Дом, который когда-то поджог Один, он восстановил и продал, а вместо него купил себе виллу побогаче и более комфортабельную. Скотт спокойно отреагировал на мое заявление о приватном ужине с отцом. Он попросил передать низкий поклон отцу и большой привет от него лично. Я ещё раз удивилась столь обыденному поведению со стороны многотысячного Божества, но в очередной раз не подала и виду на счёт своих мыслей по этому поводу. Вот уже какой час я ехала в новый дом отца и нервно сжимала руль в своих руках. Не знаю почему, но меня накрыла некоторая нервозность и переживание. «Почему отец попросил меня приехать одной, и что могло у него случиться, чтоб вызвать подобное желание. Надеюсь, с отцом все в порядке и я не узнаю от него никаких шокирующих новостей». Подъехав к большим воротам, я набрала отцу и сообщила о своём прибытии на место. Ворота стали медленно открываться, и я въехала во двор. Вокруг, все окружение дома было до невозможного красивым. Повсюду были аккуратно подстриженные кусты и деревья, разнообразные клумбы с цветами, фонтаны и неимоверных размеров пальмы, возвышавшиеся над внушительных размеров виллой. Я оставила автомобиль на подъездной дорожке и прошла к входным дверям. Дверь была не заперта, поэтому я без труда смогла войти в дом. Внутри, дом был не менее красив, чем снаружи. Богато обставленные комнаты, дорогая и массивная мебель, огромные живые растения и невообразимой красоты картины, все это составляло внутреннее убранство дома. В коридоре показалась знакомая мне с детства фигура, которая раскинув свои руки, крепко обняла меня, заключив в тёплые объятия.
 
— Оливка, я так рад тебя видеть.
— И я тебя, пап — я прижалась к фигуре отца и стала жадно вдыхать запах его парфюма — Я безумно соскучилась.
— Как и я — отец вновь плотно прижал меня к себе — Как доехала?
— Без проблем и относительно быстро — я отстранилась от отца и посмотрела прямиком в его серые глаза — А как ты поживаешь?
— Как видишь, неплохо. Мой новый дом мне нравится больше, чем предыдущий — я заметила, как отец немного фальшивил и наигранно усмехался, но я не стала показывать ему свои догадки — Предлагаю тебе не стоять в коридоре, а пройти на задний двор.
Мы с отцом прошли через весь дом к дверям, ведущим на задний двор дома. Выйдя на улицу, я увидела неимоверной красоты двор, с дорогой мебелью и огромным бассейном. Мы с отцом устроились в шатре, в котором был накрыт стол на две персоны. На мое удивление отец самостоятельно приготовил ужин и пожарил для нас двоих мясо на барбекю. Мы расселись за большим столом, и отец стал рассказывать историю о том, как он впервые готовил мясо на костре и как ребёнком он любил ходить в походы. Мы с отцом вспомнили мое детство и ещё долго смеялись над некоторыми эпизодами из него. К ночи, когда мы с отцом сидели с бокалом вина около бассейна, наши разговоры перешли на личностные темы. Отец сидел и смотрел на гладь воды, при этом не поднимая своих глаз в мою сторону.
— Лив, могу я задать тебе личный вопрос?