Моя Оборона! Лихие 90-е (СИ)

— Гоша, ты, что ли?
— Нет, мля, Дед Мороз!
— Не здрасти тебе, ни до свидания, а сразу с наезда начинаешь. Ну че ты а? — Обиделся Сёма.
Сёма Игнатов по кличке Шайба и сам был киллером, вращался во всей этой среде, но сейчас был занят другим заказом, а потому посоветовал Гоше Химика. О том, кто такой этот Химик Гоша и слыхом не слыхивал. В тот раз Шайба сказал ему вот что:
— Про Химика знают только те, кто надо. Кого он сам к себе подпустил. Но я тебе с ним сведу, через меня состыкуетесь.
— Ну и где твой Химик? Нету его нихера! Че за нагибалово?
— Гоша, — вздохнул на том конце провода Шайба, — Химик — человек творческий, тонкой душевной организации. Ему простительно.
— Опаздывает как баба, — буркнул Гоша.
— Смотри только ему так не скажи. Химик злопамятный как сиамский кошак и вредный как заноза в заднице. Но слово свое держит. Если уж сказал, что приедет, значит, приедет. Не ссы.
— Лады. — Ответил кратко Гоша, — если че, наберу. Давай.
Гоша просидел в машине еще минут пятнадцать. Двигатель грел салон, печка гоняла туда-сюда горячий воздух.
Спустя минуту, когда Сизый уже хотел снова звонить Шайбе, он увидел позади свет фар. Сначала Гоше показалось, будто это просто авто бежит из Армавира в хутор Форштадт, но когда свет изменил направление, осветив кузов его ауди, Гоша понял, что Химик наконец-то приехал.
Неприметная белая девятка вкатилась на площадку, стала рядом с Ауди Гоши. Мужчина, что сидел за рулем девятки медленно, немного неестественно повернул голову к Гоше. В свете отраженного света фар блеснули толстые линзы его больших очков.
Гоше стало немного не по себе, но он переборол это неловкое чувство и вышел из машины.
* * *
— Ну, вроде все-таки хорошо, — сказал Шнепперсон, стуча стопкой бумаг о стол, чтобы выровнять их. — Шнепперсон поднял старые связи, наведался в гости к нужным людям, и, вполне возможно, ваша лицензия на работу в охране будет зарегистрирована в разрешительной системе.
— Очень хорошо, — я улыбнулся, откинулся на спинку деревянного стула.
— Но, к сожалению, все не так просто, — Улыбчивый Шнепперсон посерьезнел.
— Имеются проблемы?
— Понимаете, в чем дело, — сказал Шнепперсон, — в Армавире нет еще охранных фирм, вы будите, по факту первым. И… Хм… Скажем так, на вас хотят посмотреть.
— Кто хочет?
— О! Мой друг и товарищ полковник Сидоренко, начальник лицензионно-разрешительного отдела МВД. Он очень хотел бы с вами увидеться, дорогой Виктор Иванович.
Я задумался. Вероятно, хочет посмотреть, кто же этот Летов и что от него ждать. В эти неспокойные годы очень многие братки организовывали свои ЧОПы. Часто, под видом охранного предприятия, они занимались банальным рэкетом, а иногда охранная фирма была «боевым крылом», прикрывающим преступные схемы обогащения. Бывало, доходило до того, что банда открывала ЧОП только, чтобы иметь доступ к легальному оружию охраны.
Подозреваю, что Сидаренко хочет переговорить со мной, чтобы понять, кто я, по факту, такой и чего хочу. Вполне возможно речь тут идет о какой-то взятке. В общем, нужно посмотреть.
— Только предупреждаю, — сказал Шнепперсон, — Денис Евгеньевич хм… Своеобразный человек и многим бывает с ним очень нелегко. Да что говорить? От Дениса Евгеньевича воет весь отдел, такой он противный. Но это человек, через голову которого вы, Виктор Иванович, никак не сможете перескочить. А если оставите о себе неприятные впечатления, сомневаюсь, что получите лицензию даже в обычном порядке.
— Это почему же? — Спросил я.
— Денис Евгеньевич бывает очень дотошным в своем деле, — перекладывая бумажки, уклончиво ответил Шнепперсон. — Лучше бы, конечно, заслужить его расположение.
— Ладно, — я нахмурился. — Посмотрим. Когда мы можем встретиться с вашим Денисом Евгеньевичем?
— Я пока не могу сказать, — юрист помотал головой. — В ближайшее время будет-таки видно. А сейчас мы можем приступить к оформлению устава. А вы, Виктор, можете приступать к тому, о чем мы с вами договорились.
 
— Хорошо, — я кивнул. — Завтра пришлю к вам кого-нибудь из моих. Кстати, все это время было тихо? Никто не заявлялся?
— Боже упаси! — Шнепперсон даже отпрянул от меня в своем кресле. Сделал такой вид, будто мои слова могли ударить ему пощечину. — Этого мне еще не хватало, чтобы какие-нибудь непорядочные люди околачивался у дверей моего офиса! Правда, Иегова пока что уберег. С другой стороны, я почти все время был не на месте. Возможно, что кто-нибудь из них таки захаживал.
— Плохо.
— Это еще почему? — Удивился Шнепперсон.
— Вы же хотите, чтобы я разузнал, кто устроил вашу травлю?
— Ну да.
— А сейчас я вижу единственный способ найти первую ниточку: поговорить с кем-нибудь из ваших обидчиков. Может и получится чего-нибудь узнать.
— Честно вам признаюсь, дорогой Виктор Иванович, что кулаками они машут, гораздо охотнее, чем разговаривают. Иногда, когда я смотрел в ихние нахальные морды, у меня создавалось такое чувство, будто они и вовсе не могу говорить. А только рычать, как какие-нибудь павианы.
— Возможно, у меня получилось бы разговорить их.
— Кто таки знает? — Пожал плечами Шнепперсон. — Ладно. Я приступаю к работе над вашими документами сегодня же. Вот здесь список того, что мне от вас может понадобиться. Среди прочего не забудьте в следующий раз ваш диплом о высшем образовании. Это будет важно для сбора документов на лицензирование.
Я покивал, и мы со Шнепперсоном распрощались. Внезапно раздался громкий, я бы даже сказал, настойчивый стук в дверь.
Юрист даже вздрогнул и побледнел. Медленно посмотрел на входную.
— Э, еврей! Выходи! — Послышался громкий голос.
Дверная ручка задрожала, заходила вверх-вниз. Тот, кто был за дверью пытался войти. Однако наученный горьким опытом Шнепперсон всегда держал дверь закрытой и замыкался, когда пускал меня внутрь.
— Открывай дверь, жидяра! — Закричали снаружи. — Харе там сидеть!
— Ага! У нас к тебе дело!
— Кажется, вы таки накаркали, — просипел Шнепперсон и пошамкал пересохшими от страха губами.
— Щас, погодите, — заговорил я шепотом и встал с места. — А лучше, спрячьтесь, где-нибудь.
Шнепперсона не нужно было долго уговаривать. Он буквально погрузился под стол, медленно соскользнув туда с сидения своего кабинетного кресла.
Я прошел к двери. Глянул на пустое место юриста, потом щелкнул замком, решительно открыл. На меня тут же вылупились две удаленные пары глаз. Вернее, сначала они были агрессивными, только что искрами не брезжили. Но когда перед их взглядом появился я, изменили выражение на удивленное.
— Чем могу помочь? — Спросил я ледяным тоном.
— А где еврей? — Тут же спросил один из двух детин.
Высокий и плотный с редкими темными волосами на неровном черепе, он поигрывал свинчаткой, которая сейчас застыла в его руках.
— Кто, простите? — Включил я дурачка.
— Ну, еврей, — подключился второй, толстый и лысый в кожаной куртке, которая была ему не по размеру, и обтягивала пухлую грудь. — Юрист Шнепперсон.
— Извините, я такого не знаю, — сказал я.
Жирный удивился снова. Отошел на два шага назад, всмотрелся в вывеску.
— Ну, юридическая фирма Астарта, правильно?
— Правильно.
— А где еврей? — Буркнул мужик со свинчаткой.
Мужики явно ожидали увидеть щупленького еврейчика, а когда перед ними появился я, они крепко призадумались решать ли вопросы силовым способом. По крайней мере, не решились на это сразу.
— Нет, тут только я, — сказал я холодно. — А вы что хотели? От кого будите?
— Че ты нам лечишь, — опомнился лысый. — Где Шнепперсон? Он внутри, по-любому!
Я молча открыл дверь на всю ширь, дал им возможность мельком увидеть кабинет, а потом снова прикрыл так, чтобы можно было с ними разговаривать, оставаясь внутри.
— Видели там хоть одного еврея? — Спросил я.
— Ну… — Лысый почесал лысину. — Нет, не видели.