Династия проклятых (СИ)
От жгучей ярости к принцу искусала все губы в кровь, но сейчас эмоции мне не помощники. Лута не зря давала знаки. Мне нужно подумать, как избежать близости с мужем, но показать Хааме, что долг свой выполнила. Королева грезит о внуках, но не дождется их никогда! Я не стану рожать детей от такой твари! Пусть хоть четвертует, хоть сожжет! Этому не бывать! Хакон не достоин познать счастье отцовства, не достоин моей любви и верности! Лишь лицемерие, сплошь мое чистое лицемерие и больше ничего!
Снова по щеке прокатилась слеза. То хорошее, что осталось во мне, плакало и твердило, что не для такой жизни меня готовили, что я вовсе не злобное существо, способное на подлость. Я хотела любить и отдавать всю себя мужу. Так сильно хотела, что столкнувшись с жестокостью, сломалась, надорвала душу и перешла грань. Теперь мне нечего терять кроме собственной жизни. Как выяснилось, моя честь ничего не стоит, если ее можно проиграть! Что ж, тогда нет необходимости ее беречь!
Я повернулась в сторону кровати и уставилась ненавистным взглядом на принца. В изломанной совсем неудобной позе он лежал лицом в подушку. Одна нога свисала на пол, а вторая утонула в складке одеяла. Руки раскинуты в стороны, а каштановые волосы сбились в засаленные потные пряди. Гадкий и отвратительный мужчина, которого я начала презирать всем сердцем и душой. Даже прикасаться к нему было противно! Я взглянула на балдахин, а потом на тумбу, где стоял поднос с фруктами, среди которых острием блеснул маленький нож. Вся эта картина навела меня на мысль…
Я поднялась на ноги, плотно зашторила балдахин и села на кровать. Скрепя зубами, перевернула мужа на спину и начала его раздевать. Стараясь не думать о том, как это мерзко, противно и низко, стягивала с него камзол, а он даже не пошевелился. Напился до такого состояния, что его можно было с легкостью придушить! И я порывалась пару раз, но здравый разум останавливал. Время расплаты не пришло. Все еще впереди!
С меня семь потов сошло, пока его раздевала. Самым трудным оказалось снять белье. Я долго собиралась с духом, даже отвернула голову, чтобы не смотреть, но все же оголила его до конца. Вышвырнула его вещи за пределы балдахина и стянула с себя сорочку. Порвала ее край и отправила туда же, пытаясь воссоздать атмосферу безудержной страсти. Схватила нож и с силой сжала рукоять в руке. Взгляд упал на вялое достоинство мужа и ярость забесновалась внутри. Моя темная часть жаждала его крови, подталкивая на жуткий поступок. И я вскинула руку для удара, задрожав от напряжения. Резко раскрыла ладонь и вогнала кончик тонкого острия в поверхность кожи. Застонала от боли, зажмурилась, прикусила губу, пытаясь прийти в себя. И только когда пик агонии утих, я выдохнула и вернула нож обратно на тумбу. Посмотрела на дрожащую руку и сжала ладонь лодочкой, чтобы кровь не растекалась. Осторожно подползла к Хакону, смочила пальцы кровью и ухватилась за его орган. От отвращения скривилась так, что скулы свело. Отняла от него ладонь и посмотрела на результат. Все выглядело естественно, как и рассказывала мама. На половом органе мужчины обязательно должна остаться кровь.
Обильно смазав внутренние части бедер кровью, прижала пораженную ладонь к простыне. Оставив отпечаток, поспешила достать заживляющую мазь, которую мне принесли прислужницы для мозолей. Обильно обработала рану и сжала руку в кулак. Отвернулась от мужа и свернулась калачиком, крепко обнимая себя за плечи.
До лютого холода одиноко и гадко на душе! Будто отвергнутый всеми зверек, я вздрагивала от собственных воспоминаний. Все самое плохое, что произошло со мной в последнее время, было связано с Хаконом. Он не подарил мне и толику тепла. Никакого уважения и сочувствия. И только мысли о герцоге помогли мне этой страшной ночью уснуть.
ГЛАВА 17 Королевский кабинет
Королева Хаама уже забыла, когда в последний раз мерила кабинет короткими шагами, заламывая пальцы рук до хруста. Ходила по кругу без остановок, в то время как советник Тулан вслух зачитывал доклад тайной канцелярии о прошедшей ночи. Начал с главного и вопиющего — с покоев ее сына, в которых произошло нечто невообразимое для Зеленых земель! Королева внимала каждому слову фаворита, но поверить в них было сложно. Приказала еще раз перечитать отчет. Уже медленно и вдумчиво. Она во всех красках представила постыдную картину и побледнела. Замерла посреди овального красного ковра и посмотрела на Тулана.
Кармазин удивленно вскинул брови и пожал плечами. Шокированный выходкой принца он не нашел, что ответить на взывающий к разуму взгляд королевы. Они смотрели друг на друга до тех пор, пока советник не заговорил первым.
— Ваше величество, зачитывать следующий доклад?
— Нет, — шепнула королева и под шелест пышной юбки плавной походкой двинулась в сторону стола. Заняла свое привычное удобное кресло и потянулась к фужеру с водой. Освежила пересохшее горло и облизнули губы. — С этим надо для начала разобраться. Во-первых, выдай герцогу Пармису щедрую награду. Такую, чтобы на новое поместье хватило. Твой племянник проявил благородство и защитил честь принцессы, а это дорогого стоит, — Тулан снисходительно улыбнулся, в душе гордясь племянником. Сделал пометки на бумаге и посмотрел на Хааму, которая задумчиво вздохнула. — Раз уж начали с хорошего, то не могу не отметить, что, не смотря ни на что, первая брачная ночь состоялась и можно в скором времени ожидать наследника. Астрид выполнила долг, и я хочу вознаградить ее за терпение к моему нерадивому сыну, — нахмурилась королева. — Отнеси ей письмо от меня с поздравлением. Пусть знает, что я с радостью приняла ее в семью и ничего для нее не пожалею. Пусть требует любой подарок! Никаких границ! Я исполню любое ее желание!
— Щедро, — вывел Тулан на бумаге пометку о новом задании.
— Лишь малая плата за то, что натворил Хакон, — королева снова побледнела от картины, что нарисовалась в ее голове и заскрежетала зубами от злости. — Скажи Пармису, чтобы докладывал обо всех разговорах на эту позорную тему. Будем пресекать любые сплетни и разговоры на корню, чтобы это событие не вышло за пределы дворца! — сжала она кулак и прищурилась. — Графа Крама лишить титула и отобрать поместье! А его дружков оштрафовать! И пусть только попробуют хоть слово вымолвить о том, что произошло сегодня ночью!
Тулан одобрительно кивнул.
— Как на счет изгнания Крама из королевства? — советник давно имел зуб на графа, ведь сам имел неосторожность однажды сидеть с ним за одним игральным столом. Бесспорно, проиграл ушлому кармазину много монет, чем был крайне раздосадован. После того случая о проигрыше Тулана говорили в знатных кругах, посмеиваясь, а Крам кичился победой без стеснения.
— Лучше пусть под присмотром будет. Его длинный язык и проворство должны остаться в Звинси.
— Мудрое решение, душа моя, — Хаама расцвела от слов, пропитанных нежностью и обожанием. Но недолго улыбка украшала ее царское лицо. Мысли о непутевом сыне ураганом завертелись в голове. С тяжестью всего мира она вздохнула и подалась вперед, чтобы заглянуть в отчет. Выудила взглядом последнее предложение, в котором говорилось о том, что с утра прислужники обнаружили на простынях характерные кровавые следы. От сердца сразу отлегло. Главное, чтобы Астрид забеременела! Хаама искренне верила, что внука воспитает лучше, чем собственного сына. Будет чаще его навещать в Драконьем Пределе и привозить в замок. Будет любить до боли в груди, до безумия! Он обязательно вырастет и станет достойным правителем и продолжателем их королевского рода. Как же она сокрушалась и жалела о том, что Великий Дракон не осчастливил ее возможностью зачать второго ребенка!
Раздался стук в дверь, и Тулан подскочил с места. Просеменил к выходу и скрылся в коридоре. Королева бережно свернула отчеты и спрятала их в ящик стола.
— Лекарь сообщил, что его величество пришел в себя после тяжелой ночи, — доложил советник, и Хаама жестом показала, что готова принять сына прямо сейчас.