Сокрытое в тени листа-1 (СИ)

 — Страсти-мордасти... — пробормотал я. — Ладно. Ты все сказал, что мне нужно знать? Я начинаю?
 — Да, давай, — махнул дед рукой.
 Чем хороши свитки: с ними не нужны ручные печати, приложил руку, подал чакру, и оп...
 С хлопком, в белом дыму, передо мной появился он. Медоед. Реально медоед. Отличие от тех, что обитают в моем мире, было разве что в зеленых шортах. Вот он поводил мордой, покрутился на месте, после чего повернулся ко мне и, сев на задние лапы, пропыхтел:
 — Очередной Узумаки? — ей богу, я хоть и был готов, но вид разговаривающего животного ввел меня чуть ли не в ступор. — Фр-р-р-р... — это он так тяжко выдохнул. — Очередной слабак, жаждущий силы, — и где то уважение, о котором говорил старик?
 — Слушай, а можно сделать так, чтобы я больше не призывал конкретно тебя? Ну, или не призывал тебя в бою?
 — Так, стоп, — засуетился этот тип. — Это я просто не разглядел со сна, конечно, ты не слабак. Не надо меня оставлять дома.
 Интересно, они все такие? Хотя, о чем я? Джиро говорил, что все. Ну, кроме совсем уж стариков. Те свое отсражались и теперь больше поучать молодёжь любят.
 — Кхм, — прочистил я горло. — Мое имя Узумаки Шигеру. И я подумаю над твоей просьбой. Как мне называть тебя?
 — Куджи-сама, — вздернул он нос.
 — А может, — сделал я паузу, — сойдемся на Куджи-куне?
 — А и ладно, — махнул тот лапой с внушающими уважение когтями. — Так тоже сойдет.
 Сразу скажу — мне далеко не пофиг на эти японские приставки. Пусть я не воспринимаю их печёнкой, как коренной японец, но посыл то в них вполне конкретный. И ладно, если бы я не понимал, что к чему... Скажем так, вряд ли вам понравится, если вас будут материть на другом языке. Может, мат и будет звучать как белиберда, но понимая смысл этой белиберды, сложно не отреагировать. В данном эпизоде все не так серьезно, но на будущее учтите.
 — В таком случае, Куджи-кун, у меня к тебе просьба: не мог бы ты призвать меня к себе на остров? Как видишь, я только подписал контракт, и необходимых печатей у меня нет.
 — Да-да, — встал он на четыре лапы и принюхался к крови, которой я написал свое имя. — Совсем молодой. Что ж, сделаю. Отведу тебя к старейшине познакомиться.
 — Буду признателен, — кивнул я благодарственно. Вот так сразу к старейшине я бы не хотел, но не спорить же о том, в чем не разбираешься. Может, это традиция.
 Связь с меткой Куджи оборвал сам, исчезнув в облаке пыли, а после этого я почувствовал до боли знакомое чувство ухода в Скольжение — одну из полезнейших и опаснейших техник ведьмаков, позволяющих перемещаться по изнанке мира. Только на этот раз мне не нужно было тратить свои физические ресурсы, надрывая тело. Ну и само ощущение длилось раза в два дольше чем при Скольжении.
 Когда развеялся дым, о природе которого здесь всё еще спорят, я увидел самую настоящую прерию, этакий американский подвид степи. Невысокая трава, то тут, то там кусты, группки деревьев, холмы и скалы.
 — Пойдем, — дернул меня за штаны Куджи. — Нам надо к тем скалам.
 — А чего тут так пустынно? — спросил я оглядываясь. Ладно звери размером с Куджи, их бы я здесь не увидел, но у медоедов, как я знаю, есть и гиганты, как у тех же жаб или змей.
 — Так это плато — прихожая, — покосолапил Куджи вперед. — Тут и не живет никто, — бросил он на ходу, слегка обернувшись.
 Пещера, в которую мы зашли, больше напоминала туннель с несколькими поворотами, а вот когда мы из него вышли, моим глазам предстала та же прерия, но скал было гораздо больше. Как огромных гряд, так и отдельных каменюк, у которых были огромные окна, застекленные, судя по всему.
 Толпы медоедов я, конечно, не увидел, но парочку неспешно идущих зверюг, размером с автомобиль, заметил. Плюс, вдали был виден некто воистину огромный. Никаких стражников на выходе, понятное дело, не было, ибо смысла в этом не наблюдалось. Кому надо, тот и поверх скал пройдет. Или другой какой проход найдет.
 — Взгляни налево, — услышал я Куджи. — Видишь во-о-он там, два больших медоеда стоят?
 
 — Вижу, — кивнул я.
 — Туда не ходи. Они стерегут единственный проход к морю. Точнее, единственный путь, по которому туда может попасть наша молодежь. Тебя, конечно, пропустят, но я настоятельно не рекомендую туда соваться, пока не вырастешь.
 — А что так? — наверняка он рассчитывал на мое любопытство, иначе сразу все рассказал бы.
 — Змеи, уроды, очень хорошо плавают, а их остров недалеко. По крайней мере, они так говорят. Мы и не против таких гостей, совсем не против, но молодняк приходится отгонять. Как подрастешь, советую туда заглянуть — отличный способ убить время. Думаю, змеи тоже так считают, раз все лезут и лезут. Все, пошли, чего на месте стоять? — И уже на ходу выдал: — Знать бы направление на их остров, и можно было бы устраивать ответные визиты, а так приходится лишь надеяться, что они еще долго будут нас посещать, хе-хе-хе, фр, фр.
 — Если их остров достаточно близко, можно и поискать, — пожал я плечами, хоть Куджи и не мог этого видеть.
 — Знаешь, почему медоеды еще не захватили этот мир? — спросил он, оглянувшись на ходу.
 — Могу только догадываться, — хмыкнул я.
 — Да потому, что в океане невозможно ориентироваться, — ответил он мне. — Те же компасы сходят с ума. Аномальная зона, чё. Звезды не стоят на месте, компас не работает, даже солнца с луной нет. Ты голову-то подними, попробуй что-нибудь там найти. — Вот черт, и правда. Хоть и день, а солнца-то и нет. — Говорят, другие островитяне изгаляются на этот счет, иллюзии всякие ставят, а вот нам, медоедам, плевать. Долгое время считалось, что мы и подобные нам призывы вообще живем в другом мире. Если бы не еще более психованные , чем мы, шиноби, что время от времени умудряются вернуться после свободного поиска, так бы до сих пор и считали. Причем на двух известных нам континентах все нормально, да и в прибрежных зонах... Короче, лишь посреди океана такая ерунда творится.
 — Два континента? — ухватился я за его слова.
 — Тебя родители совсем ничему не учат? — оглянулся он. — Хотя да — вам, шиноби, всегда было плевать на другие земли. Как и нам, по сути. Второй континент почти не обитаем. Крайне скучное место.
 Но, вполне возможно, богатое ресурсами. Надо бы... не в ближайшие годы, конечно, но надо бы...
 — А ты и там, похоже, побывал, — попытался я осторожно растрясти его на информацию.
 — Один из немногих медоедов, хе-хе, фр. Лет сто назад один из тамошних дикарей умудрился попасть сюда вашим аналогом свободного поиска. Контракт заключил и даже несколько лет им пользовался, да помер. Уж не знаю, что там с ним случилось, но уже лет восемьдесят из тех мест никто не приходит. Не удивлюсь, если другие дикари даже не знают, что такое свиток контракта. Могли и сжечь.
 — Почему дикари?
 — Да они даже чакрой толком пользоваться не могут. Одним словом — дикари.
 Замнем для ясности.
 Место, к которому мы шли, представляло из себя фасад какого-то храма, на буддистский манер высеченного прямо в скале. А вот внутри помещение меня не удивило — коридоры, кельи, зал один прошли. Никаких изображений не было, лишь какие-то орнаменты и желтые огни, которые освещали здесь все.
 Подойдя к очередному проему без дверей, Куджи остановился и, встав на задние лапы, приложил палец к губам. После чего осторожно зашел в помещение. Как мог тихо я проследовал за ним, где увидел, что он медленно и осторожно приближается к сидящему в позе лотоса и явно медитирующему медоеду. Данный представитель местной фауны сильно отличался от Куджи. Ну, во-первых, не могу не упомянуть, что морда этого типа очень сильно напоминала мне лицо нашего главного инструктора в моем мире. И смех, и грех — но этот медоед был очень похож на Зомби, он же Александр Викторович, он же полковник Замраев. Но это если не брать комплекцию, наш Зомби был не таким кряжистым. В целом, насколько можно судить по сидящему существу, он был размером со среднего человека, а одет в мужское серое кимоно.