Девиантный Король (ЛП)

— Безусловно.
В раздевалке я заканчиваю переодеваться в рекордно короткое время, прежде чем прибудут другие девушки.
Я всегда прихожу первой или последней и обычно переодеваюсь в дальнем углу, так, чтобы никто из них не увидел моего шрама.
Шрам, который теперь окружен засосами.
Я жду тренера в коридоре. Некоторые девушки болтают друг с другом.
С первого дня, когда Эйден счел меня изгоем, я не очень нравлюсь легкоатлетической команде.
Я остаюсь в своей зоне, а они в своей.
Достав телефон, я открываю социальные сети.
Это только для того, чтобы знать, с чем я столкнулась, говорю я себе.
Ничего больше.
Я нахожу Aiden_King в Инстаграме только потому, что он подписан на меня уже около года. В то время я никогда особо не задумывалась об этом и всегда игнорировала желание просмотреть его профиль.
У него несколько сотен тысяч подписчиков. Сотни долбаных тысяч. Боже. Не похоже, что он знаменитость или что-то в этом роде.
Его подпись: Вперед Элита.
Его лента заполнена фотографиями игр. Размещены снимки всей команды. Большинство его фотографий с передовой линией Элиты. Ксандер, Коул и Ронан.
Выложены фотографии с вечеринок, когда они топят алкоголь. На других снимках между ними втиснуты девушки.
На старых фото с ними Леви Кинг. Старший двоюродный брат Эйдена, предыдущий капитан Элиты и нынешний игрок Арсенала. Я знаю его, потому что внимательно следила за ним с начала этого сезона.
Он добавил баланс в полузащиту Арсенала.
В конце прошлого года Леви привел Элиту к победе в школьном чемпионате. Эйден отметил этот момент фотографией передней линии, несущей Леви на плечах. Брюнетка стоит рядом с Эйденом и так счастливо и искренне смеется.
Даже Эйден.. счастлив? Нет. Не счастлив. Больше похоже, что он в эйфории.
Это должна быть какая-то сила, верно? Даже через свой Инстаграм он демонстрирует этот идеальный образ золотого парня и звезды.
Миру легко поверить, что он живет лучшей жизнью и любит ее.
Чем больше я прокручиваю ленту, тем больше это похоже на маску. Способ что-то скрыть. Что-то, что я не знаю.
Затем мое внимание привлекает разрыв шаблона. Время от времени, между рядами счастливых фотографий, он выкладывал черно-белый снимок, на котором нет его лица. На одном из фото сзади виден его темный силуэт. На другом мяч с его фамилией на нем. У нескольких других шахматная доска.
К ним нет прилагаются подписи, а если и есть, то они короткие и странные.
Настроение. 
Желание. 
Да Здравствует Королева. 
Играй в игрока, а не в игру. 
Остановись & Посмотри. 
Разрушен прежде, чем ты разрушена. 
Я ловлю себя на том, что охочусь за каждой фотографией такого типа. В отличие от других снимков, эти кажутся Эйдену настоящим окном.
Вчера вечером он опубликовал черно-белую фотографию. Это фото стеклянной шахматной доски. Прямо посередине возвышаешься фигура черного короля, в то время как белая королева падает к его ногам.
Подпись: Болен.
Все комментаторы — в основном девушки — восхищаются и желают ему скорейшего выздоровления.
Не думаю, что он имел в виду болезнь в физическом смысле. У него с головой не все в порядке, как я ему и говорила.
Как я ему говорила?
Я качаю головой.
Это не может быть правдой.
— Давайте, девочки. Вперед! — голос тренера Нессрин пугает меня.
Я выключаю телефон, бросаю в рюкзак и отправляюсь на тренировку.
Что я больше всего ненавижу в тренировках по легкой атлетике в школе, так это то, что мы бегаем по футбольному полю, где тренируется футбольная команда.
Нет. Я не позволю им испортить мне бег.
Тренер дает нам инструкции по сегодняшней тренировке. Когда я потягиваюсь, мой взгляд скользит по полю.
Я нахожу его, даже не прилагая усилий. Чрезмерное внимание к нему выделяет его из толпы, даже если я этого не хочу.
Эйден в синей майке и шортах, будто какая-то модель. Форма прилипает к его телу, как вторая кожа, обрисовывая его мощную грудь и подтянутые бедра, и ноги. Он кричит, чтобы ему передали мяч, и когда тот достигает его, в его глазах вспыхивает вызывающая искорка. Ему не требуется много времени, чтобы прорваться через защиту.
 
Завоевание.
Он ни перед чем не останавливается, чтобы добраться до цели.
Я ненавижу этого ублюдка, но с его уровнем таланта его можно направить в одну из лучших команд Премьер Лиги. То есть, если он уже не там. Возможно, как и его двоюродный брат, КЭШ не позволит ему уйти, пока он не закончит школу.
Элита делится на две команды, играя друг против друга. Коул и Эйден в команде с синей формой. Ксандер и Ронан в команде с неоновыми футболками.
Эйден и Ксандер нападающие команды, но сейчас Ксандер играет в обороне. Позиция, в которой он обычно не играет.
Что? Возможно, я слушала, когда Ким рассказывала мне о домашних играх, которые она смотрела в прошлом году.
Эйден бежит за мячом, оставляя позади нескольких своих противников. Как раз в тот момент, когда он набирает обороты по направлению к сетке, Ксандер набрасывается на него с грубой силой. Эйден с глухим стуком падает на землю.
Несколько вздохов вырывается у девушек вокруг меня. Даже наш тренер останавливается и смотрит.
Зрители, собравшиеся понаблюдать за тренировкой, замолкают с открытыми ртами.
Вот какое влияние Эйден оказывает на людей. Несмотря на то, что КЭШ известен своими учеными, последние несколько лет они одержимы футболом. Они мечтают о еще одном чемпионате после прошлогоднего.
Ксандер даже не наклоняется, чтобы помочь Эйдену. Коул и Ронан тоже. Тренер Ларсон, мужчина средних лет с лысиной и кустистыми бровями, бьет Ксандера бумажной битой по плечу.
Если он и пострадал, то не показывает этого. Все, что он делает, это бросает на невозмутимого Эйдена убийственный взгляд.
— Ух ты. Найт напряжен, — шепчет одна из девушек позади.
— Я знаю, ладно? — отвечает другая. — Он как будто жаждет крови.
Так что я не единственная, кто это заметила.
Это первый раз, когда я вижу, как Эйден и Ксандер вцепляются друг другу в горло.
Капитан, Коул и тренер разговаривают с Ксандером в сторонке.
Судя по покрасневшим щекам тренера Ларсона, он не выглядит таким уж счастливым.
Я фыркаю. Конечно, он не счастлив. Уверена, что он едва сдерживается, чтобы не убить Ксандера за то, что тот прикоснулся к его звезде. Эйден лучший нападающий, а нападающие всегда получают полный кредит, независимо от того, сколько хороших передач они производят.
Все еще разминаясь, я ищу Эйдена. Он стоит возле скамейки, сжимая в руке бутылку спортивного напитка, но его внимание сосредоточено не на напитке, не на Ксандере и не на Ронане, который с ним разговаривает.
А на мне.
Я замираю на середине вытягивания руки за спиной. Эта поза прижимает мою грудь к спортивному костюму. Взгляд Эйдена медленно опускается к изгибу моей груди. Слишком медленно. Это больно.
У меня перехватывает горло. Хочется выкачать воздух из легких, задыхаться и умолять вдохнуть.
Когда его металлические глаза вновь скользят по моим, они полны нескрываемого голода.
Грубые.
Яростные.
Я не могу дышать, даже если захочу. Кажется, что, если я сделаю один вдох, он набросится на меня.
За два года я привыкла к его убийственным взглядам. Что с этим не так?
Я могу выдержать его ненавистные взгляды. Черт, я хочу, чтобы мы вернулись на сцену ненавистных взглядов. По крайней мере, тогда я еще не сошла с ума.
Но этот взгляд? Этот голод? Этого я не могу вынести.
Я разрываю зрительный контакт. Он может играть в любую игру, в какую захочет, сам по себе.
 
По большей части тренировка проходит хорошо. Именно после четвертого цикла начинается истощение.
Я делаю больше пауз для воды, чем необходимо. Мой рекорд продолжает замедляться.
Время от времени, когда я смотрю на футбольное поле, я нахожу на себе дестабилизирующий взгляд Эйдена.