Взрывная карамель для миллиардера (СИ)

Босс… рычит? Мне не послышалось?
— Хорошая девочка, Лера. Надела мой подарок…
Краска приливает к лицу.
— Иди ближе, Лера. Хочу рассмотреть получше.
Его руки раскинуты по сторонам на спинке дивана. Рубашка расстегнута — когда успел, я не заметила. Ему тоже жарко.
Медленно приближаюсь. Запах разгоряченного мужского тела кружит голову, сводит с ума.
Я наблюдаю за его руками. Хочется прикрыться. Я уже стою совсем рядом, прямо перед ним.
— Ближе, — шепчет босс, отлипает от спинки дивана, подается вперед.
Инстинктивно обнимаю себя руками, прикрывая открытый развратный лифчик.
— Без рук, — слышу свой тоненький жалкий писк.
Константин Аркадьевич демонстративно разводит руки с открытыми ладонями в стороны, а сам еще немного подается вперед.
Неожиданно громко, властно гаркает:
— Ближе, сказал.
Не поняла, как шагнула вперед, оказалась прямо между его широко расставленных ног.
— Умница, — хвалит голосом, в котором снова появляются хриплые нотки. — Теперь убери ручки, Лера.
Так произносит Лера, что тело покрывается мурашками и соски предательски сжимаются в маленькие горошинки.
Сглатываю, медлю.
— Без рук, как обещал, — поощряет босс. Он так и держит руки разведенными в стороны.
Он практически дышит мне в грудь. И стоит ему сдвинуть ноги, я уже не вырвусь.
— Сама, Лера. Давай. Убери ручки.
Закрываю глаза. Медленно опускаю руки. Внутри всё подрагивает от напряжения. От возбуждения. Хорошо, что я осталась в юбке. Мне кажется, что сейчас между ног так мокро, что, наверняка, можно было бы увидеть, даже не трогая.
Снова урчит. Или рычит. Какой-то низкий гортанный звук из горла. Меня пробирает мурашками. Прямо до кончиков волос.
— Красиво.
Зачем я надела бельё, которое мне купил босс…
— Теперь снимай.
Я не могу.
Ждёт. Молчит.
— Сама, Лера. Я же сегодня без рук…
Сегодня? Ну, хоть без рук. Мысли путаются. Сердце стучит где-то в горле. Он же видит, как я реагирую. Стыдно. Ужасно стыдно.
— Лера, я жду.
Не могу.
— Хорошо, я помогу.
Вздрагиваю, даже распахиваю глаза:
— Нет, вы обещали.
Но его руки так и разведены по сторонам, лишь чувствую тяжелое мужское дыхание на коже.
— Снимешь, досчитаешь до десяти вслух и можешь быть свободна.
В голове мелькают мысли. Десять секунд позора и убегу. И всё. И не буду танцевать и трясти голой грудью. И даже юбку не придётся снимать.
Выдыхаю:
— Да… — получается томно, просто дыхание срывается.
Снова закрываю глаза, начинаю считать, еще не обнажив грудь. Скажет нарушаю? Пофиг.
— Раз … — тянусь к лямке на плече, медленно спускаю, веду своей рукой по предплечью, ниже, еще больше возбуждаясь от своих же прикосновений.
— Два… — проделываю то же самое с другой лямкой.
Опять сглатываю.
— Три … — стою с голой грудью перед боссом.
— Четыре, — впитываю горячее дыхание кожей, — пять.
Ну, скоро уже? Закусываю губу. Даже подсмотреть сквозь ресницы стыдно. Чувствую поедает мою грудь взглядом. Мое дыхание учащается и тяжелеет. Как же стыдно. Он же видит мою реакцию, всё чувствует.
— Шесть…
И цифра застревает в горле потому, что… он целует мой сосок. Нежно обхватывает влажными губами, обводит языком по контору ореола и мягко втягивает. Посасывает…
Вместо цифры «семь» вырывается мой стон.
Мой? Что же я так позорюсь? Он втягивает чуть сильнее, потом приотпускает, дразнит кончиком языка. Пытаюсь взять себя в руки и прекратить стонать.
Надо считать, но я забыла на какой цифре остановилась. О, как же это прекратить? Ооооо, как же не хочется это прекращать…
Что я творю? Мы так не договаривались. Что он делает?
Какая цифра, мать его?
Аааа…
Резко выдыхаю, беру себя в руки и быстро чеканю:
— Раз, два, три, четыре, пять…
Он неожиданно выпускает сосок и бормочет:
— Вышел зайчик погулять… — сбивает со счёта.
Он пялится на мою грудь, и принимается за другой сосок.
— Аааа… — это я?
Облизываю губы, заставляю себя считать сквозь свои же стоны:
— Шесть, семь, восемь, девять… десять!
Сломя голову убегаю. Прочь. Закрываюсь в кухонке. Сползаю по двери вниз, на холодный пол. Приглушенная вечерняя подстветка включается из-за сработавшего датчика движения.
 
Слава Богу, и, правда, никого в офисе давно нет.
Сердце колотится. Тяжелая грудь требует прикосновений. Трогаю, пытаясь унять незнакомые ощущения и успокоиться. Глажу. Но тело хочет его рук. Его прикосновений. Его горячих губ, пальцев…
Его пальцев. Между ног так горит, что просовываю туда руку и зажимаю ногами, пытаясь успокоить чувственную пытку. Здесь опять мокро.
Представляю, что это его пальцы. Сжимаю бёдра сильнее. Что со мной происходит? Надо успокоиться. Я не могу так выйти из кухни. Как же это успокоить?
Ёрзаю бёдрами, но горит только сильнее. Еще снизу живота перекатываются небольшие волны.
Что со мной?
Чуть расставляю ноги, задирая юбку выше и просовываю туда вторую руку. Снова крепко-крепко зажимаю ладони бёдрами. Сердце не стучит, а колотится. Причём, колотится где-то в животе, снизу.
Мне еще и так стыдно… Сосок как будто всё еще чувствует его губы…
Ещё капельку сжимаю ноги… и стон вырывается, и всё накопившееся напряжение снизу живота взрывается яркой волной, окатывая с головы до кончиков пальцев на ногах.
Рот открывается в немом крике. Я задыхаюсь от накатившей разрядки.
Чёткая сильная пульсация внизу живота немного приводит в чувство и даже пугает.
Что со мной не так?
Всё тело немного потряхивает. Я откидываю голову назад так, что случайно ударяюсь макушкой о дверь. Пытаясь расслабиться… впитывая отголоски… первого в жизни оргазма..?
Дышу. Совсем расслабилась. Только представляю, как будто меня обнимает босс.
Дверь не сравнится, конечно, с ним, но хоть представить можно?
Так вот он какой мой оргазм? То, что я иногда испытывала в постели с мужем — просто небольшое возбуждение, которое не получало ни продолжения, ни выхода.
Постепенно пульсация в теле затихает.
Зато накатывает стыд. Оглядываю себя — сижу, распластала ноги на полу, кончила под дверью, как последняя шлюшка… И грудь голая. Хорошо, что хоть юбка на мне.
Как мне выходить-то?
Боже, боже… Как же мне стыдно.
Подхожу к раковине, открываю холодную воду, умываюсь.
Шарю глазами по кухне. Единственное, что выхватывает взгляд — маленькое полотенчико. Вытираюсь им, а потом пытаюсь прикрыться — слишком маленькое.
Собираюсь с духом.
Открываю замок. Обхватываю себя руками, прикрывая груди. Толкаю дверь и выхожу из кухоньки бочком.
Где моя блузка?
Где мой босс?
Он всё также сидит на диване. В одной руке телефон. Другой рукой… он поигрывает моей блузкой. Щурится, облизывает нижнюю губу:
— Лера, чего я там не видел? — мне кажется или он посмеивается.
Константин склоняет голову к плечу. Наблюдает. Весело ему. Забавляется.
А мне просто ужасно стыдно. Выдавливаю:
— Отдайте.
Он дразнит блузкой:
— Забери.
— Мне надо домой. Уже очень поздно.
Набираюсь смелости, быстрым шагом иду, выхватываю блузку и тут же разворачиваюсь спиной.
Он усмехается, мягко мурлычит:
— А я видел…
Вспыхиваю. На секунду мне кажется, что он говорит о том, что я делала на кухне.
Ну, нет.
Это он грудь мою опять увидел, когда тянулась рукой за блузкой. Придёт же в голову всякая ерунда. Но самой отчего-то так хотелось поделиться, рассказать, что только что получила первый в жизни оргазм. Я — не бракованная! Я — не фригидная!
Прикусила губы.
Нашла кому хвастаться.
Накинула блузку. Пока застёгиваю пуговички, мне в спину прилетает:
— Я распорядился. Вас отвезут на корпоративной машине. Тёмный Майбах ждёт у входа.
Строит из себя заботливого. Босс- шантажист.
Поворачиваюсь, глаза поднять очень стесняюсь.