Начало нового мира (СИ)
— Твоя техника звуковой иллюзии интересна, Таюя-чан. И твой двоюродный брат — Мамору со своей способностью влиять на чакру тоже нам подходит, хотя он менее способен, чем ты, — сказал Орочимару. — Мы принимаем твоё предложение. Клан будет заботиться о тебе и твоём брате, как о своих младших братьях и сёстрах. Завтра представим вас Хокаге. А сегодня… Сегодня тебя ждёт Кабуто…
Таюя чуть покраснела и вскинулась, быстро посмотрев ему в глаза. Орочимару кивнул сам себе, убеждаясь в правильности сделанных выводов.
— Кабуто нанесёт на тебя несколько фуин и произведёт твою первую токсикацию ядами. Ни одна куноичи из нашего клана не может подвергаться сексуальным домогательствам без разрешения старейшин клана и желания самой куноичи.
В карих глазах Таюи мелькнуло настоящее облегчение, и она снова склонила голову.
— Кроме того, тебе и Мамору придётся участвовать в некоторых опытах, думаю, Кабуто позаботится об этом, — Орочимару снова кивнул сам себе, радуясь, что у него будет больше женских яйцеклеток для проверки их с Кабуто теории насчёт «живучести» Сенджу и того, что их гены являются стабилизатором проклятой печати при скрещивании уникальных геномов. Карин, Гурэн и Мина согласились делиться на «благо науки», и Карин поставила себе и старшим девушкам клана такую же печать, какую ставила Цунаде. Впрочем, в слишком большом количестве яйцеклеток теперь и не было нужды, более важно было их разнообразие и неплохой материнский геном.
— Буду рада служить вам, Орочимару-сама, — сказала Таюя.
— Ракурэй-сан назначит вам с Мамору порядок тренировок в клане с ним и старшими ребятами. Также… Думаю, ты, как и другие девочки, сможешь помочь в организации свадеб. В третий тайан* десятого месяца, перед полнолунием, то есть через двадцать дней, у нас состоятся сразу две свадьбы.
Примечание к главе:
* 大安 — тайан — самый удачный день, хороший для свадеб и начинаний — пятый из дней буддийской шестидневной недели.
Свадьбы в Японии принято играть в тайан (который специально высчитывают относительно семидневной недели) четыре месяца в году: в июне, июле, августе и октябре.
Календарь мира шиноби насчитывает 372 дня, 12 месяцев по 31 дню каждый. Существует деление по фазам луны: 14 дней до полнолуния, 3 дня полнолуния, 14 дней после полнолуния. А также деление по буддийской неделе, в которой шесть дней: сэнсё, томобики, сэмбу, буцумэцу, тайан, сяккоо. Каждый день имеет свою направленность: удачные, неудачные, хорошие для определённой работы или начинаний, плохие дни в определённые часы и так далее. Такой цикличный календарь подразумевает, что каждое определённое число месяца всегда будет выпадать на определённый день буддийской недели. То есть каждый год всегда начинается с первого дня недели — сэнсё и заканчивается последним днём недели — сяккоо. [чисто авторская выдумка, замешанная на знаниях традиций Японии и буддизма, которого полно в аниме]. Если вам интересно, календарь можно найти в дополнительных материалах к работе.
В данном случае день свадьбы назначен на 14 октября.
Часть 3. Глава 1. Послание из Суны
— Госпожа Хокаге, вам срочное донесение из Суны, — в кабинет вошёл Нара Митоку — глава отдела криптоанализа.
Цунаде тихо цыкнула: дело совсем плохо, если Нара поднял свою ленивую задницу и лично дошёл от почтовой башни, в которой размещался его отдел, до Резиденции, а не послал шуструю помощницу. Тяжёлый взгляд из-за круглых очков лишь подтвердил её догадку.
— Давай, — вздохнула Цунаде и протянула ладонь, в которую Митоку вложил расшифрованный свиток.
Они предполагали нечто подобное, когда разрабатывали легенду Агары, но всё равно заявления Суны оказались неожиданными. Разведка в Песке сообщила, что буквально пару дней назад объявили о предстоящей через несколько недель — в последний тайан октября — инаугурации нового Кадзекаге, а сегодня Суна требует официальной проверки шиноби Агары, чтобы удостовериться, не является ли тот их джинчуурики и пропавшим — а то и похищенным — сыном Четвёртого Кадзекаге. Вот как заговорили. Свидетелей неблаговидного поступка как бы нет, а свой же шпионаж к делу, так сказать, не пришьёшь.
Теперь Гаара у властей Суны «пропавший», как будто никто и не отдавал распоряжения о ликвидации слишком опасного ребёнка. Тут получается, что у всех рыльце в пушку. Коноха не может отказать в «безобидной проверке», а когда всё откроется, тут важно переиграть союзников в этой сети обоюдного обмана.
Если судить по обтекаемым фразам, будущий Пятый Кадзекаге явно решил начать своё правление с усиления деревни и возврата «утерянных ценностей».
Этот новый правитель Суны был «тёмной лошадкой». По оперативным донесениям АНБУ, Пятый Кадзекаге появился в Песке из ниоткуда и был невероятно молод. Впрочем, кому, как не Цунаде, знать несколько секретов молодости? Даже Шизуне стала подозрительно краснеть и заикаться, когда на доклад в Резиденцию заходил Орочимару, с которым Цунаде провела пару медицинских преобразований. Старый Змей в юности был очень хорош собой, да и в зрелости не утратил хищного обаяния. А теперь, когда снова стал выглядеть на тридцать, все незамужние куноичи провожали «Оро-чана» весьма заинтересованными взглядами. Но оно и понятно: старейшина клана Учиха, очень сильный шиноби, близкий друг и соратник Хокаге, да ещё и весьма серьёзный учёный, и все его воспитанники и ученики были очень сильны. Возможно, сам того не зная, но Орочимару ходил в завидных женихах.
Цунаде хмыкнула и достала отчёт с донесениями по Пятому Кадзекаге, заново его перечитав. Молодость ещё не показатель. Четвёртый Мидзукаге Ягура выглядел как ребёнок, — по слухам, что-то там нарушили в техниках запечатывания биджуу, и после запечатывания Санби Ягура так и не вырос, что явно сказалось на психике. Так что Пятому Кадзекаге может быть как шестнадцать, так и сорок — всё же были определённые ограничения в медицинских дзюцу. Впрочем, красные волосы могли говорить о родстве с Узумаки, которые жили дольше и старились медленней.
Этот парень был совсем не прост. Явился под маской Четвёртого Кадзекаге на экзамены чуунинов, и его практически ничего не выдало. Показал себя вполне адекватной личностью. А ещё по докладу Учиха Итачи этот человек, предположительно, мог быть бывшим нукенином — Акасуна Сасори, воскрешённым запретной техникой старухи Чиё — старейшиной Суны. Что было почти невероятным, но, к сожалению, не невозможным. Жизнь за жизнь. Даже в нечестивом воскрешении, которым владел Орочимару, действовало это правило — чтобы воскресить кого-то, надо воспользоваться чьим-то телом в качестве жертвы. Но нечестивое воскрешение — на самом деле лишь подобие жизни. Цунаде полагала, что если старуха Чиё, о смерти которой тоже пришёл доклад, использовала какое-то запретное медицинское дзюцу, то сделала всё правильно и воскресила внука в настоящем теле, пожертвовав собой. Опять же это были лишь ничем не подкреплённые предположения, но ничего нельзя было упускать из виду или откидывать. В конце концов, новый Кадзекаге мог быть сыном этого Сасори, что тоже не исключено и даже более вероятно. Орочимару сообщил, что окончательное преобразование в куклу произошло в шестой цикл года Лошади, то есть за семь лет до смерти Акасуна Сасори, который покинул Суну в разгар Третьей войны, так что по времени он бы вполне успел «настрогать» ребёнка, когда ему было пятнадцать-шестнадцать. Дурное дело нехитрое.
Цунаде снова хмыкнула своим мыслям. Три месяца назад у неё появилось четверо собственных детей, которые выросли в Шиккоцурине — Лесу влажных костей, — царстве слизней. Девочка и три мальчика. Милые, крепкие и здоровые крохи, от вида которых захлёстывало обострившимся материнским инстинктом. Даже у Джирайи выступила скупая мужская слеза, когда он впервые увидел её с детьми на руках. И теперь, обретший дом и большую, а в перспективе — очень большую семью, супруг организовывал новый клановый квартал, и с параноидальным упорством возводил многослойные защиты, барьеры, придирчиво отбирал штат слуг и защитников, не жалел денег на новое строительство, ремонт и облагораживание территории Сенджу. Без такой поддержки и крепкого тыла Цунаде бы не потянула одна восстановление клана, и она была бесконечно благодарна мужу.