Начало нового мира (СИ)

Информация в их мире очень важна. Не деньги — это всего лишь бумага и металл, удобные для обмена, а именно информация: знания, сведения, техники. Умение брать их на вооружение, оперировать, использовать и анализировать за короткое время — вот в чём сила шиноби и так называемая «гениальность». Наивысшее искусство в их мире — победить до того, как начнётся битва. Не зря шаринган считают великим додзюцу, а гендзюцу — идеальным искусством, которое позволяет пересилить противника, не обнажая оружия. Что, в свою очередь, является возможностью захватить источник информации. Мастера пыток и допросов не ломают кости, они взламывают подсознание, просматривают воспоминания, собирают чужие знания.
Они смогли одолеть очень сильных врагов только благодаря тому, что добыли по ним исчерпывающие данные и воспользовались этим. Мертвы трое сильнейших из «Акацуки»: Зецу, Учиха Обито, Сасори. Многие шиноби, которые примеряли чёрные плащи с красными облаками, были ликвидированы в период «подпольной деятельности», когда Итачи внедрился в организацию. Он добыл много полезной информации для своей семьи и Конохи. А в данный момент Лидер, окопавшийся где-то в стране Дождя, всё ещё считает его мёртвым, а его бывшего напарника — Хошигаки Кисаме, которого Итачи же исподволь убедил дезертировать из чёрно-алых — виновным в смертях остальных.
Благодаря важным сведениям у них получилось перетащить на свою сторону Орочимару-сана. Змеиный саннин не изменил своей Цели, но вместе они нашли другой путь, который может к той привести.
Мертвы Сарутоби Хирузен, Шимура Данзо, Кохару Утатане, Хомура Митокадо — все те, кто были виновны в гибели клана Учиха и мешали его возрождению. Благодаря верно поданной информации их при возвращении в деревню чествовали как героев. И сами они пришли не грязными заморышами-оборвашками, а сильной сплочённой семьёй, в которой не смотрят на фамилии и кровное родство. Где все друг другу — друзья, братья и сёстры — единый кулак, который может защитить родных, близких, деревню, страну.
— Значит, теперь у нас будет два человека, которые будут знать о ситуации с остальными? — уточнил Итачи, посмотрев на демонстрируемый камень, активируя Мангекё Шаринган. Камни не отличались ничем, и, скорее всего, лишь биджуу и их джинчуурики могли распознать какой — чей.
— Точно! Точно! — радостно закивал Наруто.
— Я рад, — Итачи взлохматил красную и золотистую шевелюры. — Вы молодцы. Уже рассказали Орочимару-сану?
— Ещё нет, ты — первый! — сказал Агара и показал на свою подвеску, в которой было два камня. — У меня будут обе чакры, но так как ты будешь командиром в моей группе, то тебе тоже стоит быть на прямой связи с Шукаку-сама.
— Так этот камень тоже мне? — спросил Итачи.
— Нет, пока это для меня, — замялся Наруто. — Но мы тебе сегодня же сделаем! Мы даже в Академию не пошли, потому что вчера договорились с Шукаку-сама и…
— Всё ясно с вами, — улыбнулся Итачи, перебив. — Руки зачесались, на Шии-куна посмотрели жалобно своими зелёно-синими глазками, вот нии-сан и позволил вам развлекаться в лаборатории.
Ответом на его догадку были молчаливые переглядки и одинаково-невинные хлопанья ресницами.
— Ладно, развлекайтесь дальше, — хмыкнул Итачи. — У меня ещё дела.
Он вышел из дома и направился к госпиталю.
Карин обычно заканчивала в это время, и когда Итачи был в селении, то ему нравилось встречать её, провожая до дома. Сам себе он объяснял своё желание тем, что его весьма симпатичной названной сестре не стоит ходить по улицам одной, а ещё дочь Орочимару-сана забавно описывала детали своего обучения у Цунаде-сан. Также Узумаки Карин умела не только рассказывать, но и слушать. Итачи делился с девушкой соображениями и трудностями со своими подопечными, и та иногда давала дельные советы по воспитанию и мотивации детей.
Обычно их прогулка выходила немного длиннее, чем было необходимо, потому что они шли дальней дорогой — практически делая «круг почёта» по Конохе, по пути заглядывая в разные лавки и покупая по списку, выданному Комацу-сан, продукты. Сегодня списка не было, потому что вчера они купили и запечатали в свитки: тофу, орехи, хлеб, сахар, яблоки, фасоль, сою, бобы, натто, шиитаке, водоросли, рыбу и морепродукты — всё, чего не было в домашнем хозяйстве, на неделю вперёд. Дважды в год, в обмен на фуин-печати, из Страны Рисовых Полей им поставляли большие партии риса, круп и муки. Это было выгодно и им, и дружественному клану Фуума из Та, тем самым они поддерживали отношения и былые договорённости.
 
— Скажите, Узумаки Карин скоро освободится? — вежливо поинтересовался Итачи у двух медсестёр, стоящих возле приёмной.
— Карин-сама? — переспросила светловолосая женщина постарше. — Ой, а у нас срочный больной! Она делает операцию, и боюсь, что это займёт несколько часов. Извините, а вы — Учиха Итачи?
— Да, — кивнул он. — Учиха Итачи — это я.
— А я — Харуно Мебуки. Извините, Итачи-сан. Мне Карин-сама сказала, что вы станете сенсеем моей дочери, Харуно Сакуры! Это такая честь! Знаете, мы живём совсем рядом. Можно я приглашу вас на чай? Карин-сама ещё долго будет занята. А у меня муж дома, вернулся с миссии вчера. Познакомитесь с нами. Вы же всё равно будете знакомиться с родителями подопечного? Мы вам про Сакуру расскажем и комнату её покажем, это же входит в подготовку шиноби?
— Да. Можно, — кивнул Итачи, подумав, что это неплохая мысль. Он планировал пойти к родителям Абураме Шино и к родителям Харуно Сакуры чуть попозже, но если подвернулась такая возможность, можно всё узнать и сейчас. Время у него есть. А информация будет не лишней.
 Часть 1. Глава 4. Уроки 
 
— Ну что, как твоё самочувствие? Закончим третий камень или прервёмся? Скоро ужин будет, — спросил Наруто.
Агара перевёл дух. Они выполнили предварительный этап, и осталось только самое последнее и сложное — отделить и вывести чакру Шукаку-сама в подготовленные печати и выполнить «кристаллизацию». Камни из чакры однохвостого биджуу получалось делать быстрее: Наруто уже отработал технологию, им сильно помогала песчаная защита Агары, они работали вдвоём, да и чакра самого младшего из хвостатых была, насколько он понял, наименее опасной. Вот чакра Курамы-сама, со слов названного брата, «всё норовила взорваться или разъесть заготовки», и это при том, что для успешного завершения процесса биджуу помогал контролировать свои эманации.
— Пожалуй, до ужина мы не успеем, — протянул Агара. В животе, словно соглашаясь с его словами, тут же заурчало.
Наруто улыбнулся.
— У меня тоже есть просит. Это от больших чакрозатрат. Ладно, доделаем после ужина. Тем более Саске хотел посмотреть… О, вот и он, лёгок на помине!
Дверь в лабораторию приоткрылась, и к ним зашёл Саске.
— Как дела? — заинтересованно оценил масштабы подготовки Учиха.
Агара и сам удивлялся, сколько всего надо сделать, чтобы получить камешек размером чуть меньше его мизинца. Причём изначально Наруто этим занимался в одиночку и сам всё придумал. Ещё и «по ходу» работы его клон важно отмечал что-то в журнале. Наруто сказал, что в следующий раз пару блоков фуин можно будет убрать, заменив на один. Такой серьёзный — вылитый Орочимару-сан за работой.
— Мы решили прерваться до ужина, а потом закончить, — сказал Агара. — Как Академия?
— Без вас было скучновато, — пожал плечами Саске. — Меня чуть не разорвали девчонки, но Шика и Чоу подоспели вовремя. На тактике половина класса спала, вот же достанется кому-то Сарутоби-сенсей, такой нудный. А ещё я поспорил с ним.
 
Агара переглянулся с Наруто.
— Поспорил? — дружно переспросили они.
— Ага. Он начал про «вынужденные потери» талдычить. Что миссия важнее всего. Про всякие тактические стратегические ходы, которые должен использовать командир отряда. В качестве примера привёл какую-то там свою миссию, когда полегла треть большого отряда, но доставили свиток. Он там ещё командиром был. А я сказал, что он фиговый командир. Что надо было живыми всем вернуться, а миссию каким-то другим способом выполнить, без потерь. Он сказал, что типа я, как и все дети, идеалист, так не бывает, что я жизни не нюхал, ну и всё в таком духе. А потери всё равно будут, и командир должен уметь принимать взвешенное решение и соотносить эти потери с благом деревни.