Месть колдуна или Приключения медвежатника (СИ)

Не думаю, что парни, загорающие там, поголовно ходят с возбужденными членами, наверняка привыкли, и воспринимают увиденное, как нечто обыденное и не более того. Учитывая же холодную воду, и мое скукожившееся хозяйство, вполне можно было надеяться, хотя бы на несколько минут достаточного спокойствия. Поэтому, прикинув, куда именно я должен выплыть, вновь вошел в воду, и вскоре уже выходил на песчаный берег на самом краю пляжа. По моим ощущениям, никто даже не обратил, на меня внимания. Подумаешь, какой-то голый парень, вышел из воды и идет по песку. Учитывая, что на пляже находилось, по меньшей мере, около сорока человек, и все были раздеты донага, ничего особенного в моем появлении никто не нашел.
Я же, на мгновение остановился, окидывая глазами песок, и тут же продолжил свой путь дальше. Пройдя с десяток шагов, мимоходом, даже не остановившись, подобрал лежащие на песке чьи-то джинсы, темную футболку с каким-то рисунком, легкую джинсовую курточку и сандалии с вложенными в них носками, после чего так же не торопясь дошел до одной из кабинок находящихся у асфальтированной дороги на краю пляжа, и войдя в нее, быстренько облачился в найденные вещи. Трусы хоть и были еще сырыми, но тем не менее, я надел и их. Пусть лучше штаны чуть промокнут, чем я напялю на себя чужие джинсы о которые терся чужой мужик. Носки оставил в кабинке раздевалки. Хотя они и были относительно чистыми, но одевать их совершенно не хотелось. 
Мне повезло. Если бы ничего подобного бы я не нашел, пришлось бы вступать в контакт с местными парнями, жалуясь на то, что пропала моя одежда и документы. Или же пытаться охмурить, кого-то из них, с помощью своих способностей. Но это хорошо действует, если передо мною один человек, а с толпой может и не сработать. И здесь имелись бы некоторые варианты развития событий. Разумеется, еще до побега, я тщательно изучил все окрестности по имеющимся в части картам, и мог бы достаточно уверенно назвать и город моего проживания, и улицу и дом. Но и была вероятность того, что попался бы кто-то живущий неподалеку от тех мест. И кто знает, как бы в этом случае все образовалось. Это был самый рискованный момент моего побега, но пока он удался на все сто. 
Осторожно выглянув из-за ограждения, убедился, что мой проход не привлек к себе ничьего внимания, после чего обошел строение, спокойно пересек дорогу, и спустился на противоположную обочину. За нею, буквально в нескольких шагах находилась лесополоса, куда я и поспешил перейти. Оглянувшись по сторонам, и не найдя ни какого наблюдателя, перешел на бег, и течение нескольких минут, бежал трусцой, постаравшись удалиться, как можно дальше от этого места. Куда именно я направлялся, сейчас для меня не имело никакого значения. Самое главное было сделано. Я переплыл Эльбу, оказался на территории Западной Германии, смог найти для себя одежду, и оторваться от возможного преследования.
Единственное что меня сильно удручало, так это то, что в роте остался мой чемодан, с которым я можно сказать сроднился за последние годы. Конечно, все что в нем находилось можно было бы рано или поздно восстановить, за исключением пожалуй сувальдного регулируемого ключа, и самого чемодана. Просто здесь, в этом мире нет таких технологий из-за отсутствия магии. Но тут приходилось делать выбор. Либо продолжать службу, и после увольнения в запас опять разбираться с «восстановлением» никогда не существовавших документов, а после прозябать на территории СССР, либо оставив чемодан со всем содержимым в ротной каптерке, уходить за границу самому, и начинать все с ноля. 
Я выбрал именно это и пока не жалею о своем выборе. В конце концов инструмент, это всего лишь, инструмент, большую часть которого можно восстановить. А свобода, это свобода. В союзе, по моему мнению, обрести ее просто невозможно. Можно неплохо устроиться, не знать особых забот, наладить до определенного уровня свой быт, но той свободы передвижения, и исполнения моих запросов, там не приобрести никогда. Люди привыкли к той жизни, накачиваемые постоянными лозунгами и агитацией о том, как плохо живется в капиталистический странах, и не представляют для себя иной жизни. А я привык к другому, и потому так и не смог смириться с тем, что происходит там.
 
Тут же в голове, возникла крамольная мысль. Почему некоторые люди, живущие на территории СССР, так стараются оказаться за границей? Хотя с самого детства слышат о том, что там сплошная безработица, отсутствие любых социальных гарантий, нищета, плохое медицинское обслуживание, голод. И в тоже время, люди живущие за границей, тоже слушая передачи из СССР по радио, читая советские газеты, то есть предполагая, как все прекрасно в СССР, не особенно стремятся приехать в эту страну. Что-то мне не верится в то, что если бы такие перебежчики были, об их появлении не раструбили бы по всему миру. Однако об этом молчат, значит желающих сменить загнивающий капитализм на путь к коммунизму, особо не наблюдается. В тоже время, только попробуй слегка приоткрыть границу, уверен, что очень многие сорвались бы со своих мест, чтобы оказаться за рубежом. 
Решив, что я достаточно далеко удалился от пляжа, нашел глазами пенек какого-то дерева и присев на него, решил разобраться, с тем, что мне досталось в наследство от ограбленного мною парня на пляже. А досталось мне достаточно много. Во-первых, это были практически новые джинсы «Lee», слегка большего, чем у меня размера, что даже несколько радовало, но за счет кожаного ремня, вполне нормально удерживаемые на поясе, темная футболка, можно сказать практически чистая. Во всяком случае, никакого постороннего запаха, я не уловил. Легкая джинсовая курточка с тем же лейблом, что и штаны и довольно приличные сандалии, чуть большего размера. Носки я надевать побрезговал, бросив их в кабинке, а все остальное сейчас было на мне. Рисунок на футболке был совсем небольшим, и изображал летящего орла, располагаясь с левой стороны на груди. Если не снимать куртку, то его будет почти незаметно.
Теперь посмотрим, что же находится в карманах. Во внутреннем кармане куртки находился пухлый бумажник, в котором я обнаружил водительские права на имя Фридриха Вильгельма Шницеля. Едва прочтя его фамилию, сразу же засосало под ложечкой. Завтрак, полученный в части давно растворился в желудке, а время обеда я пропустил. Невольно сглотнув набежавшую слюну, продолжил осмотр бумажника. Тут же имелся технический паспорт на автомобиль «Фольксваген-Жук», похоже тот самый, синего цвета, что стоял у дороги, как раз и принадлежал этому Шницелю. Кроме того в бумажнике лежало восемьсот семьдесят три западногерманские марки. Что говорило о том, что как минимум месяц, я не буду испытывать особенной нужды практически не в чем. Благодаря тому, что последние полтора года я прослушивал весь западногерманский радиоэфир, то достаточно свободно ориентировался в заработной плате, и цен на еду и медицину. И я бы не сказал, что моментально стал миллионером. Одно жилье, готово было сожрать больше половины этих денег. А нужно было еще как-то сделать документы, и найти хоть какеую-то работу. А с этим были некоторые проблемы, хотя бы из-за того, что фотография на правах изображала толстощекого смазливого мужичка, совершенно не похожего на меня, и следовательно воспользоваться его документами мне не было никакой возможности.
Поэтому, техпаспорт на автомобиль, права и найденные тут же в бумажнике ключи, были прикопаны возле пня на котором я сидел, а я продолжил разбираться со своим наследством. Кроме денег, и документов, в бумажнике нашлась и фотография какой-то девчонки. Фотография была мне не нужна и тоже отправилась под пень к остальным документам. В кармашке бумажника нашлось еще немного мелочи, примерного на пять марок, и они тут же были ссыпаны обратно. Вначале, хотел было выбросить и портмоне, и держать деньги в карманах, но после решил оставить. Особых примет бумажник не имел, так обычный ширпотреб из шкуры благородного дерматина, поэтому решил оставить себе. Еще в одном из карманов куртки, обнаружилась початая пачка «Честерфилда» и дешевая бензиновая зажигалка. Все это меня очень обрадовало, последний раз я курил еще на том берегу, и сейчас, мои бедные ушки начинали заметно пухнуть. Тут же закурив, еще раз охлопал, теперь уже свои карманы, и обнаружил небольшой перочинный нож с парой лезвий, штопором и открывалкой бутылок. Решив, что в хозяйстве все пригодиться, сунул его обратно и поднявшись, сориентировался на местности и направился в сторону шоссе, которое насколько я помнил должно находиться метрах в двухстах от берега.