"Больная. Любовный роман" (СИ)

– Во-первых, я не лишена дееспособности. Я могу делать все, что захочу! И прости пожалуйста, но ты мне никто, и ни о какой ответственности и быть не может. Мы же не расписаны, мы друг другу чужие люди. 
– И опять же, мы с тобой спали не как чужие, а как люди, которые хоть какое-то отношение имеющие друг к другу! Ты понимаешь, о чем я? 
– Понимаю. Ты возомнил себя моим парнем. 
– Не возомнил. Оно так и есть. 
– Но ты же не приходил! Тебе ясно сказали: я люблю другого, и с тобой продолжать отношения не собираюсь. О каком тогда “парне” может идти речь? 
– Я не приходил, потому что было много работы! Босс завалил меня кучей бумажной волокиты. Мне нужно хоть что-то делать, чтобы заработать себе на пожрать. Или ты думала, мне платят деньги за просиживание штанов? 
– Ничего я не думала! 
– Я люблю тебя. Оно так и останется. 
– Так ты вернешь документы или нет?
– Я уже сказал: верну, если ты будешь со мной. Я упертый, и своего решения не изменю. Можешь писать куда угодно, но это ничего не изменит. Тебе проще вернуться ко мне, и все. Все равно твой Ринат тебе ничем не поможет. 
– А если я этого не хочу? 
– Настюш, ты себя не обманывай. Уже и так понятно, что ты меня любишь. 
– Еще чего!.. 
– А разве нет? 
– Нет! И это точно! 
– Ну, как знаешь. Я завтра приеду к тебе, и мы обо всем поговорим. 
И Сергей положил трубку. 
Я распсиховалась и от злости швырнула мобильник на кровать. 
– Урод!.. Он думает меня удержать!.. – фыркнула я и села на постель, мысленно ругая и себя, и Сергея. 
– Что случилось? – мои вопли услышала Света. – Опять ссорилась со своим женихом? 
– Он достал меня! – в сердцах воскликнула я. – Я попросила его отдать мои документы, он отказался. И никакой он мне не жених! Старый пердун!
– Да? – Света наклонила голову и внимательно на меня посмотрела. – А зачем же ты с ним тогда уехала… и жила еще с ним? А документы зачем отдала? 
– Моя сестра ему отдала. Мне он их не вернет, пока я к нему не вернусь. 
– Тогда в чем проблема? Вернись, да и все. И плюс, зачем тебе твои документы в психбольнице? Они их теряют на каждом шагу. Будет лучше, если документы останутся у твоего жениха. 
– Спасибо. Я лучше останусь здесь, чем вернусь к нему. 
На следующий день Сергей пришел в отделение, как и обещал. 
– Зачем ты так делаешь, а, Настюш? – начал он сходу. – Зачем ушла от меня? Зачем вернулась сюда, а, малышка? Нам ведь было так хорошо… 
Сергей провел рукой по моей щеке. 
– Сережа, – я собрала все свои силы и отошла от него, – я тебе уже все объяснила. Я не люблю тебя, ты мне не нравишься… нам не о чем даже поговорить, все наши разговоры заканчиваются постелью! В конце концов, я еще ребенок, мне хочется жить иначе, заниматься творчеством, а не спать с сорокалетним мужиком! 
– Знаешь, раньше в твоем возрасте девушек выдавали замуж. За ровесников, за стариков… и мы с тобой не исключение. Я так плохо выгляжу? Тебя смущает мой возраст? Я не заставляю тебя бросать творчество, ради бога, я всегда тебя поддержу и помогу. А поехали ко мне? Я поговорю с твоим врачом. Мы снова проведем незабываемую ночь. Я обещаю тебе, ты передумаешь и вернешься ко мне. И все будет как раньше. 
– Сережа… 
– Ничего не говори. Я пойду схожу к твоему врачу. А ты жди здесь. 
– Сережа!.. 
  
47
 
– Это вы – лечащий врач Анастасии Анисимовой? – Сергею открыла дверь молодая девушка с распущенными, малинового цвета, волосами. – Мне нужно поговорить с вами с глазу на глаз. Не хочу, чтобы наш разговор кто-то услышал. 
– Входите. – Молодая врач пустила Сергея в ординаторскую и закрыла кабинет на ключ. – Я вас слушаю. 
– Вы наверняка слышали обо мне. Я Настин парень. 
– У Насти вроде уже есть парень. 
Сергей усмехнулся: 
– Это недоразумение, а не парень. Ему четырнадцать лет, вы не знали? 
– Он говорил, что ему уже восемнадцать. Поэтому я его и пустила. 
– Вы здесь новенькая, многого еще не знаете. Этот сосунок пытается увести мою девушку, вашу пациентку. Ради бога… – Сергей достал деньги и положил их на рабочий стол, – не пускайте его больше сюда. Ради Настиного же блага. 
 
– А мне насколько помнится, вы с ней не расписаны, – девушка нахмурилась. – А это значит, вы тоже не имеете права здесь появляться. 
– А это уже другой разговор. – Сергей снова достал деньги. – До вас здесь работала моя тетка. Она без всяких проблем пускала меня к ней. И отпускала домой… если вы хотите об этом знать. Я пришел не обсуждать статус наших с Настей отношений. Я пришел, чтобы забрать ее… хотя бы на пару дней. Если этого мало, я дам еще. 
– Простите, но вы ей никто. Я не хочу нарушать закон. 
– Простите… как вас звать?
– Инна Маратовна. 
– Инна Маратовна, не хочу вас расстраивать, но вы, как и все врачи в этой замечательной психбольнице, уже давно нарушаете закон. Вам никто не рассказывал о похождениях вашего главврача, м? А Людмилы Афанасьевны? У нее умерло двое пациентов, еще задолго до ее ухода. Вы же не хотите, чтобы обо всем этом узнала полиция. Это я еще молчу о том, что больных здесь морят голодом, избивают. Елена Владимировна, ваша медсестра, очень дружелюбно относится к больным – может их избить, а может и с лестницы столкнуть. Вы считаете это нормальным? Вам проще Настю отпустить, чем иметь множество проблем. 
– А вы наглее, чем я думала. Когда мне Настя все рассказала, я сразу поняла, что это ваших рук дело. Неужто ли вам, серьезному человеку, настолько понадобилась эта девочка, что вы решили пойти по головам? Я понимаю, парень, он действительно лишний, но мама… маму-то вы зачем убрали? 
– Потому что мою Настю собирались выписывать! – повысил голос Сергей. – Я попросил у нее адрес, она отказалась, поэтому я пошел на такой шаг. Где бы я ее искал, после выписки-то? Кемеровская область не такая уж и маленькая, когда ищешь человека! 
– Вы ее не впечатлили… 
– И что?! Это умаляет моей любви к ней? Бросьте. Она еще глупая неопытная девочка. Ее мама, если хотите знать, уже в инвалидном кресле, а ее старшая сестра болтается непонятно где! И при этом оставила свою мать! Она бы осталась одна, а в нашем мире без поддержки не так-то просто выжить. Или вы все еще уверены, что девчонка сможет сама пробиться? Очень сильно сомневаюсь! 
Инна Маратовна очень внимательно выслушала Сергея. Она стояла, нахмурив брови и сложив руки на груди, молча слушала все, что он ей говорил. 
– Какая же несправедливость во всем мире… вы не находите? – после недолгой паузы произнесла молодая врач. – Мне очень жаль эту девочку. Я представляю, в какие руки она попадет. 
– В хорошие руки! За то время, что она была у меня, я ее ни разу не обидел, и слова плохого не сказал! Она была счастлива, я собственными глазами это видел! Пока не появился ее “парень”! – передразнил Сергей. – Этот прощелыга рассказал ей всю правду, совестливый ублюдок… Доказательств-то у него все равно нет!.. Я прошу вас отпустить Настю ко мне. Я очень невыносим, когда мне мешают… ради вашего же блага… 
– Меня за это по головке точно не погладят… – Инна Маратовна села за стол, крепко задумавшись. 
– Я вас уверяю, никто ни о чем не узнает, если вы будет делать то, о чем я вас прошу! Ни одна крыса в этом городе не прознает, каким способом я ее добиваюсь! 
– Ладно… – девушка тяжело вздохнула, взяла деньги со стола и протянула Сергею лист бумаги. – Пишите расписку. Я такой-такой, забираю больную, такую-такую, на пару дней… Дата и подпись. 
  
48
 
– Зачем ты меня забрал? 
Мы ехали по дороге к нему домой: Сергей вел машину, не отрываясь, смотрел вперед, а я сидела рядом и думала обо всем, что происходило в моей жизни. Если честно, я не была рада столь внезапному отъезду из больницы. Я отвернулась, чтобы мужчина не видел, как мне сейчас тяжело: слезы текли из глаз, а душа ныла так, что хотелось выть, как волк на луну.