Колыбельная для вампиров - 2

***
Мягко отворилась дверь, и недовольный Михаэль обернулся. Прекрасная девушка в длинном синем платье необычного фасона замерла, не сводя с него тревожных глаз.
— Кажется, я опоздала, — тихо сказала она, глядя на молчащего короля вампиров, она развернулась к выходу. — Прости, что нарушила твой покой. Это в последний раз.
Мгновенно оказавшись у двери, Михаэль обнял девушку и уткнулся в её волосы, с наслаждением вдыхая знакомую и такую родную смесь их запаха и духов.
— Эльжи! Как ты смела? Ведь я просил, не пропадать надолго. Родная, где ты скрывалась все эти годы? Я уж и не чаял тебя найти!
Сияя счастьем, девушка полезла в ридикюль и вынула пачку бумаг.
— Крейд! Я работала как проклятая, чтобы вернуться не с пустыми руками. Посмотри, это акции самых перспективных предприятий и банков. С ними ты можешь купить ещё не одно правительство в мире людей и тем укрепить своё влияние.
— К чёрту деньги! Их у меня и так более чем достаточно. А вот ты — совсем другое дело, таких больше в мире нет.
— Ты прав, — пробормотала девушка и, улыбнувшись, добавила: — Уникальность редкостей заключается в том, что они существуют только в единственном экземпляре.
Безмерно счастливый Михаэль только со временем осознал смертельно-горький подтекст двусмысленной фразы.
Вернувшись, Эльжбета сразу же объявила себя его женой, хотя у вампиров в то время ещё не существовало узаконенного института брака. Но она быстро исправила это досадное упущение их нарождающейся бюрократии. Она ни на шаг не отпускала мужа и была с ним не только дома, но и в делах государства. Всё чаще давая ценные советы по управлению, она всегда держалась в его тени, несмотря на предложение официально занять пост одного из первых советников. Михаэль быстро понял, что его красавица-королева отличается острым умом и умением взглянуть на проблему под неожиданным ракурсом, дающим возможность принять оптимальное решение. Недюжинный ум Эльжбеты вызывал у него восхищение, граничащее с преклонением.
Долгие годы жена оставалась его верной спутницей и союзницей во всех делах. Их взгляды настолько совпадали, что порой Михаэлю казалось, что она читает его мысли, хотя он считал такое невозможным. Как учёный-генетик, он доподлинно знал, что у любящих людей в спокойной обстановке почти не работает телепатический обмен мыслями, ограничиваясь эмоциональным фоном.
Беззаветно любя, Михаэль ни на миг не сомневался в ответном чувстве. Вот потому шок от осознания, что дело обстоит не совсем так, оказался столь силён. Хотя первые звоночки неблагополучия в их семейной идиллии зазвучали уже накануне восстания, с началом первых размолвок. Эльжбете активно не нравилось, что муж стремится заниматься преобразованиями только внутри вампирской расы. При всяком удобном случае она твердила, что задуманное им замечательно, но внутренние дела могут подождать до того момента, когда они захватят власть во внешнем мире и, покорив человечество, выйдут на оперативный простор.
Удивляясь внезапной настойчивости жены, Михаэль никак не мог её убедить, насколько опрометчив такой шаг и что он чреват неожиданными последствиями. К его удивлению, у Эльжбеты оказалось очень много сторонников в Совете старейшин, хотя он всячески пытался доказать, что исход войны с человечеством не ясен и вполне может закончиться полным истреблением расы вампиров, в силу их малочисленности.
«Поймите, мир людей тоже движется семимильными шагами по пути прогресса, и завоевать его будет нелегко, ещё проблематичней впоследствии удержать человечество в узде. Если только не перебить две трети населения земного шара и загнать оставшихся во времена средневековья», — восклицал он в полемическом пылу, пытаясь убедить оппонентов в правильности своей точки зрения. Жена никогда не вмешивалась в его споры на людях, но дома едко высмеивала за чрезмерную осторожность, и тем подспудно укоряла его в трусости. Вот тогда впервые между ними пролегла полоса отчуждения. Выведенный из себя, однажды он спросил, за каким чёртом ей нужна власть над человечеством и Эльжбета, удивлённо посмотрев, спокойно ответила, что рабы всегда пригодятся в хозяйстве. Правда, заметив его реакцию, она улыбнулась и свела всё к шутке.
 
***
Палевский нахмурился. Воспоминания об Эльжбете даже сейчас отзывались болью в его сердце, пусть уже не такой острой, но болью. Раньше он старался их избегать, но сейчас ему была нужна вся информация о Старейшем и, решившись, он вновь мысленно перенёсся к разгару трагических событий.
***
… Вот он стоит в своей лаборатории и страшно злится, что восстание начали, не поставив его в известность. Михаэль пытается разобраться в обстановке, он зондирует ментальную сферу над базой, но все настольно хаотично меняется, что ему никак не составить чёткой картины…
— Михаэль! Помоги! Без тебя не замкнуть защитный купол над базой!.. Поспеши, пока не поздно, иначе он падёт под ударами Старейшего! — прорвались сквозь хаос ноосферы отчаянные голоса друзей.
И тут же перебивая их, в его голове раздался властный телепатический призыв. Голос жены звучит совершенно спокойно и буднично:
— Брось их, Михаэль! Ты ничем уже не поможешь этим неудачникам. Поверь, вдвоём мы наверняка справимся со Старейшим, поставим специальный барьер и отрежем его от ноосферы. Лишившись её подпитки, Никотан не сможет подавить нас ментально. Быстрее, милый, поторопись! Не думай о других, они — прах под ногами. Ещё немного и этот мир будет наш.
Заколебавшись, Михаэль подспудно удивился словам Эльжбеты. Он не понимал, как они вдвоем смогут заблокировать Старейшего, но затем, гонимый внезапной тревогой, он помчался к ней на пределе своих возможностей. Ворвавшись в зал операторской, он с изумлением посмотрел на жену, стоящую в окружении большой группы молодых вампиров. Они не сводили с неё преданных глаз, и это зрелище оставило в его душе неприятный осадок.
«Когда же Эльжбета в обход меня настолько успела приручить молодняк?» — с удивлением подумал он.
Но на этом неприятные открытия не закончились. Михаэль вдруг ощутил, что от неё идет неимоверно сильный ментальный сигнал и его мощь вызвала у него дополнительный шок. Ведь жена никогда не говорила ему, что у неё такой сильный дар, скорей наоборот, она старалась создать у него впечатление, что не очень сильна ментально. Пока он возмущённо смотрел на неё, пытаясь переосмыслить реалии, — всегда неимоверно раздражает открытие, что любимый человек что-то скрывал от тебя на протяжении многих лет, — Эльжбета объединилась со своей группой и, набрав дополнительную мощь, нанесла сумасшедший удар по ноосфере Земли.
Перед глазами присутствующих полыхнула ослепительная вспышка. Полуразумная ноосфера Земли неслышно завопила от боли, неся людям волны своей неосознанной ярости.
«Идиотка!» — оценил Михаэль действия жены, и еле успел выставить ментальный щит. А вот молодые вампиры в группе не успели или не сообразили сделать то же самое и, хватанув максимальную дозу ответного удара ноосферы, попадали замертво. На ногах остались только он и Эльжбета. Напряжённо застыв, они издалека мерились оценивающими взглядами, и что-то никто из них не спешил навстречу друг другу.
«Господи, что же такое творится! Неужели любимая женщина видит во мне врага?»
С его точки зрения сложившаяся ситуация была настолько чудовищной, что Михаэль отказывался верить фактам и интуиции. «Может, Эльжи слегка сбрендила и не отдает отчёта в своих действиях? — с внезапно вспыхнувшей надеждой подумал он, и, вопреки здравому смыслу, пошёл навстречу жене. Но что-то в её облике остановило его на полпути — в синих глазах полыхало выражение мрачного триумфа, а божественно-прекрасный лик уродовало ранее невиданное им выражение жестокости.
Внезапно Михаэль понял, что его королева концентрируется для смертельного удара — для удара по нему. Он в этом не сомневался, но вместо того, чтобы бороться, обречённо поник. Отравленный предательством той, что была ему дороже жизни, он не хотел больше жить.