Red is my favourite colour (СИ)
Нет уж, пора поставить точку во всех сомнениях и недомолвках. Забудем тот поэтический бред и перекроем его лучшим воспоминанием. Пошарил по карманам — блокнот. А это что?..
Несколько ниток внутреннего кармана были будто разорваны — они хаотично торчали в разные стороны. Когда я надевал его последний раз, он точно был целым, я бы заметил… Наверное, порвался, когда я отдавал его Амелии. Но почему именно внутренний карман, где лежал блокнот?
Мои глаза округлились, и я осел на кровать. Неужели она всё-таки нашла его? Что, и прочитала?
В голову полезли наглые щупальца раздумий. Если она нашла его, то почему ничего не сказала? Соврала, чтобы что? Чтобы я не злился? Резонно, я бы мог… но, получается, она прочла стихотворение! Я поднялся и зашагал по комнате, спотыкаясь о сундуки и кровати.
Интересно, она поняла, что оно посвящено ей? А если не поняла? А если не прочитала? Чёрт!
Снова упал на кровать и схватился за дурную голову. Хотелось рвать волосы, выдирать их клочьями, чтобы переключиться на эту боль, а не ту, что паутиной разрасталась в груди. Должно быть, ей не понравился стих, и поэтому она не стала ничего говорить.
Настойчивый стук в дверь прервал мои мучительные раздумья, и от испуга я встрепенулся, пытаясь привести волосы на голове в порядок.
— Ты там скоро? Анна уже готова — тебя ждём. — Оминис заглянул в погружённую во мрак комнату, впуская за собой яркий свет из коридора. Внутренности скрутило от волнения.
— Уже иду, — глухо отозвался я и принялся одеваться.
С того момента, как я вышел из комнаты, меня закружил вихрь празднества и веселья. Время текло незаметно, а знакомые лица смешались в одно большое улыбающееся пятно.
Я глотал коктейли один за другим и уже после пятого еле стоял на ногах. Кураж и алкоголь настолько вдарили в голову, что я позабыл напрочь обо всём, что планировал сделать. А я ведь что-то планировал…
Ощутив дурноту и духоту, решил побыть в одиночестве хотя бы пару минут, пока меня снова не выдернули в эпицентр веселья.
Первая попавшаяся комната в мужском крыле была, к счастью, пуста, и я наконец смог расслабить галстук и вдохнуть полной грудью. Не успел сделать и шага к кровати, как чьи-то маленькие и нежные руки обхватили мой торс.
Пропали разом все запахи, кроме сочных лимонов.
Я шумно выдохнул, не веря своему счастью. Амелия.
Её нос уткнулся мне в спину, и даже через плотный пиджак паром обдавало её горячее и сбившееся дыхание. Полумрак комнаты приятно щекотал нервы, а от алкоголя кружилась голова. Или не только от него?..
Стало невыносимо жарко. Трясущимися руками потянулся к пуговицам пиджака, наскоро снял его и кинул наугад в темноту. Что делать дальше? Что в таких ситуациях надо делать, чёрт возьми?
Я ахнул и рассыпался на миллионы песчинок, когда холодные руки Амелии проворно запустились под мою рубашку. Я втянул сквозь зубы воздух и перехватил её руки.
Повернулся к ней лицом, но толком ничего не мог разглядеть — в глазах двоилось или даже троилось, но лимоны… Возбуждение приятно тянуло низ живота, и мне казалось, я попал в рай.
Или в ад. Потому что, когда её горячие губы накрыли мои, всё внутри обрушилось и сломало этажи в Хогвартсе, земную кору, достигнув самого ядра. Моя душа упала навзничь — прямо к чертям.
Мерлин, почему она такая… настойчивая?
Я не знал, куда деваться, поэтому безопасно держал руки на её плечах, пока она змеёй извивалась передо мной. Она требовала чего-то большего, но это не укладывалось у меня даже в пьяной голове.
Разум улетал всё дальше и дальше, и я уже не мог себя контролировать: подхватил её подмышками и приставил к стене, сажая на чей-то сундук. Она так удивительно охотно открывала рот навстречу моим поцелуям, так расслабленно таяла под нажимом моих рук подобно сливочному маслу.
Я исступлённо покрывал её лицо скомканными и клюющими поцелуями, не мог надышаться запахом лимонов, исходящим от её тонкой шеи.
Нельзя нельзя нельзя.
Наглая и бесцеремонная рука сама, клянусь, сама проскользнула под юбку, и её хриплый стон ворвался в самое моё нутро. В штанах стало до распирающей боли тесно. Я стиснул зубы и попытался вернуть себе хоть толику сознания. Бесполезно.
***
— На, попробуй, тебе точно понравится. — Заговорщицкий тон Леандера не сулил ничего хорошего, а продолговатый стакан в его руке как-то чересчур подозрительно бурлил своим содержимым. Я поднесла его к носу и сморщилась.
— Ну и гадость!
— Сама ты гадость, — обиженно буркнул он. — Не хочешь — как хочешь. — Он пожал плечами, но стакан всё-таки оставил на столе рядом со мной. Я с опаской на него покосилась и отодвинулась подальше. Из тарелки с жареными каштанами, которые сама же заблаговременно принесла к столу, вытянула один и надкусила, как яблоко. Интересно, Себастьян оценит лакомство и поймёт, что к чему?..
Мы с Натти, Поппи и Амитом сидели на длинном мягком диване, откинувшись на спинку. Я беспрестанно теребила подол красной бархатной юбки.
Когда я подошла к Натсай, чтобы снова одолжить её, как две недели назад, она одарила меня ничего непонимающим взглядом.
— Мне казалось, она теперь тебе напоминает о том вечере, поэтому я и сама её не надевала… — она растерянно вынула из шкафа красный комплект и с сомнением протянула мне его.
— Да, ты права. — Я поджала губы, в последний раз обдумывая идею. — Но рано или поздно надо же избавляться от гнусных воспоминаний. — Ободряюще приулыбнулась и подмигнула подруге.
— Он тебе очень идёт, так что смело надевай. — Натти погладила меня по плечу, а я побежала в гостиную готовиться к вечеринке.
В груди бушевал ураган эмоций, в котором значительно преобладала тревога. Я не могла понять, почему мне так волнительно, и списывала всё на знаменательный день, который так долго ждала. Было предчувствие, что сегодня что-то случится. Может, Себастьян скажет мне что-то важное?..
В зале появился Оминис, который сообщил, что именинник будет с минуты на минуту, и я решила пойти в нашу комнату и поторопить Анну. Место рядом с Натти быстро занялось новоиспечённым старостой, который упорно делал вид, что сел рядом с ней совершенно случайно. Я успела только ухмыльнуться, глядя на то, как неловко и скомканно завязывается между ними диалог.
Почти у самых дверей меня окликнул знакомый голос. Всё внутри заледенело и стянулось узлом, и я не сразу повернула голову на звук. Постаралась успокоиться и натянуть дружелюбную улыбку.
— Амелия, можно попросить тебя кое о чём?
— Конечно, Саманта. Что случилось?
Она стояла у перил и издалека смотрела на столпотворение студентов в гостиной. Её взгляд был печальным и даже каким-то пустым, отчего становилось жутко. Может, она под какими зельями?
Отбросив все конфликты и неприязнь, я подошла к ней и участливо дотронулась до плеча, возвращая её в реальность. Она рассеянно моргнула и слабо приулыбнулась.
— Я забыла свои духи в гостиной, так лень возвращаться. — Саманта поникла и махнула рукой куда-то в сторону выхода. — У тебя не будет каких-нибудь? А то я себя некомфортно чувствую без них…
Меня умилила такая простая просьба и то, с какой виной она её озвучивала. Снисходительно улыбнувшись, потянулась за сумочкой на плече и выудила оттуда баночку без крышки.
— У меня только такие. Зато они дольше держатся. — Подмигнула и развернулась, чтобы пойти обратно в комнату. Саманта хотела сказать что-то ещё, но в последний момент передумала и лишь благодарно кивнула. — Баночку потом вернёшь как-нибудь.