Мажор и недотрога (СИ)

  
Джекки Корд
 
Мажор и недотрога
   
1
 
— Мам, да все у меня в порядке! Девочки-соседки — отличницы. Нет, без вредных привычек. Да, парней у них нет.
Я ужасно вру и хорошо, что сейчас делаю это на расстоянии. Мама бы меня вмиг раскусила. У меня не было другого выхода, кроме как сказать родителям, что мне досталось место в общежитии. Иначе они в столицу меня не пустили бы.
— Поздно вечером одна не возвращайся! Звони, как придешь в комнату!
— Мам! Мне почти двадцать один!
— Тебе всего еще двадцать! — когда я хочу казаться старше, мамочка всегда напоминает о том, что мне до Дня рождения остается полгода, месяц, неделя… в этом случае три недели.
Представляю как это будет дальше…
“Мамочка, я не хочу носить этот халат! Я сама могу решать — мне почти пятьдесят!”
“Нет, Любочка, пока тебе сорок девять и слушаться ты будешь меня!”
— Мамочка, мне пора бежать! Лекции начинаются через полчаса!
Опять наглая ложь. Который день подряд занятия начинаются в десять двадцать, а я по привычке встаю с петухами. Просто привыкла так говорить, откуда же им взяться в столице?!
Я собираю учебники в сумку, допиваю чай и заталкиваю в себя бутерброд. Выхожу заранее, чтобы пройтись пешком до университета. Сейчас я вынуждена экономить, потому что большую часть скопленных денег я отдала за съемную квартиру.
Пусть мне и предусмотрена повышенная стипендия, но до конца месяца еще жить и жить, а кушать хочется сейчас. Не помешает найти подработку, но на что меня возьмут? Если хорошо зарекомендую себя в этом месяце, возможно, попрошусь на кафедру. Эх, мечты, мечты!
— Лю! О чем замечталась?
Так по-новомодному меня называет только один человек — моя подруга.
Алка подбегает ко мне сзади и почти сбивает с ног своими объятиями. Мы знакомы не так давно, а уже нашли друг в друге родственные души.
Точнее, она поняла, что у меня можно списывать, а я могу поучиться у нее веселому нраву. Заводить друзей мне сложно, а Алка войдет в любую компанию как своя в доску.
— Ты не знаешь где я могу найти подработку? — решила прыгнуть сразу с места в карьер и заговорила о проблеме, занимающей все мои мысли.
— Понятия не имею!
Оно и понятно. У Аллы нет такой нужды.
— Если хочешь, я могу поспрашивать вокруг, — я хватаюсь за рукав ее кофты и смотрю на девчонку с мольбой в глазах, — почему бы тебе не предложить делать за одногруппников задания и писать какие-нибудь работы?
— Зачем? Неужели они настолько глупые?
— Может и не глупые, но ленивые. Самое главное, что они готовы на это все потратить деньги!
С этим трудно не согласиться. Учиться я люблю и новых знаний не боюсь.
— Я буду первой к тебе в очереди!
Рвение Аллочки вызывает во мне только смех и приподнятое настроение. Я надеюсь, что оно продержится до конца для и не даст мне окончательно впасть в уныние.
— Давай поторопимся, а то до начала занятий осталось не так много времени.
Не дождавшись моего ответа, Алка начинает бежать через дорогу, а я за ней. По сторонам не смотрю, весело же.
Веселье как рукой снимает, как только я слышу пронзительный визг колес и отборные ругательства. Зажмуриваю глаза и замираю на месте.
Страшно настолько, что пошевелиться не могу, а кругом только голоса незнакомых мне людей.
— Ты совсем безмозглая, раз под колеса мне бросаешься?! — орет какой-то парень и голос у него злющий.
Как раз в этот самый момент кто-то хватает меня за рукав рубашки и тащит в сторону. Мы останавливаемся тогда, когда оказываемся на тротуаре.
— Прости! Извини! Она больше так не будет! Мы неправы!
Это все Алла оправдывается и делает это так, что мне становится неуютно за себя и за нее.
— Почему это мы не правы? — я открываю глаза и в упор смотрю на девушку, — мы по переходу перебегали… это на меня чуть не наехали!
Подруга шикает мне и одергивает за руку. Говорит гораздо тише.
— Мы не правы потому, что это Ким Филатов!
— И что с того, если это не он изобрел правила дорожного движения!
 
Я возмущаюсь так, что пар из ушей идет.
— Этот парень подобной ерундой не страдает, но вот правила в нашем университете точно установлены им.
Алла не скрывает восхищение, а для меня это значит только одно.
— Он председатель студсовета? — в ужасе прикрываю рот ладонью. Что еще может подумать отличница как я?
— Дура! — кривит лицо Алка как будто кислой смородины наелась, — он местная звезда. Пятикурсник. Любимый сынок олигарха. Безоблачно богат. Сказочно красив.
— Аааа… — тяну, теряя всякий интерес к этой небожительской личности, — значит ничего особенного…
И только природное женское любопытство тянет меня оглянуться и посмотреть на предмет воздыхания всея университета, как парень лихо садится в машину, и я успеваю разглядеть только его затылок.
Вполне себе среднестатистический затылок.
  
2
 
— Остаётся надеяться, что он нас не запомнил.
Подруга никак не может отойти от произошедшего. Битые пятнадцать минут рот не затыкается, а из него вылетают только “Ким, да Ким”.
— Лучше бы он правила запомнил, — я все еще злюсь.
— Тебе все равно на мнение окружающих, а я хочу прожить нормальную жизнь в университете. Мне столько лет как-никак тут учиться.
— Так и мне столько же. Ты не переживай, Ал, если что не так, я ему расскажу, как правильно ездить!
Мы как раз идем по коридору университета в поисках нужной нам аудитории. До последнего звонка остаются считанные минуты, а опоздать — нажить себе на голову проблемы.
— Может заодно и научишь? — раздается смутно знакомый голос. Кажется мне, что это он на меня орал минут пятнадцать назад.
Стоит мне обернуться, как я вижу силуэт парня, но лицо не могу рассмотреть. Стою как раз напротив солнца, и оно уже ужасно слепит глаза.
— Лю… это он… Лю!
Я и сама понимаю, что он.
— Послушай, Кир!
— Ким! — тихо подсказывает Алка.
— Ким, — откашливаюсь и поправляю себя, — водить тебя должны были в школе научить, а извиняться родители.
— А чему тебя научили?
Его наглость не знает придела. Виноват сам, а дерзит как будто я ему машину испоганила.
— Машины должны останавливаться перед пешеходным переходом!
— Да! В том случае, когда для них горит красный! А пешеход должен убедиться в безопасности своего движения перед тем, как выйти на проезжую часть!
Филатов повышает голос и это привлекает внимание. Он сам по себе не остается незамеченным, а тут еще и ругается с младшекурсницами.
Так глупо я себя еще никогда не чувствовала.
— А мы разве… нет? — я смотрю на подругу, потому что сейчас могу рассмотреть только ее лицо, и понимаю, что грубо нарушили мы.
— Прости, — мямлю невнятно ему в ответ.
На этот раз я не решаюсь взглянуть на парня не потому, что светит солнце и больно глазам. Сейчас мне стыдно.
— Еще раз прости, но нам пора!
Хватаю замершую подругу за руку и отхожу на несколько шагов в сторону. Вижу прекрасную возможность смыться и только потом понимаю, что еще и прекрасную возможность сделать это в нужном направлении.
— Ким! Подскажи, где аудитория двести шесть!
Набираюсь смелости и наглею. Как никак он тут почти пять лет проучился, а я перевелась в этот ВУЗ только неделю назад.
— Исчезни с моих глаз, — прилетает грубый ответ мажористого хама.
Мне бы обидеться, но нет сил и времени.
— Ладно, спасибо и на том.
Разворачиваюсь и делаю шаг в сторону, начинаю смотреть направо и налево. Одна дверь, три, пять семь. И где нужная нам?
Звенит последний звонок, и я уже покрываюсь нервной испариной. Ну точно опоздала. По привычке ударяю себя ладошкой по лбу. Делаю так всегда, когда что-то не получается. Расстроилась так сильно, что начинаю хаотично метаться как раненый кролик, когда мне кто-то хватает за шкирку и приподнимает в воздухе.