Обжигая льдом, замораживая огнем (СИ)
— Не поверишь, к искусству приобщались, — честно созналась я.
— Да? — она недоверчиво осмотрела Яра. — А еще кто-то высказался о том, что было бы неплохо не забывать надевать одежду, а то скоро люди приходящие на прием будут думать, будто попали на теплый остров!
"Кто-то" тихонько фыркнул и закатил глаза. Издевается.
— Серьезно? Спать лег? — я иронично выгнула бровь. Умение Линта ставить людей в удобные для него рамки давно пора наградить почетной грамотой.
— Я старый, больной человек, — развел Яр руками. — Ладно, не то, чтобы больной, но уставший. Раньше пришел на работу — а там тихо, спокойно. Лежат себе трупы мирно. Захотел — подремал, захотел — чайку выпил. А теперь… Эх, — он трагично вздохнул. — Пострадали и будет. Эйра, материалы по делу изучишь и мне передай.
Я с опаской покосилась на закрытую дверь и малодушно спросила у Эллы:
— А давай ты у него папочку заберешь?
— Вот еще, — секретарша покачала головой. — Меня сюда поставили девушек от Палмиса гонять, а не заниматься самоубийством. Даже в трудовом договоре прописано: не лезть к начальству, когда он не в настроении.
— Ух ты, — я сильнее вцепилась пальцами в седушку стула. С места не сдвинусь. — А дай почитать.
Элла пожала плечами и открыла ящик стола. На столешницу с элегантным грохотом упала пачка бумаги. Я оценила ее толщину и присвистнула. Это ж надо было так заморочиться и прописать каждую рабочую минуту. А иначе что еще может быть в подобном талмуде.
Я успела прочитать только первый пункт: никогда не флиртовать с начальником, как надо мной навис Линт и потянул договор на себя:
— Эйра, — с угрозой произнес он, — у тебя сейчас другие дела. — И когда я не отпустила бумаги, стукнул мне по пальцам, заставляя выпустить интересное чтиво. Причем договор перекочевал на его стол. — Сама пойдешь?
Хотелось трусливо помотать головой, но вид грозного Яра вариантов не оставлял. Он если захочет и со стулом меня занесет в кабинет.
И чего спрашивается я трясусь? Ну поругались, с кем не бывает? Хотя… со мной не бывает. Да я маг огня, девушка темпераментного типа, никогда не скандалила с мужчинами. Либо у нас все хорошо, либо отношения тут же прекращались. Мне на работе нервотрепки хватало, чтобы получать дозу еще и редкие моменты отдыха. А сегодня с утра аж азарт проснулся. Даже возникло желание спуститься на кухню и отжать у тетушки Доры скалку, а лучше сковородку.
Я приоткрыла дверь и просочилась внутрь. Эрик, не отрываясь от беседы по лейпу, кивнул на чайный столик. Тихонько про себя порадовалась, что разговор откладывается, погрузилась в сухой язык родимой службы.
Допросы гостей, впрочем, как и семьи мэра, внятного ничего не принесли. Сами взрывные устройства идентифицировать не удалось — оплавилось все что можно. Причастность гостей Клаус по итогу отмел. Все, кто пришли в момент взрывов находились внутри. Кроме Лики. Но по словам дворецкого, девушка вылетела из дома на ходу натягивая шубу. Вроде бы вот она — попалась. Но увы, расположить заряды за колоннами, не привлекая внимания, у нее бы не вышло. Ее спутник как минимум заметил, что девушка на карачках копошиться в углу. Но Эдрен Лорсен абсолютно спокойно снял франтовый пиджак и подставил руку под детектор лжи. Один из немногих, кто добровольно шел на контакт со следствием. И вот этот факт царапал. Тем более Мортерш намекал на прочесывание окружения Лики. А модельер в мире моделей далеко не последний человек.
Вик с Далеком сейчас активно трясут обслугу на вечере. И в первую очередь — поставщика блюд. Ведь в пятиярусном торте можно спрятать даже целую огнестрельную пушку. Никто же не будет просить показать нутро. Думаю, мэр не обрадовался бы, если в его еде ковыряли пальцами охранники.
А еще имеются музыканты со своими инструментами. Но их как раз-таки перетрясли основательно. И мои любимые журналисты. Их аппаратуру тоже проверяли, но как понять настоящая перед тобой камера или муляж?
Представила как Желтые портки коварно потирает руки и смеется смехом злодея, и сама чуть не прыснула. Киллер, убивающий жертву ножом, а потом идет снимать материал как две тетки не поделили кресло в салоне укладок.
Все-таки надо начать с модельера, раз уж Вик и Далек заняты.
Я покосилась на бухтящего что-то по лейпу Эрика. Тот в ответ тоже косился на меня. Интересно, а как он отреагирует на визит в обитель моды, ткани и длинноногих красавиц? Или лучше послать туда Яра? Но тогда мня может поджидать коварная смерть от яда в чашке кофе. Элла меня не простит.
На самом деле материала было до обидного мало. Я знаю, что мои коллеги носом роют, но впервые мне довелось взглянуть на нашу работу со стороны. Теперь понятно почему перед Клаусом часто стучат кулаками по столу и требуют результатов. В какой-то момент поймать Бурю перестало быть для меня всего лишь почетной грамотой.
Вторая папка откровенно пугает. Мне совсем не хочется ее брать. Я даже задержала дыхание, рывком поднимая обложку.
Первая фраза порадовала до нервной икоты: сцепка — это навсегда. Точнее навсегда остаются измененные стихии. А вот так называемые побочки… со временем ослабнут. Причем разновидность их зависит от характера отношений между сцепившимися. Вот если бы друг друга изначально ненавидели, то ни о каком сексуальном притяжении и переносе, разговора не стояло.
Я снова бросила заинтересованный взгляд на Эрика. Это же получается…
Он посмотрел на меня и чуть заметно улыбнулся. Я не жадная — в ответ послал воздушный поцелуй. Светлые брови заинтересованно изогнулись.
Я перевернула страницу. Только приподнявшееся настроение собрало вещи в чемоданы и сбежало в неизвестном направлении. Предостережение для лица противоположенного пола: защита, защита и еще раз защита. Шанс забеременеть в такой паре очень большой.
Задумалась. Перечитала. И еще раз. На всякий случай вдруг что-то поняла не так. В общем раз тридцать абзац пристально изучила. Нервно сглотнула. Эрик как ответственный человек про контрацепцию не забывал. Никогда. Кроме одного раза в ванне. Да не! Так не бывает! Хотя мама всегда и говорила, что творить детей наука не хитрая, но…
Ладно, дышим, Эйра. Какие-либо выводы делать преждевременно, еще и недели не прошло. Не к месту вспомнилось, что племянник у меня появился ровно спустя девять месяцев после свадьбы сестры.
Я захлопнула папку. Захотелось закурить, побиться головой об стену и пореветь. Чувствую, получив Палмис такой набор, под стол от меня забился бы.
В любом случае даже думать о беременности рано. Вот через недельку… устрою ему парадный выход с подскоком.
Только вот визит к женскому врачу явно не обойдется без приключений. Так и вижу: сижу в кресле, в неприличной позе и тут Эрик — здравствуйте, я папа, случайно залетел.
С тихим хихиканьем уставилась на занавешенные окна. Нервы все же взяли перерыв. Того и гляди в голос смеяться начну.
— Эйра? — озабоченно позвал Палмис.
Но я только отмахнулась от него и крепче прижала папку к груди. Но Эрик решил побыть очень логичным и вышел за дверь. Но, правда, быстро вернулся.
— Чего это? — осторожно уточнила я, разглядывая корзину с фруктами, которую Палмис держал перед собой как щит и неуверенно мялся напротив меня.
— Я это… — он сильнее стиснул ручку, перевязанную бантом, — не умею просить прощения. Поэтому вот.
Он зажмурился и выставил вперед взятку. Я оценила фрукты теплых островов, тепличную клубнику, дорогущий виноград. Но взгляд притягивали крупные, зеленые, кислые даже на вид яблоки. Рот наполнился слюной. А ведь раньше я не наблюдала за собой нежной любви к ним.
— Спасибо, — я самым беспардонным образом отобрала корзину. Шуршащая прозрачная упаковка легко порвалась. Я ухватила зеленое яблоко, вытерла его об рукав и впилась зубами, разбрызгивая сок. — Уммм! Вкуснотиша!
Эрик улыбнулся и присел на соседнее кресло.
— И что там? — он кивнул на папку, которую я уронила в порыве на колени.
Я тщательно проживала кусок, потому чтоб была опасность подавиться и уже собиралась рассказать о небольшом "упс", который может постигнуть нас, но начальство не дремлет. Лейп разродился сердитой мелодией.