Девушки-Горгульи С Паучьего Острова (ЛП)

Раздался человеческий крик. Сначала он подумал, что, должно быть, в лагере что-то случилось, но повторный крик донесся с темной стороны острова. Вслед за этим раздался треск кнутов.
Парень присел на вершине и заглянул вниз, в черную долину, увидев процессию существ. Он задрожал, застыв на месте.
Нет, не существа. Люди. 
Закутанные в странные одежды люди.
В халатах и тюрбанах, какие носили на Ближнем Востоке. Из растений выбивались длинные кнуты и хлестали их.
Это что, злобные растения держат людей в плену? 
Вскоре он обнаружил, что это не растения.
Это были красивые, обнаженные смуглые женщины.
Мужчины были скованы одной цепью. Женщины били их кнутами и напевали что-то, но Оскар не мог разобрать слов песни.
Парень спустился с горы и побежал вдоль берега назад к лагерю. Несмотря на опьянение и сковывающий страх перед загадочными туземцами, он бежал быстрее, чем когда-либо прежде.
Глава пятая
Горячий шоколад под звездами
Когда Оскар вернулся в лагерь, Колетт и Джейн радостно встретили его.
- Аллен лег спать. Он очень сожалеет о том, что сказал тебе, - сказала Джейн.
- Мы готовим горячий шоколад. Мы с Джейн нашли немного настоящего шоколада и банки сгущенного молока. Мы сразу не сказали тебе, потому что хотели, чтобы это был сюрприз. Хочешь немного? - Колетт заметила выражение его лица. - Тебе плохо? Что случилось?
Оскар рухнул на песок рядом с костром.
- Я... – парень пытался отдышаться, - я видел туземцев.
- Ты говорил с ними?
Он покачал головой.
- Почему нет?
Парень пытался подобрать слова, чтобы объяснить, что за горным пиком, разделяющим остров, он видел мужчин в плащах и женщин-рабовладелиц, но все, что вылетало из его рта, были лишь хрипы и нечленораздельные слоги.
- Он пьян, - сказала Джейн.
Она была права. Он был в стельку пьян.
- Я принесу ему воды, - сказала Колетт с разочарованным видом.
По мере того, как Оскар переосмысливал увиденное, он начал верить, что, возможно, увиденное им было лишь пьяным бредом. Учитывая стрессовую ситуацию, в которую они попали, а также длительное пребывание на солнце, недостаточное количество воды и дополнительный стресс от препирательств с Колетт и Алленом, было вполне логично, что его разум сотворил эту фантасмагорию.
Колетт присела, положила голову парню себе на колени и поднесла к его губам медную чашку со свежей водой. Он выпил ее залпом.
Девушка наполнила ее снова. Он снова выпил ее до дна.
- Спасибо, - прошептал он, вытирая губы.
- Теперь тебе лучше?
Он кивнул и сел, скрестив ноги, глядя в огонь.
- Так ты расскажешь нам об этих туземцах? - спросила Джейн.
Оскар хотел сказать, что им лучше собрать побольше дров до наступления темноты, но мысль о походе в джунгли вызвала у него дрожь. А Колетт уже укладывала в яму поленья, взяв их из кучи дров, которую они с Джейн, должно быть, собрали.
- Я был пьян, - сказал он.
- Ты что, выдумал все это, чтобы поприкалываться? - спросила Джейн.
- Нет.
- Тогда зачем ты...
- У него стресс. Вот и все, - огрызнулась Колетт, бросив предупреждающий взгляд на подругу. - Так кто хочет горячего шоколада?
- Я хочу, - прокричал Че, катаясь по песку, по-прежнему связанный.
- Мы не спрашивали насильника, - ответила Джейн.
Колетт повернулась к ней.
- Если этот человек хочет горячего шоколада, он получит горячий шоколад. На этом острове новая политика. Мы не будем издеваться над пленником.
Джейн нахмурилась.
- Хорошо, мать Тереза. Действуй, трать наши припасы на убийц и извращенцев.
- Я не извращенец, - крикнул Че. – Я буду смирным.
- Я знаю, что будешь, - сказала Колетт и со вздохом добавила:
- Пока мы держим тебя связанным.
Колетт налила горячий шоколад для Оскара, Джейн, себя и пирата Че.
С наступлением ночи повисла духота. Костер горел слишком жарко, чтобы находиться в непосредственной близости от него, поэтому Оскар, Колетт и – с неохотой – Джейн взяли свой горячий шоколад и сели рядом с Че.
 
Оскар приподнял его в сидячее положение и поил пирата, поднося кружку к его губам.
- М-м-м, да. Вкусно. Если бы мы знали, что ты делаешь такой вкусный горячий шоколад, мы бы с Хуаном не целились бы в тебя.
- Почему? - спросила Колетт.
- Шоколад – это умирающее искусство, - сказал пират. - Мы стараемся насиловать и убивать только бесполезных людей. Человек, делающий такой горячий шоколад, должен жить.
- Никто не бесполезен, - сказала Джейн.
Че захихикал.
- Если я не ослышался, то ты назвала своего друга бесполезным после того, как он сбежал, как плакса. А ведь именно он спас тебе жизнь. Для меня тот, кто спасает мне жизнь, очень полезен. Действительно, очень полезен. Я не понимаю, почему ты считаешь спасителя бесполезным, если только не хочешь умереть, чего ты, очевидно, не хочешь, потому что не позволила мне убить тебя. И, как мужчина, я говорю, что ты глупая.
- Ты не мужчина, - проворчала Джейн.
- Заткнись, Джейн, - сказала Колетт.
- Сунь свой нос мне между ног и убедись в этом, но я советую тебе прислушаться к своей подруге, и заткнуться. В такую ночь лучше не оставаться одной.
- В какую ночь?- спросил Оскар.
- Ночь, когда светят все звезды.
- Оскар – астроном-любитель, - сказала Колетт.
- Ага, любитель, - презрительно пробормотала Джейн.
- Серьезно? Это очень интересно, - сказал Че, не обращая внимания на брюзжание Джейн.
- Раньше я знал почти все созвездия, - сказал Оскар. – Но я давно уже этим не увлекаюсь.
- А сейчас? Узнаешь ли ты какие-нибудь из них?
Оскар посмотрел на темнеющее небо. Звезды были в полном расцвете, но они казались ему иностранным языком, написанным выцветшим мелом на потрепанной доске.
Через некоторое время он сказал:
- Мне всегда было трудно определить созвездия без звездной карты и компаса. Даже тогда отцу обычно приходилось указывать мне на них.
- Твой отец астроном? - спросил Че.
- Мой отец умер.
- Тогда у нас есть кое-что общее. У тебя есть дети?
- Нет, мы все студенты колледжа.
- У меня был ребенок. Сын. Его звали Хуан. Он умер сегодня. Возможно, вы бы поладили.
Оскар разлил свой горячий шоколад.
- Парень, которого съела акула, был твоим сыном?
Че кивнул и вздохнул.
- Мы прекрасно ладили, лучше, чем большинство отцов и сыновей, которых я знал.
- Если вы так хорошо ладили, почему ты не оплакиваешь его? - спросила Джейн.
- Я скорблю в своей душе. Это лучшее место для скорби. Я могу вонзить нож в свое сердце и плакать кровавыми слезами, и это действие не выразит и половины той любви, которую я испытываю к своему сыну. Но моя душа… моя душа, она чувствует больше, чем тело. Моя душа... моя душа – она там, где мне больно.
Оскар поднес к губам Че кружку горячего шоколада и дал ему выпить.
- Может быть, ты хочешь показать нам созвездия, - спросил он.
Че чмокнул губами и откинулся на спину. Он посмотрел в небо и сказал:
- Слишком ярко. Вам придется потушить огонь. У меня не очень хорошее зрение.
Джейн бросила обеспокоенный взгляд на Оскара и Колетт, которые пожали плечами. Ночь была слишком теплой для костра, так что рано или поздно они все равно должны были его потушить.
- Я сделаю это, - сказала Колетт. Она собрала четыре пустые кружки и подошла к огню.
- Хочешь еще рома? - спросил Оскар.
Че улыбнулся.
- Немного рома мне не помешает.
- Ты же не оставишь меня с ним наедине? - спросила Джейн.
- Я сейчас вернусь, - сказал Оскар, уже вставая.
Достав из ящика, который они принесли на берег, еще одну бутылку рома, Оскар оглянулся на Колетт, возвращающуюся от океана с ведром с морской водой.
Девушка вылила воду на огонь.
- Мне нравится шипение гаснущего огня, - сказала она.