Жена из прошлого. Книга 2

– Я ещё вчера их на тебе заметила. Очень красивые.
– Спасибо, – пробормотала я и положила украшение на столик рядом.
Эдвина кивнула и замерла, словно собиралась ещё что-то сказать, но не могла. Или не хотела, или… кто его знает, какая каша варилась в голове этой рыжеволосой проблемы.
– Эдвина…
– Мне правда жаль, что так вышло! – выпалила она и сразу затихла. Правда, ненадолго, спустя несколько секунд тихо продолжила: – Я чувствую себя… такой дурой. Мне даже в голову не приходило, что это может быть что-то другое. Я просто…
– Помню, ты хотела повеселиться.
Опустив глаза, она чуть слышно произнесла:
– Я только серёжку хотела вернуть. Наверное, пойду… – и развернулась к выходу.
– Эдвина, – позвала её, и девочка замерла. А я продолжила, осторожно подбирая слова: – Возможно, у тебя есть все основания злиться на прошлую меня, но новая Раннвей… я… не сделала тебе ничего плохо. И не сделает. Я правда хочу, чтобы мы подружились.
Я говорила искренне, от всего сердца и почти поверила, что наконец-то смогу достучаться до племянницы Раннвей. Надеялась, что Эдвина хотя бы попытается выбраться из кокона вражды, в который сама же себя и загнала, и у нас всё наладится.
Но видимо, надеялась зря.
– Возможно? – обернувшись, тихо переспросила она. Светлые глаза полыхнули яростью, злостью. Такой, что заставила меня поёжиться. – Возможно?!
– Эдвина, успокойся…
Шагнув ближе, наследница Фарморов процедила:
– То есть, когда ты забыла меня в чужом доме, а я ревела от ужаса в тёмной комнате, замёрзшая и голодная, мне, возможно, не стоило на тебя обижаться? – Она воинственно сжала кулаки. – Или когда ты заявила, что лучше бы я осталась тогда с папой и мамой… я что должна была? Просто взять и забыть, что ты мне смерти желала? А все те разы, когда ты называла меня полукровкой при своих друзьях? Ты сама пустышка, была и есть, но почему-то считаешь себя выше меня! Чистокровная драконица! Ха! – Она поморщилась и, наверное, с трудом удержалась от того, чтобы не плюнуть мне под ноги, как в день нашего знакомства. – Думала, я маленькая была, и со временем всё забуду. Ну так нет, Раннвей. Я всё помню. Всё! И не верю, что ты изменилась. Ты всё такая же лживая змея!
Сказать в своё оправдание я ничего не успела – Эдвина вылетела из комнаты быстрее, чем я смогла вздохнуть и выдохнуть. Да и имела ли право оправдывать Раннвей? Заявить ребёнку, что ему следовало сгореть вместе с родителями? За такие слова Ведьминых капель будет мало.
Господи, в чьё тело я попала…
 
Глава 4
 
Следственные мероприятия
 
Эндер Делагарди
Ночь после «праздника» выдалась непростой и длинной. Проводив Рейера, а после Брадена, я стал по очереди допрашивать прислугу. Все до единого были взволнованы, а скорее даже – напуганы. Но не допросом, а появлением в доме искажённого. В доме, где они чувствовали себя в безопасности, защищённые магией от любой напасти.
– Ваша светлость, не понимаю, о чём вы…
– Ваша светлость, я бы ни за что и никогда!
– Чтобы я подбросила отраву… Как вам такое могло прийти в голову?!
– Зелье? Знать не знаю ни о каких зельях.
Стоило упомянуть о Ведьминых каплях, как все до единого округляли глаза и смотрели на меня так, словно я интересовался: а не видели ли они вчера в небе единорогов на радуге. Кухарка так и вовсе на меня обиделась. За то, что я посмел заподозрить её, прослужившую в моей семье много лет, в столь грязных, как она выразилась, делишках.
В общем, или у меня в слугах потрясающие артисты, или никто из них и правда не имел отношения к фокусам с Эдвиной.
Оставалось допросить мисти Ливен и… Бальдера. Хоть представить того в роли отравителя, да ещё и гнусно действовавшего через ребёнка, я не смог бы даже будучи пьяным.
Ах да, ещё бывшая любовница… С ней, как бы ни хотелось мне этого избежать, тоже придётся встретиться.
– Кто-нибудь ещё в тот день приезжал?
На всякий случай этот вопрос я задал каждому из прислуги, но, увы, в ответ все качали головой. Лишь Полин, уже выходя из кабинета, вспомнила:
 
– В тот день я правда из чужих никого не видела. Но накануне вечером заезжала помощница портнихи. Не помню, правда, которой из двоих… Она принесла две коробки со шляпками. Я как раз наполняла для госпожи ванну.
– Спасибо, Полин. – Я благодарно улыбнулся девушке, а та, согнув колени, тенью скользнула за дверь.
Ещё какое-то время посидев в кабинете и отругав себя за то, что мой дом превратился в проходной двор для отравителей и убийц (и я это допустил!), отправился наверх. Женя уже спала. Лежала, сжавшись в комок и положив под щеку руки. Такая беззащитная и маленькая на огромной кровати. Почему-то в тот момент невыносимо захотелось её коснуться. Провести пальцами по шее от подбородка до самых ключиц, дотронуться до нежных губ… Пусть у неё было лицо Раннвей, пусть его покрывали чёрные в полумраке пятна, но даже такой она мне… нравилась.
Это была совершенно другая девушка, пусть и с лицом, которое было мне хорошо знакомо. Девушка, порой упрямая, порой и вовсе невыносимая, но добрая и отзывчивая. Такая милая и… пленительная.
Перед глазами заскользили недавние воспоминания, о том, что происходило несколькими часами ранее в ванной. Согласен, воспоминания не самые приятные, для иномирянки, но мне и пары картин хватило, чтобы податься к ней, наклониться… К счастью, в последний момент одумался и просто поправил одеяло, набросив на обнажённое плечико. Велев себе перестать пожирать её взглядом, отправился к себе, но дверь между нашими спальнями на всякий случай закрывать не стал.
Утром «жена» снова решила во что бы то ни стало отстоять свою свободу и независимость, словно я, тиран и деспот, собирался держать её здесь в кандалах. Следовало проявить твёрдость и убедить её оставаться дома (по крайней мере, в ближайшее время, пока не выясним, откуда берутся эти твари), но…
Но проявлять твёрдость с иномирянкой почему-то не получалось.
С Раннвей было проще, она выполняла любую мою просьбу, едва я успевал её озвучить. А с Женей… А из-за Жени, готов поспорить на что угодно, у меня ещё не раз и не два будет болеть голова. Из-за неё и из-за Эдвины.
Вот они все прелести «семейной» жизни, которых так страшится Рейер.
Напарник приехал в управление первым, но к Экебладу не спешил, ждал меня.
– А к любовнице мы когда? – поинтересовался Таубе, лениво прокручивая между пальцами папиросу.
– Как только любимый начальник даст вольную.
Я быстро поднялся по ступеням крыльца и толкнул дверь в управление. Напарник, явно огорчённый тем, что перекурить до «жаркой» встречи не успеет, нехотя поплёлся следом.
– После Каролы надо будет посетить пару портних.
– Решил обновить гардероб?
– Помощница одной из модисток заезжала ко мне домой за день до того, как Эдвина нашла зелье.
– Значит, надо проверить, – посерьёзнев, кивнул Рейер.
В воскресенье в коридорах управления было так же тихо, как у Шультена в прозекторской. Лишь из-за двери Экеблада доносилась какая-то приглушённая возня.
– Может, там искажённый? – с надеждой предположил Таубе. – Мало ли, вдруг кто-то решил облагодетельствовать всех следователей Кармара… Тогда не будем торопиться!
– Мечтатель, – хмыкнул я и постучал в дверь главы управления.
– Ну наконец-то! – тут же раздалось из-за неё ворчливое. – Заходите уже! Вечно опаздывают, словно девицы на свидание…
Обменявшись мрачными взглядами, мы вошли в кабинет и застали Экеблада за превращением собственного рабочего места в свалку. Хорошо хоть не отходов, а просто бумажек. Вполне возможно, что важных, но Арильд всегда был неряшлив, а к документам относился так, словно это был ничего не стоящий хлам.
Вытащив один из ящиков стола, он просто-напросто вытряхнул его содержимое на столешницу. Другие ящики уже были опустошены тем же самым образом, и найти что-либо в этом бардаке явно не представлялось возможным.