Странный новый мир (СИ)

Успокоитель внутри действовал, но Михаил все равно рухнул, ощущая себя так, словно не удержал небо.
— Мне сказали вступить с ним контакт и привязать к себе, - продолжала рассказывать Натали, - что я и проделала, без особого труда.
— Вы уже проделывали подобное ранее?
— Да, четыре раза. Уловка с ребенком применялась два раза.
Михаил слушал, не веря и ощущая кислый привкус во рту. Нахождение уязвимых людей, воздействие на них в моменты горя, обработка под видом помощи, с дальнейшим вовлечением в "общество добрых" и привязкой к секте, без осознания жертвой таковой привязки. Окончательная обработка уже внутри общества, растянутая по времени, без старых методов депривации сна, усталости, подавления критического мышления и прочего, ибо их манопы и стоящие за ними системы распознавали и подавали сигналы.
Огромный спектакль, разыгранный ради него, чтобы что?
— Зачем надо было пихать меня в постель к старушкам?! - крикнул он.
— Один из контрольных тестов, - ответила Нгуен, - проверка глубины обработки и подчинения, совершения неприятных действий из посыла помощи ближним. Дальнейшая обработка старушек и использование их связей, а также усиление чувства вины из-за измен, с переломом в момент потери ребенка.
— Мы же собирались улететь в космос! - крикнул Михаил в отчаянии.
— Мы бы не успели, - ответила Нгуен. - Ребенка бы забрали, как и положено.
Все, как говорила Таня, и Михаил ощутил себя так, словно его сейчас стошнит. Как? Как они это сделали? Почему он вообще ничего не заметил? Почему власти ничего не заметили, несмотря на свой хваленый контроль и систему слежки за всеми, и вся?
Под прикрытием Михаила и потока поступлений от полжистов, возвели дом на окраине, оборудовали там укрепления под видом полигонов, создали электрогенератор. Не бог весть что, но все же источник энергии вне энергония и приборов на нем, поголовно контролируемых через сеть. Модифицированный или самописный ИП, планировалась постепенная доработка его и затем включение в сеть, не вызывая подозрений.
— А как же полжисты?! - снова не выдержал Михаил.
Лучше бы не спрашивал, подумал он, хотя в общем-то и так бы прозвучало, ибо полжисты и были истинной целью его длительной обработки. Внедрение к ним и получение контактов, связей, поиск новых жертв, на радость секте "Добрый мир", которая продолжала бы работать под вывеской общества добрых, а случись чего так выдали бы Михаила и спихнули вину на полжистов.
Михаил осознал, что в таком случае да, молчал бы про Натали и общество или выгораживал их.
— Не верю, - бормотал он, охватив голову руками. — Это какой-то обман. А как же ребенок? Твои прошлые дети?!
Собственно, с них все и началось в жизни Нгуен, но Михаил пожалел, что спросил. История того, как Натали озлилась на власть за потерю детей и долгие годы строила планы мести и оттачивала методы, вместе с другими такими же, звучала крайне печально и тошнотворно одновременно. Контроль они обходили и обманывали за счет эзопова языка и объединения в общество, объединения на основе ненависти к властям.
Сейчас это не возбранялось, равно как и ругать тех, кто наверху - особенно этим любили заниматься ожмики, по понятным причинам - и общество добрых просто плыло в общей струе, попутно занимаясь своими делами. Помимо борцов за идею, вроде Натали и того же Аслана, действительно пострадавшего в аварии, как всегда, нашлись и те, кто извлекал из этого прибыль, наслаждался властью или просто хотел сам стать властью, чтобы убивать, насиловать и так далее.
Общение с Таней, непредусмотренное планом - все общение должно было оставаться в тесном кругу общества, и Михаил в данном случае оказался просто находкой. Находкой в смысле легкости манипуляций, но вот Таню не учли, так как Михаил практически не говорил о ней и пытался забыть. Сама Сальвини, в свою очередь, проявила бдительность, в отличие от тех же полжистов, увидела, что Михаил ведет себя как-то странно, сообщила и завертелось колесо.
Подняли, перепроверили, провели углубленный анализ, подняли отряд мобильной пехоты и разгромили логово секты, изолировав его от остального города. Часть сектантов взяли на местах, кому-то удалось сбежать, но не слишком далеко и потянулись ниточки за пределы Земли, к инопланетянам, то ли обиженным, то ли просто вражеским агентам, проводящим подрывную работу.
 
Успокоитель слабел, у Михаила кружилась голова и тошнило, казалось, что он попал в дурной кошмар без выхода, болото, засасывающее все глубже и глубже, не давая вынырнуть. Натали! Он ухватился бы за Натали, но та говорила такое, что не хотелось верить и если бы не Таня, то Михаил и не поверил бы.
— ... признать Михаила Лошадкина невиновным в предъявленных обвинениях, так как он сам стал жертвой деятельности секты "Добрый мир", - говорил голос, доносясь словно через подушку. - Назначить Михаилу Лошадкину восстанавливающее лечение за счет общественных фондов, с последующим подтверждающим его излечение тестом, и назначить компенсационные выплаты. Раскрытие деструктивной секты, много лет действовавшей незаметно для всех, является огромной пользой для общества и соответствующие задания на обновления следящих программ уже отправлены.
Польза для общества - рейтинг, выплаты - кредиты, к чему они мне, подумал Михаил, уже просто лежавший на виртуальном полу, так как сил сидеть не оставалось. Казалось, что весь мир смеется и глумится над ним за его ошибку, все, наблюдавшие за судом теперь будут тыкать в него пальцами, в досье останутся пометки, и как дальше жить?
Он не знал ответа, посмотрел в сторону тех жителей нового мира, кто явился его поддержать и ощутил острый приступ стыда. Михаил словно бросил их, считая, что умнее, ринулся покорять новый мир, считая, что он избранный и в итоге тут же влетел в расставленную другими паутину. Послушался чужих советов, раскрылся и мир в ответ заехал ему коленом в пах и вонзил кол в сердце.
Натали его не любила и спала по заданию, но он-то ее любил!
Или это тоже был обман, внушение, возможно, его опаивали чем-то?
— ... за содействие присутствующую здесь удаленно Татьяну Сальвини. На этом суд завершен, копии отправлены во все цифровые архивы, совместная виртуальность прекращается.
Михаил продолжил лежать на полу, только уже в изоляторе - наверное, остальные из общества добрых находили в таких же и сейчас "вывалились" к себе.
— Я так понимаю, дверь мне не откроют? - спросил он.
— Суд назначил вам лечение, - ответил голос с потолка. - Дверь будет открыта, но вы останетесь в пределах здания, пока не будет завершено лечение и не подтверждено его завершение.
— Все-то вы знаете, - проворчал Михаил, правда больше для порядка.
Связность сети, всегда восхищавшая его, теперь порядком раздражала. Его обманывали, использовали и собирались использовать дальше, в какой момент он уже не смог бы вернуться? После "ребенка"? Работы на полжистов? Натали явно и дальше торговала бы своим телом, а Михаил только одобрял, или тоже выступал бы в роли такого же агента, соблазнял кого-то, вроде тех старушек.
Еще оставалась надежда, но почему-то хотелось упасть и зайтись в рыданиях, уткнув лицо в мягкий пол.
  
Глава 34
 
— Ну что же, Михаил, поздравляю, вы здоровы, - произнес голос.
— Почему мне тогда так тяжело? - машинально пробормотал Лошадкин.
— Жить вообще нелегко, - неожиданно ответила система, - но именно поэтому живые идут вперед.
— Ах да, преодоление трудностей, - припомнил Михаил. - Так это, получается, что у ИП нет трудностей и вызовов, и они не эволюционируют? А, Асика?
— У меня нет ответа на этот вопрос, - ответила голограмма женщины - врача средних лет.
Нарочито схожей с Натали, как выяснилось, для каких-то моментов в лечении. Распутывание узелков в мозгу Михаила заняло неделю, и он все понял, осознал, признал, что его обманули. Принял, что заметить обман изнутри невероятно тяжело, а если бы его подвергли мозголомке, как в былые времена, то вообще до сих пор бы истово верил в невиновность Нгуен и остальных.