Странный новый мир (СИ)

— Я тебя тоже поздравляю, Таня, - ответил Лошадкин, - и знаешь, как говорят, с новым годом, с новым счастьем.
— Да? – удивленно вскинула ресницы Таня. – Хорошо.
— Я принес тебе это новое счастье, Таня! – обрадовался Михаил. – Мы собираемся улететь в космос, прочь от властей и ограничений, и у нас есть для тебя место!
В полете он ей поможет, и дети, да, много детей с Таней и Натали, вот это будет хорошо и правильно. Помогут друг другу, улучшат мир.
— Мы?
— Ради наших будущих детей и их будущего, - добавил Михаил многозначительно.
Порадовался, какая многозначительная фраза вышла, «наших будущих детей».
— Ради будущего, это важно, - согласилась Таня. – Я обдумаю твое предложение, Михаил.
— Да что тут думать, ты же сама мне говорила, что мы живем ради продолжения себя в детях!
— Говорила, - согласилась задумчиво Таня. – Да, пожалуй, ты прав.
— Конечно! – радостно взревел Михаил.
Таня тоже узрела истину, она всегда была умница, и теперь Натали его точно похвалит и будет гордиться. Профессиональный медик из центра здоровья им не помешает, еще как не помешает!
— Сообщи мне, где вас можно найти, и я прилечу при первой же возможности.
— Конечно, лови слимки!
На их нынешнее местоположение, на новый дом и старый, на общество добрых, пусть Таня ознакомится заранее и все узнает, узрит, что Михаил звал ее не просто так! Раз она сказала, что прилетит, значит, прилетит, ведь Таня никогда не врала, говорила только правду.
— Ты как-то странно обрадовался и возбудился, - зашептала ему в ухо Натали, прижимаясь сзади.
— Люблю тебя, дорогая, - отозвался Михаил.
Они точно подружатся с Таней, ведь обе выступали за помощь всем живым вокруг!
— А, вы же тот электрик на лошади! – обрадовалась Джина.
— Лошадкин, - вздохнул Михаил.
Спать со старушками не хотелось, даже ради помощи им. Вот если бы вместо Джины была Джуди, подумал он, в то же время ощущая молчаливое, но настойчивое подталкивание Натали.
— Да-да, на лошади, но вы зря прискакали, молодой человек, у меня все в порядке! Лампы светят, счета я оплатила в прошлом месяце!
— Вот видишь, - повернулся он к Натали.
Та, к его облегчению, не стала настаивать и подталкивать, согласилась, что у Джины все в порядке и можно ехать домой.
— Слушайте, вы же русский, - вдруг сказала Джина, - что вы делаете у меня дома, да еще на лошади? Вы ужасный казак, ворвавшийся омыть копыта в средиземном море?
— Нет-нет, - попятился Михаил, пока она не перешла к словам о насилии, - ничего подобного.
— А жаль, - донеслось запоздало вслед.
Но Михаил уже утащил Натали прочь, благо та не слишком сопротивлялась. Как ни странно, но в чем-то ожмики были свободнее всех, легко могли позволить себе подобные высказывания, противоречащие общему курсу на слияние народов и способные довести до немалых штрафов, но что было терять ожмикам? Все равно ниже минимума не упасть, меньше не дадут, и можно было проходиться по цвету кожи, расе, вероисповеданию, происхождению и прочему.
А также гнать самогон с настойками и заниматься другими, порицаемыми в обществе делами.
— Ужасный казак, - хихикнула Натали на улице.
— Странно, что манопа все это знает, - вздохнул Михаил.
Разумеется, старики не смогли бы так легко изучить всеземной, но опять и снова, цифровизация общества, сети и манопы выручили. Старики, возможно, даже не осознавали происходящего, думали, что все вокруг общаются на их родном языке или еще чего.
— На то она и манопа, но ничего, это ненадолго, мой казак.
— Эй!
— А что, представляю, ты скачешь на лошади, машешь саблей, стреляешь без промаха, - начала уверять его Натали, прижимаясь сильнее.
Михаил тоже представил, мышцы вздулись, словно сами собой, ведь он мужчина, защитник! Следовало тренироваться и осваивать оружие, горячее и холодное, рукопашный бой, благо общество добрых тренировалось каждый день, дабы еще лучше помогать. Помогали друг другу, как и подобает в обществе, и почему бы и не попробовать саблю? Ее можно было просто распечатать, впрочем, и лошадь можно было заказать, даже летающую.
 
— Зачем скакать, когда можно летать? – спросил он.
— Казаки на пегасах, какая прелесть, - обрадовалась Натали, - теперь этот образ не покинет меня еще долго!
В ее глазах Михаил прочел обещание разыграть сценку с «казаком на пегасе» и тоже обрадовался. Они уже добрались до своего нового дома на окраине Нового Рима, и в общем-то тренировки на огромном полигоне могли и подождать.
Он потянулся руками и вдруг все утонуло во вспышке ярчайшего света.
  
Глава 32
 
Михаил машинально согнулся, припал к земле, закрывая руками глаза и рыча от боли в них. Почему не сработал фильтр в манопе? В следующее мгновение он понял, что манопа не функционирует, а перед глазами моргает красная надпись: «Служба охраны правопорядка проводит операцию, просим не оказывать сопротивления».
В другой раз манопа дорисовала бы ему происходящее, на основе камер и сети, но здесь она явно отключилась по сигналу извне. Михаил уже испытывал подобное, в более мягкой форме, там, в госпитале после отыгрыша в битве за Рим, но здесь все выглядело иначе. Неужели они не могли просто парализовать всех удаленно, подав сигнал на манопы? Или это был бы пресловутый «полный контроль», который якобы отсутствовал?
— Прознали о наших планах, да? – глупо воскликнул Михаил.
Он уже немного восстановил зрение и вспомнил, что неподалеку есть оружие, пусть тренировочное, но все же оружие! Да и полигон общества находился рядом, нет, они еще могли оказать сопротивление… стена дома и крыша вдруг исчезли и внутрь ворвались огромные фигуры, подавляющие своими размерами. Два великана схватили Натали, которая заорала и пнула одного из них, но кажется только отбила ногу. Великаны потащили ее прочь, и Михаил тоже заорал:
— Не трогайте ее, вы, цепные псы!
В то же время он смутно увидел, как на него наводят оружие и машинально укрылся, рванул на четвереньках к двери, которая и не думала открываться. Проклятье, подумал он, вот недостатки сети и цифровизации, воистину тотальный контроль.
— Спасайтесь, Михаил, - вдруг шепнул голос и дверь приоткрылась.
Он упал спиной вперед, перекатился, собираясь дорого продать свою жизнь, но немедленно ощутил сладковатый запах. Газ? Движения его замедлились, а затем рядом вонзилось несколько игл, и Михаил упал, парализованный, не в силах сопротивляться. Рухнули внутренние стены, роботы ворвались дальше, и у Михаила возникло ощущение неостановимой силы, которой невозможно сопротивляться.
Уже обрабатывают и промывают мозги, гады, подумал он, рыча от злости.
— Вперед, вперед, у них тут подпольный ИП и бункер! – раздался голос.
Какой еще бункер? Что-то свистнуло и робота неподалеку разрезало пополам, затем все утонуло во вспышке света, от которой Михаил даже укрыться не смог, так как лежал, парализованный. Что-то вокруг плавало в тумане или пыли, его швыряло и подбрасывало, вокруг ахало, ухало, свистело и рвалось, и он машинально отметил, что слух еще работает.
Но надолго ли?
Тело рвануло, его куда-то потащили, затем над ним склонилось лицо Аслана.
— Где Натали? – спросил он громко. – Где она?
Михаил хотел сказать, что ее утащили злые роботы, но не смог, действие препарата еще не закончилось. Захотелось заплакать от беспомощности и безысходности бытия, того, что теперь над Натали будут ставить опыты бездушные железки, но тоже не вышло. Злость на власти, с их контролем и диктатом, также не нашла выхода.
— Тащите его! – крикнул Аслан. – Нужно снять паралич!
— Зачем он нам?
— Он знает, где Нгуен!
— Она в плену, ты что…
Земля содрогнулась и все вокруг засверкало, словно Михаил попал внутрь гигантского калейдоскопа. Еще сотрясение и его подбросило, чуть ли не в руки Аслану, который уже не стоял с шприц - ампулой в руке, а стрелял куда-то в пыль и туман, что-то крича на своем. Манопа все еще выдавала красное предупреждение, и Михаил не понимал слов Аслана, но смутно догадывался, что кричал тот не о мире во всем мире.