Древо миров (СИ)

Я же в свою очередь дал себе задание познакомиться и уделить время каждому по отдельности. Но это потом.
А сейчас, когда всех детей увели спать, я вместе со своими ненаглядными снова уселся за стол. Передо мной поставили тарелку с пельменями, откуда ни возьмись появилась многоярусная стойка с пирожными, тарелка с конфетами и ещё целая куча сладких ништяков, от переедания которых обычно слипается жопа.
Ночь уже давно вступила в свои права, а мы всё говорили и говори. Иногда я рассказывал какие-нибудь смешные ситуации из путешествия, порой девчонки делились происшествиями из своей новой жизни. Киану особенно заинтересовал момент, где я превратился в мармеладного мишку. На подкол Химеко, она ответила с абсолютно серьезным лицом, что да, будь такая возможность, кусочек она обязательно откусила бы.
Периодически валькирии бессовестно залезали ко мне на руки, игнорируя вообще всё происходящее вокруг. Даже супер-культурная Фу Хуа, когда подошло её время для обнимашек, абсолютно без зазрения совести согнала с моих рук Косичку и уселась сама.
В общем, так протекала беседа, пока свой вопрос не задала Идель.
— Значит, — заноза покачала головой, как будто её не особо это интересует, а так, больше вопрос из вежливости. — Ты победил древнего бога. — продолжила она помешивать чай.
На лице Риты почему-то появилась ехидная улыбка, которая она тут же спрятала за своей чашкой. К слову, на лице Химеко, Бьянки, Фу Хуа и Кианы тоже… что происходит?
— Ага.
— Наверное… — начала она вдумчивым голосом, продолжая терроризировать несчастную чашку. — Это был коварный удар, которого он никак не ожидал, да? Ты не подумай, Джек, я очень рада, что ты вернулся, но меня всё-таки интересуют детали. Каким образом человек смог победить древнего бога. Как так вышло?
Каким образом? Как так вышло? Сам, если честно, не знаю.
— Джек? Джек, ты здесь?
— Что? — я очнулся от того, что Химеко трясла меня за плечо.
— Ты как будто очень сильно задумался. Хех, настолько непривычно, что мы аж испугались.
– “Тебя уделали, но, вообще, мне тоже интересно, что случилось?”
– “Словил вьетнамские флешбеки. Ничего серьезного.”
– “А-а-а… понимаю.”
— Так как ты победил древнего, Джек? — не унималась Идель.
Я махнул рукой. А валькирии аж вперёд подались в ожидании ответа.
— В общем, мы нашли его ядро.
— Какого размера оно было?
— Примерно с половину этой комнаты.
Глаза Идель округлились.
— Что? Это много? Или мало? Сколько это? — Мура начала тормошить занозу.
— Мне тоже интересно. — спросила Киана, а затем скромненько откусила кусочек печеньки.
“Это точно Киана?”
— Если коротко… то это настолько дохрена, что я даже не верю.
— О-о-о… — прозвучал всеобщий восхищенный вздох.
— А дальше?
— Ничего интересного.
— Говори!
Крик Идель прервался тихим скрипом половиц. Все дружно обернулись и увидели стоящую в дверном проеме Терезу, на лице которой красовалась какая-то жуткая маньячная улыбка.
— Очень прошу, дорогие мои, быть потише, ня. Поскольку если вы разбудите Фелис, то я вас всех кончу тупой ложкой для мороженного. Понятно, ня?
Банда валькирий сперва вытаращилась на няку, а затем быстро закивала головами. Дело было не столько в угрозах Терезы, сколько в том, если проснётся одна ребятишка, то проснутся все ребятишки.
Дождавшись, когда няка убежит на своих мягких лапках обратно на второй этаж, Химеко по хозяйски закинула ногу на ногу и, навернув до неприличия огромный кусок чизкейка, снова продолжила расспросы. Но шёпотом.
— Я не согласна! Пусть говорит про древнего!
– “Смотри-ка, Идель тоже научилась кричать шёпотом.”
— Джек, — не унималась заноза. — Просто ответь, ты дрался с ним?!
— Да.
— Ты его убил?!
— Да.
— Как?!
– “Да скажи ты им что-нибудь, а то не успокоятся.”
— Ладно, что-нибудь так что-нибудь… Во-первых, он был мудак без принципов и цели, что несколько облегчило задачу, а во-вторых… — я вытянул руку и щелкнул пальцами.
Валькирии сначала не поняли что происходит, а затем прозвучал вздох изумления. Все предметы мебели, включая стол на которым мы ели, начали покрываться травой и полевыми цветами и уже через несколько мгновений комната стала напоминать райские сады эдема. Особенно прикольно получился зелёный ковер под ногами.
 
— Какого… — Идель выдернула одуванчик, покрутила перед носом, а затем подняла свои глаза на меня. — Не может этого быть… Ты бог?! И ты победил древнего… с ума можно сойти. Но это же значит… твою мать… твою-ю ма-а-ать…
— Что с ней? — обратился к Рите, но та продолжала посасывать свой чай с ехидной лыбой.
— Да ничего особенного, капитан Джек. — взгляд её полуприкрытых хитрых глаз упал на Идель, которая сейчас лежала лбом на столе и обнимала руками собственную голову.
— Джек, — прозвучал сдавленный голос занозы, а затем она повернулась ко мне лицом. По ощущениям, её ударили молотком по мизинцу, а потом рассказали очень смешной анекдот. Вот примерно такое выражение лица было у занозы. — Джек…
— Ну, что?
— Я хотела тебе сказать…
Фу Хуа почему-то закрыла ладонью глаза, Мура хрюкнула в кулак. Идель выглядела как Джим Керри из фильма “Лжец, лжец”, когда он пытался говорить неправду.
— … это большая честь для меня… и я бесконечно рада этому…
— Чему?
— В ближайшее время… тебя ждёт самый сказочный и умопомрачительный… — Она что, плачет что ли? — миньет в твоей жизни. — Нет, реально ревет. — Просто скажи когда будешь готов. — продолжила она говорить навзрыд, пытаясь натянуть на это жутко лицо не менее жуткую улыбку Гарольда — И я всё сделаю.
А потом она завыла.
— Ну-ну, родная, — Рита погладила свою подругу по спине. — Не всё так плохо. Сперва челюсть сводит, потом привыкаешь.
— А-а-а-ы-ы-ы-ы-ы…
– “Хе-хе-хе, спорим она проспорила.”
– “Не буду спорить, она проспорила. Впрочем… жалеть тоже не буду, сама виновата. Я по ней тоже, хех, соскучился.”
— Кш-ш-ш-ц! — плачь Идель прервало злобное шипение. Мы снова обернулись. Из-за косяка выглядывала половина лица Терезы. К слову, няку даже не удивила покрытая травой комната.
— Мы всё поняли! — Мура подняла обе руки. — Больше не шумим.
Няка ничего не ответила, только её разгневанное лицо беззвучно стало уплывать обратно за косяк.
— Ладно… — Бьянка прошлась по всем присутствующим глазами. — Уже и вправду много времени.
— Чего это много? Нормально вре… — попыталась возразить Химеко, но Бьянка снова повторила тоже самое, только подозрительно растягивая гласные.
— Я сказала: УЖЕ-Е ПО-О-ОЗДНО. — придавила высшая взглядом свою подругу. — То есть пора СПА-А-АТЬ. В кровати. Под одеялом.
— А-а-а… — Ох, сука, партизанки. — Я всё поняла! — спохватилась Мура. — Да-а-а, о-очень много времени. Правда много-о! — обрадовалась непонятно чему огневласка.
Хотя, вру. Всё понятно.
Девушки тихонько посмеялись, ещё раз одарили меня объятиями, поцелуями и стали собираться, попутно убирая со стола. Мне тоже пришлось лишний раз щёлкнуть пальцами, чтобы трава исчезла.
Мне показали мою комнату, которая по совместительству оказалась комнатой Бьянки, а затем все разбежались.
— Я на пять минут в душ. — улыбнулась блондинка и скрылась за дверью в ванну.
— А остальные?
Дверь снова открылась и оттуда показалось ухмыляющееся лицо валькирии.
— Уже соскучился?
— Думал все вместе будем… — мне аж неловко стало. — Как раньше.
— Ну-у, у девчонок забот хватает. Мы тебя очень-очень любим, но теперь кое-кто другой нуждается в их заботе. Но ты сильно не переживай, Джек, тебе будет чем сегодня заняться. Пока прикидывайся, я скоро выйду. — подмигнула она и вновь скрылась за дверью, а я тупо упал на кровать.
– “Мы дома, Хон.” — как-то само пролетело у меня в мыслях, когда я смотрел в потолок.
– “Да. И мы живы.” — так же мечтательно ответил хонкай.
Из ванны донесся шум воды, за стеной кто-то тихонько заплакал. Послышался шум шагов, спокойный голос Фу Хуа и снова стало тихо.