Из дыхания и разрушения (ЛП)

Это был не тот ответ, который я хотела услышать, но лучше вариантов не было.
— Ладно.
Облегчение мелькнуло на его лице, а потом что-то в глазах изменилось, и его лицо напряглось. Я не знала, что это значило. Но Розамонд пропала, что-то напало на нас — я не могла это объяснить, а он, похоже, мог — и многое другое произошло, так что меня не удивляло, что я не могла прочесть его лицо.
Хотя я и раньше этого не могла. Даже во время коротких разговоров с парнем, о котором мечтала.
Но происходящее не было исполнением мечты, так что те мысли пропали из моей головы, когда Родес потянул меня к дому, направив за собой и Брэлинн. Эмори стояла в стороне, хмуро смотрела на нас. Она пробормотала что-то под нос, что я не расслышала, и пошла за нами в дом Родеса.
Я попыталась осознать, что увидела снаружи, но это было сложно, я все еще дрожала, колени болели, а ладони были в земле и царапинах. Подруги стояли по бокам от меня, Брэлинн была напряжена, ее глаза были огромными, она точно все разглядывала. Эмори была в стороне, щурилась, глядя на Родеса, стоящего перед нами.
— Присядьте, — Родес кашлянул, его голос был рычанием. — Пожалуйста.
— Я так не думаю.
Я закрыла глаза от едких слов Эмори. Я устала, запуталась и, честно… боялась.
— Эмори, хватит. Просто перестань.
— Не могу поверить, что ты собираешься его слушать. Что там случилось, фрик? И с чего нам хотеть тебя выслушать?
Родес скрестил руки на груди и скучающе посмотрел на Эмори.
— В твоих вопросах противоречие. Или ты хочешь ответы, или ты не веришь моим словам. Что ты выбираешь?
— Хватит, — мой голос был тихим, но Родес услышал, потому что повернулся ко мне с нежностью во взгляде, но через миг он снова помрачнел.
— Тебе нужно кое-что знать, Лирика. Тебе должны были уже это рассказать.
От этого я выпрямила спину.
— Так расскажи мне.
— Лирика…
— Молчи, Эмори! Просто дай ему объяснить, что происходит. Что-то вылезло из теней и напало на нас. Оно забрало Розамонд, и мы должны делать вид, что этого не произошло?
Эмори сверлила меня взглядом.
— Я ничего этого не видела, Лирика. Я видела только, как ты и Розамонд побежали, а потом отлетели от воздуха.
— И я не видела монстра, — тихо добавила Брэлинн. — Но я знаю, что там что-то было. Я видела тени, но не… осязаемые. Почему ты это видела, Лирика? Почему сейчас, а не раньше?
Мы повернулись к Родесу, который вздохнул с поражением на лице.
— Ты видишь то, что прячется в тенях, Лирика, из-за того, кто ты, и того, что случилось в лесу. Не знаю, почему Брэлинн видит тени. Есть причина, но я ее не знаю. Эмори ничего не видит, потому что так у всех людей. Просто игра воображения, может, тени мелькают, когда они не обращают внимания, но они не могут увидеть это полностью.
— Падение? — я опустилась на диван, колени ослабели, но не от информации, а от всего произошедшего пару мгновений назад. Я умела бегать, а не драться. И я не знала, что могло произойти дальше.
Родес провел ладонью по лицу, и я заметила кровь на его костяшках. В другой раз я помогла бы ему промыть их, помогла бы подругам, но я не знала, что могла сделать. Пока, похоже, я могла только попытаться выслушать и надеяться понять это или проснуться от очередного кошмара.
Эмори расхаживала у дивана, скрестив плотно руки на груди. Брэлинн опустилась на кресло возле дивана, сжалась в комок. Моя подруга была невинной. Я была не лучшим человеком, не всегда принимала хорошие решения, но Брэлинн была чудесной. А теперь что-то менялось, и я боялась, что все это было моей виной.
Родес сел на стол передо мной, осторожно прижал ладонь к моему лицу. Эмори зарычала рядом с нами, но вряд ли от ревности. Нет, Эмори злилась, что не видела то, что мы все могли. Точнее, то, что я могла. Ей не нравилось быть в стороне.
— Ты упала, — тихо сказал Родес, вернув меня к разговору.
— Что-то схватило меня за лодыжку. Я не упала, да? Хотя я толком не помню.
Родес убрал руку, и мне тут же стало не хватать его прикосновения. Но я злилась на себя за то, что отвлекалась на влюбленность и прикосновения, когда могла сходить с ума. И Розамонд куда-то пропала, и я не знала, как мы ее вернем.
 
— Думаю, тебя что-то схватило. Нэг.
Я нахмурилась.
— Нэг?
— Это… тень. Отрицание света и магии, сосредоточение тьмы и магии. Она существует в хаосе междумирья.
— Магия, — моргнула я. — Ты говоришь, что магия реальна.
— Идем отсюда, Лирика. Он мелет ерунду. Я тут не для этого.
— Это не чушь. Я видела, Эмори. Если будешь только перебивать, уходи. Ладно? Просто уйди.
— Я не оставлю тебя с ним одну.
— Она не одна, — громче сказала Брэлинн.
— Будто ты считаешься.
Я закрыла глаза, беря себя в руки, чтобы остановить спор двух людей, которые долгое время были важны для меня. Не так, мне нужно было, чтобы Эмори отступила и не срывалась из страха. Она не была язвительной, но от страха могла броситься, и люди от этого страдали. Брэлинн понимала это, но это не было правильным.
— Хватит, — прорычал Родес. — Это не твое дело, но, как подруга Лирики, ты можешь остаться. Но помни, что это мой дом. Ты будешь уважать Лирику и Брэлинн или уйдешь. Мне плевать, думаешь ли ты, что можешь тут находиться. У тебя нет права тут быть.
Я пыталась остановить Эмори, так что молчала миг. Мне не нравилось, что она не слушала, но я не хотела, чтобы ее выгнали. Если я пойму, что происходило, вряд ли Эмори сможет долго оставаться частью моей жизни.
— Иди, Эмори. Я устала спорить с тобой, а это важно, — я посмотрела на нее, попыталась увидеть девушку, которая была мне раньше важна, а не злую женщину, которая каждый день задевала меня. — Ты не видишь, что это важно? — я прижала ладонь к груди, сердце колотилось.
— Я останусь. Ради тебя.
Я не знала, что это значило, но усталость мешала обдумать это.
— Тогда дай Родесу объяснить. Дай мне попытаться понять, увидеть, врет ли он. Дай мне принять решение самой, — я уже так говорила, но в другом контексте, и она точно вспомнила, ведь ее глаза вспыхнули, а потом она напряженно кивнула. Я повернулась к Родесу, и он одобрительно посмотрел на меня. Я была не в настроении для таких взглядов и его одобрения, так что просто медленно моргнула.
Он кашлянул.
— Я должен начать сначала.
— Пожалуйста.
— Мир куда больше, чем ты знаешь, Лирика. Чем вы все знаете. Царство людей — его часть, но не единственная. Царство Мейсон, откуда я, лежит на царстве людей, будто еще слой, но в другом измерении.
Он уже упоминал магию, и я не понимала. Он говорил о царствах, монстрах, магии и большем. Параллельные измерения? Так? Я не понимала этого, и это запутывало сильнее, чем я хотела признавать.
Я все еще видела сон?
Или я сходила с ума?
Или… может, Родес говорил то, что многое объяснило бы, хоть я и не понимала, почему все сложилось так.
— Тебе придется замедлиться. Мейсон?
— Это означает дом, — прошептала Брэлинн. — Да? Это означает дом.
Родес улыбнулся.
— Да, в английском языке Мейсон означает дом. Это название измерения и нашего народа. Но это царство уже не целое. Потому я тут, — он выругался, и мои глаза расширились. — Простите. Я не с того начал. Это все должна была объяснять Розамонд. Она хороша со словами. Я тут, чтобы защитить ее. И найти тебя.
— Меня? Зачем тебе нужно меня искать?
— Видишь? У меня неправильно получается, — он быстро выпрямился, провел руками по волосам. — Нужно, чтобы это рассказывала Розамонд. И мне нужно найти ее, но для этого придется оставить тебя одну, а я не могу этого сделать.
 
— Ты знаешь, куда ее забрали? — спросила я, переживая за девушку, которая могла стать мне подругой.
Родес кивнул, а потом покачал головой, запутывая меня сильнее.
— Я не знаю, на какую территорию ее забрали, но нэги забрали ее из мира людей.
— Ты так говоришь, будто… ты не человек. Но выглядишь как человек, — я выдохнула. — Думаю, у меня паническая атака, — я глубоко вдохнула, он покачал головой.