The Kills (СИ)

На кухне что-то изменилось. Я никак не могла понять что именно. Она словно преобразилась, хотя это была всё та же кухня, на которой я обитаю уже два года. Люцифер поставил на стол две глубокие тарелки с дымящимся супом. Его аромат наполнял пространство, заставляя активно выделяться слюну.
— Что это?
Я заглянула в тарелку, где лежала лапша с золотистыми кусочками слегка обжаренной курицы. Сверху блюдо венчала россыпь зелени. Всё было настолько простым и в то же время таким эстетичным, что фото этой тарелки можно было прямо сейчас размещать в меню какого-нибудь ресторана.
— Рамэн с курицей.
— Ох, — я повела носом, втягивая аромат. — А я как ни сварю суп, так вечно ложка стоит в нём.
Люцифер только пожал плечами. Что-то меня смущало, и я никак не могла понять, что именно, пока не обратила внимание на цвет тарелки. Это была не моя посуда.
— Откуда тарелки?
— Купил, — невозмутимо ответил он. — На твоих были сколы.
— Правда? — я выдвинулась к шкафу с посудой. — Никогда не замечала.
Открыв дверцу, обнаружила внутри четыре новые тарелки жизнерадостного лилового цвета и две новые белоснежные кружки.
— С ума сойти, — всё, на что меня хватило.
Я закрыла шкаф и замерла на месте, не отпуская ручки. Открыла и закрыла дверцу два раза, прежде чем до меня дошло.
— Ты починил его? — я ошарашенно уставилась на Люцифера.
— Ну да, — он оставался невозмутимым.
Петли больше не скрипели, а створка висела ровно. Я спрятала виноватый взгляд в разглядывании печки, и тут меня тоже ждал сюрприз. Моей сковородки не было. Её почетное место занимала новая, чёрная с таким же чёрным, ровным покрытием внутри.
— А где Изольда? — я испуганно посмотрела на Люцифера.
— Кто? — он поднял брови.
— Изольда. Моя сковородка.
Люцифер отделился от столешницы, на которую опирался, и устремил взгляд на печку.
— Выкинул. На ней нельзя готовить, — наставительно заверил он. — Зачем ты даёшь имена неодушевлённым предметам?
— Изольда, — я выпятила нижнюю губу. — Мы с ней прошли Афганскую войну.
Люцифер приложил пальцы к губам, смотря то на меня, то на обновку.
— Заметно, — нарушил он молчание. — Непригодная посуда в коридоре, в пакете. Конечно её можно оставить, но я бы не советовал.
Я подняла на него взгляд и хотела опять поплакаться о том, как прикипела к своим, пусть и не новым вещам, как заметила ещё кое-какую перемену.
— Куда ты дел Изю?
Люцифер скосил на меня глаза, вернулся взглядом к сковороде и потом опять ко мне, непонятливо хмурясь.
— Паук в углу. Изя. Они с Изольдой сводные брат и сестра, — начала трещать без пауз, рассказывая, что к чему. — Однажды ночью я пришла на кухню попить воды и застала Изю в Изольде. Сначала я негодовала, но потом подумала... Ну знаешь, — я развела руками. — Они ведь не родные, кто я такая, чтобы мешать их счастью?
Люцифер молча смотрел на меня, ожидая, когда я закончу, приложив кулак к губам, и только весёлый прищур глаз выдал его реакцию.
— Он переехал, — Люцифер едва сдерживался. Было заметно, как его распирает от смеха.
— Куда?
— На родину, в Израиль.
Повисла тишина, через секунду разорванная нашим громким смехом. Люцифер качал головой, словно не веря тому, что поддерживает мои дурацкие шутки.
«Боже, надеюсь в его поисковых запросах не появится что-то вроде «Смирительная рубашка купить онлайн»».
У меня не получалось больше обижаться и строить из себя недотрогу. Поддавшись порыву, я кинулась к Люциферу, обвивая его руками и прижимаясь щекой к теплой груди. Он изумлённо вздохнул и стиснул меня в своих объятиях.
— Что случилось? Я прощен? Суд присяжных меня помиловал? Мне отпустили все грехи? — бойко подкалывал меня мужчина.
— Да ну тебя, — я подняла на него глаза. — Я не злюсь и не обижаюсь.
— Что изменилось?
«Я читала твою переписку. Ну же, Уилсон. Давай, признайся».
Интересно, если я скажу это в чокере и с членом во рту, как долго он будет злиться?
Я застыла, рассматривая Люцифера в ярком освещении и непривычной мне одежде. Как же ему шла эта белоснежная футболка. Она создавала контраст с его чёрными татуировками, выгодно выделяя их на теле и подчёркивая смуглую кожу. Он выглядел счастливым, довольным жизнью. Не осталось ни тени той мрачности, которую он всюду носил с собой раньше.
 
— Что-то с освещением, — брякнула я, разглядывая его идеальные, правильные черты лица.
— Вкрутил лампочку поярче, — он возвел глаза к потолку, начиная поглаживать мою талию.
Я удивленно открыла рот, смущённо закусывая губу.
— Несущий свет? — Люцифер игриво приподнял бровь на мой своеобразный комплимент. — Когда ты успел всё это сделать? — я пыталась перевести тему, но мне и правда было интересно.
— Починить дверцу и вкрутить лампочку занимает не так много времени. Суп тоже быстро готовится.
Я хотела сделать вдох, но вместо этого удручённо и тихо простонала.
— Ты самый лучший, — вырвалось у меня прежде, чем я поняла, что сказала это вслух.
Его обескураженное выражение лица сменилось на счастливое. Я скользнула руками по его спине, перенесла их вперёд, на плечи, встала на носочки, обнимая за шею, и потянулась к губам. Люцифер наклонился ниже, отвечая на мои действия и увлекая в неспешный, осторожный поцелуй. Похоже он понял, что я не шучу и не играю. Тогда Люцифер оттеснил меня к столешнице, ловко усадил на нее и пробрался руками под просторную домашнюю футболку. Он гладил мою обнаженную спину, вызывая стайки мелких мурашек от поясницы до шеи и прижимая как можно ближе к себе, в то время как я обводила линии его пресса под одеждой, ощущая под ладонями разгоряченную кожу.
Люцифер запустил пальцы в волосы на моем затылке и, ощутимо сжимая, вынудил откинуть голову назад. Я уставилась на него туманным взглядом, рефлекторно распахивая губы, чем он воспользовался, нагло проникая в мой рот, сплетая наши языки в похотливом танце.
Поцелуй становился всё более жадным, пылающим скопившимся между нами напряжением от невозможности спокойно быть вместе. Грубая щетина колола кожу, только сильнее возбуждая. Меня охватывало волнение и стыдливое удовольствие от того, как бессовестно я наслаждаюсь его лаской, будучи не до конца честна. Люцифер положил руки на мои бедра, приятно сжимая их сквозь ткань штанов.
«Злоебучие месячные».
— Все в порядке? — он разорвал поцелуй, часто дыша и не убирая рук с моего тела.
— Да. Просто я… просто у меня…
Он наткнулся взглядом на упаковку таблеток на столе.
— Я понял, — Люцифер чмокнул меня в нос. — Давай поужинаем. Всё остынет.
— Угу.
Обречённо вздохнув, я слезла вниз и села за обеденный стол.
— Надо не забывать принимать таблетки, — отметила вслух, приступая к трапезе.
— Где твой телефон?
— В спальне наверное, — я небрежно махнула рукой. — А что?
Люцифер вышел прочь, через минуту возвращаясь с моим смартфоном, и молча протянул его мне. Я удивлённо посмотрела на него.
— Разблокируй и открой календарь.
Я последовала его просьбе. Он сел рядом, положил телефон на стол так, чтобы я видела, и настроил в календаре напоминание.
— Теперь каждый день у тебя будет появляться уведомление о приёме таблетки, — Люцифер заблокировал экран и взял ложку, начиная есть.
Самый вкусный в моей жизни суп, приготовленный этим потрясающим человеком, убийственно застрял в горле. Меня начало подташнивать от беспокойства. Захотелось с позором удавиться на месте.
— Ты какая-то печальная. Всё в порядке?
— Д-да, — чуть запнулась с ответом.
Пришлось, скрывая волнение, вернуться к еде. Люцифер заинтересованно поглядывал на меня, удивленный моей непривычной молчаливостью. Спустя время он начал разговор на отвлеченную тему, рассказывая, как прошел его день и какие сложности ему пришлось разгребать по работе. Я немного отвлеклась от гнетущих мыслей, задавая вопросы и включаясь в разговор.