Опасные манипуляции 4 (СИ)

— А! Ну тогда ладно, езжай, завтра утром без опозданий чтобы был.
— Есть, шеф.
На площадь Бородатого основоположника я поехал на трамвайчике. «ВАЗовскую» «копейку» мне не дала жена, сказав, что раз у нее всего несколько месяцев осталось на изучение колдовских книг, то машина ей нужна, а за моим «УАЗиком», что простоял в гараже месяц ехать было далеко, да и не факт, что я успел бы его завести, аккумулятор в последнее время сильно капризничал.
Мои блуждания по площади Бородатого основоположника закономерно привели меня на небольшой пятачок у входа в метро, так как в других местах концентрации наркоманов и другого, подозрительного движения, я не заметил.
А вот на маленьком куске асфальта, в тени высоких тополей, посреди тротуара, расположились две машины — черная неприметная «копейка», с кузовом, крашенным, явно, в каком-то гараже из краскопульта, по плохо зашкуренной шпаклевке и ярко-красная «шестерка». На лобовом стекле копейки лежал огромный лист картона, на котором кривыми буквами, черным фломастером кото-то вывел объявление — «Купим золото, серебро, ордена, медали, антиквариат, новую импортную бытовую технику…» Нижние строки писались уже совсем маленькими буквами и скрывались за щетками «дворников», но было ясно, что здесь скупали все. Время от времени к машине подходил очередной страждущий наклонялся к приспущенному водительскому окну и после разговора отходил в сторону, с выражением удовлетворения или напротив, отчаянья, на лице.
Вторую машину посещали реже, но зачастую визит к ней происходил к ней после посещения первой машины. Через некоторое врем из красной, тонированной «шестерки» расслабленно вышло смуглое лицо «нерусской национальности» и подойдя к черной «копейке» сунуло в салон какую-то коробку, получив, после коротких переговоров несколько денежных купюр. Установить национальность лица «нерусской национальности» мне помогла девушка, национальность которой я установил безошибочно. Молодая цыганка нырнула на заднее сидение «шестерки», чтобы вылезти обратно через пару минут. Толпа, хаотично снующая по самой загруженной площади города, помогла мне проследить за смуглой девчонкой в синей платье с люрексом и зеленом, блескучем платке на голове, что неторопливо перешла дорогу через подземный переход, после чего шлепнулась на скамейку в небольшом сквере, где предприимчивые граждане устроили стихийный базарчик. Скамейка была плотно оккупирована толстыми тетками той же национальности, что и девица. Вокруг скамейки стояло несколько огромных клетчатых сумок «мечта мародера», а на веревке, натянутой между двух, измученных городской экологией, слабосильных березок, висел нехитрый товар, в основном спортивные костюмы, являющиеся уже несколько лет униформой бандитствующей, приблатненной, да и просто молодежи. Как я понимаю, ребята в шестерке толкают наркоту, которую им периодически, подносит малолетняя связная. Основная часть товара прячется среди упаковок «спортиков» на дне сумок из полипропилена, окрашенного в крупную клетку. Больше всего меня интересовало, кто крышует этих ребят, что так нагло устроились в самом центре Левобережной части города. Хотя есть вероятность, что их «крыша» сейчас парится в застенках «беспеки», а новые покровители еще не подтянулись? В любом случае, повязать их в одиночку я не смогу. Или надо документировать сбыт, с описанием денег, закупщиком, понятыми и прочей мурой, что я не смогу осуществить в одиночку, или брать их с «грузом», достаточным до реального срока. В этом случае, мне, все равно, требуется подготовка.
Вечером я, как образцовый милиционер, сидел на разводе, честно и открыто глядя в глаза шефа.
— Сделал?
— Что сделал? — не понял я вопроса руководителя.
— Отказные все напечатал?
— А, отказные? Нет, там пока принтер не рабочий, к выходным обещали новый картридж поставить, тогда сделаю.
— Хорошо. Тогда чем занимался целый день?
— Так тексты отказных набивал, чтобы в выходные быстро распечатать…
— А… хорошо. Что на раскрытие?
 
— А Жемчуг обещал, к следующим выходным, десять преступлений раскрыть. — тут же сдал меня гнусный Герасимов: — Даже поспорил со мной.
— Ну и хорошо. — кивнул головой начальник отделения уголовного розыска, не поднимая головы: — Жду результатов. На что хоть поспорили, на «пузырь»?
— Нет, на тысячу долларов поспорили. Жемчуг сказал, что раскроет десять сбытов из отдельных поручений, что вы ему сегодня отписали. Командир, а для того, чтобы в Таиланд поехать в отпуск, рапорт надо писать?
— Надо, на имя генерала… Что? На сколько вы поспорили? — шеф поднял голову и недоуменно уставился на нас.
— На штукарь баксов. Вот теперь думаю, на что их потратить. Хотел в Тай скататься. — Вася Герасимов даже зажмурился в предвкушении, как тайские проститутки, увидев его молодое тело, бросятся предлагать ему бесплатный секс в одном из номеров шикарного отеля на Волкинг-стрит.
— Видите шеф, как Вася о леди-боях мечтает! — я попытался увести разговор в другое русло.
— Каких боях? — Вася вынырнул из грез влажных фантазий.
— Погоди, Герасимов. Так я не понял, насколько вы поспорили? — мне кажется, что начальник что-то заподозрил.
— На штуку баксов. А что, на Тай может не хватить? — Вася, душой пребывавший на улицах русскоязычной Паттайи, не в шутку обеспокоился.
— Так, закрыли тему. Николай, после развода не уходи.
Как не пытал меня начальник после развода, что же я увидел в пустых строках отдельных поручений, я отбрехался тем, что по своему опыту знаю — пятнадцать процентов «темных» дел остаются нераскрытыми потому-что никто их внимательно не прочитал. Так и отпустил меня начальник, посмотрев в спину с жалостью, как на больного, с сезонными обострениями.
А потом я два часа возился с машиной, но завел ее и покатил к дому. Судя по запыленному ветровому стеклу «копейки», стоящей во дворе, моя супруга сегодня на машине никуда не ездила, скорее всего машину мне не дала из вредности.
— Судя по характерному попердыванию, ты приехал на своем «козле»? — передо мной на стол опустилась тарелка с куском рыбного пирога.
— Да, мне завтра машина нужна будет.
— Мог бы и мою взять.
— Спасибо, любимая, но друг ты завтра по своим делам, как сегодня поедешь, а тут я. Лучше на своей буду.
— Он у тебя бензина жрет так, что никаких денег не напасешься.
— Спасибо, солнышко. — я ухватил ведьму за бедра, рывком усадил на колени и потянулся губами к шее: — Было очень вкусно!
— Иди побрейся и приходи. — женщина вырвалась из моих рук и пошла в сторону спальни. Чувствую, что меня простили, правда не знаю, за что.
Красная «шестерка» была зарегистрирована на женщину средних лет с простой русской фамилией Иванова, которая проживала в частном доме, по улице Радистов, на территории нашего района. При проверке по информационной базе этого дома, принтер в комнате ИЦ сошел с ума, выплевывая перфорированную широкую бумажную ленту. Судя по всему, шалить мужская часть жильцов этого дома начала еще при Брежневе, а может быть более ранние архивы просто не загонялись в базу. Кроме систематических посадок за колючую проволоку по причине любви к наркотическим веществам, мужчины Ивановы баловались угонами, разбоями и кражами. Женщины из этого дома по этапу уходили реже, но всегда за «наркоту».
На место я выдвинулся вечером, около девяти часов. Ударная точка работала допоздна и закрывалась, когда солнце заходило за крыши высотных домов. Мои опасения, что легкая «шестерка» легко уйдет от старого вездехода, не оправдались. Три пожилые цыганки с излишками выпуклостей, четыре, плотно набитые товаром, объемистые сумки с товаром в багажник, и подвеска заднего моста седана просела до самого крайнего предела. Молоденькая цыганочка уселась на колени парню на переднем пассажирском сидении и табор, скрипя пружинами, покатил в сторону городской окраины. Свой объект наблюдения я потерять не боялся, так как конечная точка маршрута была мне известна. Так, неторопливо, доехали мы до районного суда, на стоянке перед которым я и припарковался. До цыганского гнезда было метров двести по прямой. Для полного комфорта наблюдения я взял с заднего сидения старый полевой бинокль фирмы «Цейс», что несколько лет назад я нашел в старом сундуке, оставшемся от деда. Пассажирки «шестерки» быстренько подхватили сумки из багажника и сноровисто затащили их во двор. С передних сидений машины вальяжно вылезли два чернявых парня в цветастых футболках и неспешно зашли во двор через широко распахнутую калитку.