Вторая жена господина Нордена. Книга 2

– Отлично… – Целитель тут же начал быстро записывать в карте. – Я не про потерю памяти, конечно, – пробормотал он. – Как же это вас угораздило забрести на болото, Элианна? А целителя приглашали?
– Да, семейного, – ответила я, радуясь, что знаю хотя бы это. – Он ничего не смог сказать, но обещал поискать решение.
– Если ваш супруг не возражает, я тоже посмотрю.
– Смотри, – милостиво разрешил Адриэн.
Я поёжилась, чувствуя себя какой-то вещью, которая ничего не может решить сама. В глазах снова защипало, и я крепко зажмурилась, стараясь прогнать неуместные сейчас слёзы.
– Но это потом. Давайте всё-таки начнём с вашей ноги. – Целитель отложил ручку и закатал рукава халата. Или у них тут это называется мантией?
Я кивнула, всё ещё стараясь ни на кого не смотреть, и сняла туфлю. Рониэль вылез из-за стола и присел передо мной на корточки, осторожно взяв мою ступню в руки.
– Перелома точно нет, вывиха тоже, иначе вы не смогли бы ходить. – И он хохотнул, словно выдал какую-то забористую шуточку. – Но покраснение и припухлость есть, так что на всякий случай я сейчас гляну через своё волшебное стёклышко. – И он, не вставая, выдвинул ящик стола, откуда извлёк какой-то кристалл. Приложил к нему руку, и артефакт засветился зелёным.
Поднеся кристалл к моей щиколотке, целитель глянул в него и с явным удовлетворением кивнул.
– Как я и говорил, всё цело. Но есть небольшие повреждения тканей, проще говоря, ушиб. Постарайтесь в ближайшие несколько дней не перегружать ногу: долго не гуляйте, не танцуйте и не прыгайте. Обещаете, что будете слушаться? – И он весело подмигнул мне, а я вдруг почувствовала себя гораздо лучше. Целитель общается со мной, как с ребёнком, но это скорее мило, чем унизительно.
– Обещаю, – улыбнулась я.
– Я дам вам отличную мазь, которая всегда выручает. Итак, что у нас дальше? Слышал, что вас посмел укусить невоспитанный комар?
– Рониэль, моя жена, конечно, потеряла память, но не стала слабоумной, – вдруг раздался язвительный голос из кресла возле двери. Я так отвлеклась на осмотр, что как-то забыла про Адриэна. Ну и кто его просил вмешиваться?
Рониэль разом растерял весь задор и стушевался. Обернулся к Адриэну, потом снова ко мне.
– Простите, Элианна. У меня сегодня побывало несколько детишек, и я, видимо, слишком вжился в роль доброго дядюшки целителя. Сами понимаете, их нужно успокоить, прежде чем оказать помощь…
– Всё в порядке, господин Эксерс, – ответила я, и по тому, как взлетели вверх брови целителя, тут же поняла, что попала впросак. Он нахмурился и погрозил мне пальцем.
– Меня зовут Рониэль, Элианна.
– Э-э, да, конечно, Рониэль… – И я, чтобы поскорее загладить неловкость, задрала рукав платья.
– Де-е-емоны похотливые! Ох, прошу прощения, Элианна… – Целитель смутился и тут же перевёл взгляд на руку. Смотрел так, словно увидел ядовитую змею. Я рискнула тоже глянуть: кажется, дела совсем плохи, потому что рука уже начала синеть. Интересно, а если её отнимут, муж со мной разведётся?
– Совсем плохо? – подал голос Адриэн. Встал из кресла и подошёл к нам. Однако его моя бедная рука не впечатлила. Ну во всяком случае, он просто стоял и смотрел на неё, никак не выражая чувств.
– Не могу сказать, что совсем плохо, но и не хорошо. Такая реакция на укусы, конечно, редкость, но случается. Дам противоядие, и всё будет хорошо.
Рониэль почесал подбородок, потом направился к одному из шкафчиков, стоявших по стенам кабинета, который я пока толком не успела рассмотреть. Погремев какими-то склянками, целитель вернулся и поставил на стол несколько бутылочек с белыми ярлыками. Достал из кармана мантии прозрачную трубочку, которую я сразу узнала: местный градусник. Приложив её к моему виску, покачал головой.
– Температура слегка повышенная, но это как раз обычное дело при такой аллергии. Всё-таки насекомые впрыскивают яд… Ну ничего, всё поправимо, пока мы… – И он запнулся, быстро отвернувшись к столу.
Я с опаской наблюдала, как он перелил в стаканчик-мензурку немного красной жидкости из одной бутылки, потом добавил что-то синее, и смесь зашипела.
 
– Прекрасно, – пробормотал он и открыл третий пузырёк, содержимое которого оказалось прозрачным. Подлил в стаканчик и протянул мне. – Выпейте, Элианна.
Я приняла из его рук лекарство и осторожно понюхала. Вроде никакого запаха нет, но на вид жутковатое. Хотя если оно избавит меня от зуда в руке… Я зажмурилась и залпом выпила зелье. И тут, наконец, из глаз хлынули давно накопившиеся слёзы: зелье оказалось таким горьким, что меня едва не стошнило прямо на пол кабинета. К тому же от выпитого горло сдавило так, словно туда запихнули огромный камень. Я попыталась сделать вдох и не смогла. Ещё одна попытка, и ещё… Я задыхалась, отчаянно хватая ртом воздух. Но тут мне под нос подсунули какую-то склянку, и я кое-как, с диким хрипом вдохнула. Судорожно выдохнула и снова вдохнула. Когда кое-как отдышалась, целитель протянул мне стакан с чем-то прозрачным.
– Запейте, это вода. Но согласитесь, если бы я сразу сказал, что оно горькое, вы бы долго не решались выпить. – И целитель довольно крякнул, а я продолжала плакать, но уже не от зелья. Они тут все садисты! То Адриэн вылил мне на порез антисептик без предупреждения, то этот Рониэль обманом подсунул какую-то жуть, от которой я едва не задохнулась! А теперь меня ещё и тошнит от всей этой горечи…
Я почувствовала, как кто-то обнял меня за плечи и притянул к себе. Ну ясно, кто. Не целитель же. Муженёк вспомнил, что на людях ему надо изображать влюблённого.
– Сейчас всё пройдёт. Зато не будете мучиться, – тихо сказал он.
Мне было уже всё равно, я просто уткнулась в сюртук Адриэна и заливала его слезами. Как бы ещё соплей не навешать… Хотя вообще-то так ему и надо. Муж тем временем поглаживал меня по голове.
– Ну что вы, Элианна, ну что вы, – приговаривал где-то рядом целитель. – Я-то хотел как лучше… Давайте-ка мы лучше намажем вам руку чудодейственной мазью и посмотрим порез.
– Не… не хочу-у-у, – всхлипнула я, наплевав на то, что выгляжу и впрямь как неразумное дитя. Хотя целитель именно так со мной и разговаривает, а я просто поддерживаю имидж.
– Ладно, не буду вас смущать и выйду. Скажу Жеремису, пусть велит Дэнне сделать вам отвар. Не горький, обещаю. – И целитель, как-то смущённо кашлянув, похоже, нас покинул.
– Элианна, послушайте… – начал Адриэн, оторвав от себя мои руки. – Понимаю, вам сейчас плохо, но давайте не будем задерживать целителя. Да и у меня ещё много дел, так что хотелось бы поскорее вернуться домой. Я попрошу Рониэля впредь предупреждать вас, если будет больно или горько. Договорились? – Ему, наконец, удалось отстранить меня. Всё это время муж сидел рядом со мной на корточках, но теперь поднялся, и я сразу почувствовала себя одиноко. Уж лучше бы целитель не уходил: тогда муж, по крайней мере, притворялся бы заботливым…
– Осталось потерпеть совсем немного: покажете палец, и всё.
Я, кое-как вытирая слёзы рукавом, помотала головой. Адриэн достал из нагрудного кармана аккуратно сложенный носовой платок и протянул мне. Я уткнулась в него лицом и не очень аристократично высморкалась. Да плевать. Мне уже успели порядком надоесть и этот непростой мир, и роль Элианны, и целители с их зельями…
– То есть не покажете? – уточнил Адриэн, и я снова помотала головой, не отрывая от лица платок.
– Значит, хотите, чтобы я второй раз остался вдовцом?
Вопрос мужа застал меня врасплох. Ну нельзя же вот так манипулировать людьми! Я ещё раз высморкалась и скомкала платок в руке. Мне бы зеркальце: наверняка выгляжу кошмарно.
– Н-не хочу, – наконец выдавила я.
– Тогда покажите Рониэлю порез, чтобы я мог быть спокоен за ваше здоровье. – Голос Адриэна прозвучал так устало, что я устыдилась собственного поведения. Наверняка здешних аристократов с пелёнок учат выдержке. Я вспомнила тихих детишек Элиноры и то, как она ругала дочку за слёзы, и тяжело вздохнула.