XVII. Де Брас (СИ)
— Простите, была неправа, — коротко ответила она совсем иным тоном.
— Забыли, Луиза. Извини, что ударил. Более я себе подобного не позволю!
Она лишь хмыкнула в ответ и криво улыбнулась. Кажется, я все же был прощен. По крайней мере, на этот раз.
— Благодарю, что вытащила с того света моего товарища д’Атоса.
— Сделала, что смогла. Он сильный, он справился.
— Как себя чувствует моя пленница? Всем ли довольна?
Лулу выразительно сплюнула на пол. Все же ее простая натура иногда выскакивала из образа, который она последнее время пыталась играть.
— Тварь она! Злобная и опасная тварь! Куда опаснее той несчастной животины, которую вы истребили, мой господин. Она чуть было не соблазнила своего охранника, благо я вовремя почуяла неладное и позвала господ Дюси. Они остановили побег в последнюю минуту!
Миледи Карлайл, как всегда, была на высоте. Просто ей немного не повезло. Ее охраняла девушка, которая плевать хотела на все ее женские чары.
— После этого господин Люка стал лично охранять ее поочередно с господином Бенезитом. Солдатам веры более нет. Но, опасаюсь, что и этих она совратит, очень уж она… красивая женщина…
Лулу выразилась несколько коряво, но я прекрасно понял ее мысль. Да, от Люси просто разило женскими чарами. Мужчины шли за ней хоть на убой по единому ее жесту. Опасная гостья, но долго у нас она и не задержится. Как только я верну книгу кардиналу, выпущу миледи на свободу. Более надобности в ее присутствии нет.
— Последи за ней еще неделю, не больше. Не упусти ее!
— Я все сделаю… — Лулу замолчала, словно что-то обдумывала, потом все же решилась: — Господин, эта женщина в положении…
— Знаю, это мой ребенок, — я не стал скрывать от нее правду.
Ведьма схватилась за голову и вышла из комнаты, бормоча себе под нос:
— Беда, беда… беда, беда…
Я спустился в левое крыло, дабы лично проверить надежность замков на комнате Люси. Целый этаж был перекрыт в дальней его части, и никто не имел право туда входить, кроме братьев Дюси и одной служанки, приставленной в помощь графине.
Но в ближних комнатах кипела работа.
Мне навстречу попались несколько слуг. Все были заняты делом, никто не прохлаждался и не отлынивал. Мужчины тащили в кухню корзины с провиантом, девицы протирали вековечную пыль и чистили мебель. Одна выскочила прямо передо мной с ночным горшком в руках, чуть не налетев и не расплескав содержимое, что-то негромко пискнула от страха и присела в глубоком книксене, склонив голову.
Я отшатнулся в сторону, но вроде уцелел, и лишь отмахнулся, стараясь держаться подальше.
Наконец, я дошел до закрытой части крыла и тут же наткнулся на братьев Дюси.
Люка и Бенезит вольготно развалились в просторных креслах прямо у входа в апартаменты графини и играли в кости, попивая вино из древних замковых кубков.
Увидев меня, они резво вскочили на ноги.
— Ваша милость, господин барон, во вверенном нам крыле все спокойно! — отрапортовал Люка. — Пленница находится под неусыпным контролем, никаких происшествий не было!
— Жалоб нет?
— Никак нет! Вина вдоволь, еда вкусная. Скучновато только…
— Да речь не о вас! У графини жалобы имеются?
— Ах, у графини, — Люка почесал затылок, — эта женщина постоянно требует то одно, то другое. То свежие фрукты, то козий сыр! Если сыр мы еще можем отыскать, то где я осенью найду виноград? Благо, Бернадет, служанка, помогает — кушать подает, одеться-раздеться даме, да хотя бы тот же горшок ночной выносит! Без нее было бы совсем туго! Вот только что вышла из комнат госпожи, опять ее отправили за чем-то необычным! Бедолага, совсем измучилась!..
Речь, очевидно, шла о той девушке, которая чуть было не налетела на меня с тем самым ночным горшком и не запачкала мои одежды.
— Откройте дверь, хочу взглянуть на графиню!
Бенезит зазвенел увесистой связкой ключей, долго подбирал нужный, наконец, отпер первую дверь и мы вошли в короткий коридор, в конце которого за тяжелыми портьерами скрывался вход в тюремную камеру графини. Впрочем, это была не камера в прямом смысле этого слова, а лишь зарешеченная комната с крепкой дверью, из которой было невозможно выбраться, даже если ты гимнаст. Бенезит открыл и вторую дверь, а сам остался в коридоре, Люка же вошел со мной, но вглубь комнаты не пошел, решив ожидать у двери.
Комната леди Карлайл была, как мне показалось, обставлена комфортнее любого другого помещения, что я видел прежде в замке. Откуда-то притащили толстый ковер, задрапировали стены, подвесили несколько картин, поставили пару диванов и кресел, да и кровать в углу выглядела солидно — мощные дубовые ножки, толстая перина, теплые шкуры и одеяла поверх. В углу отгороженная ширмой часть под уборную.
На столике посреди комнаты лежали фрукты, стоял кувшин с вином, несколько отрезов сыров.
Хорошо устроилась Люси! Не плен, а санаторий!
— Леди Карлайл, не пугайтесь, я к вам ненадолго! Нужно поговорить…
Люси молчала. Она лежала на кровати, отвернувшись от меня к стене, и, кажется, дремала. Я не хотел ей мешать, но и особо церемониться не собирался. Поэтому подошел вплотную и слегка потряс за плечо. Она никак не отреагировала, поэтому я дернул сильнее, и внезапно повернул ее тело на себя.
Это была не Люси. Передо мной на постели лежала незнакомая мертвая девушка с перерезанным от уха до уха горлом.
Я невольно вскрикнул, сам того не желая.
Люка Дюси, который все это время находился у входа в комнату, подбежал ближе, и замер на месте.
— Это же… это Бернадет! Но как так? Она ведь только недавно вышла! Я сам видел!
Браво, миледи! Я не узнал вас, хотя столкнулся с вами нос к носу! Великий актерский талант и немного импровизации!
Она убила служанку, облачилась в ее одежды и, прихватив горшок, содержимое которого никто не стал бы проверять, легко выбралась наружу.
Сколько времени прошло? Десять минут, четверть часа? Слишком много! С ее удачей и везением, леди Карлайл уже наверняка покинула замок и теперь движется в неизвестном направлении с максимально возможной скоростью.
Так и оказалось. Переполох, поднятый братьями Дюси, ничего не дал. Многие видели девушку с ночным горшком в руках, но никто даже не подумал следить за ней. Стражники у ворот выпустили всадника — низкорослого мужчину, уверенно сидящего в седле. У них не мелькнуло и мысли, что перед ними женщина.
Итак, миледи бежала. Это плохо, но не критично. Я и не собирался держать ее в плену вечно, а лишь до передачи книги кардиналу. Что же, значит, и мне нечего ждать утра, а лучше завершить все намеченное сегодня же.
— Возьмите факелы, наденьте защитные маски, как в прошлый раз, — приказал я расстроенным своим промахом братьям Дюси, — так же прихватите несколько крепких мешков, мы идем в пещеру!
За прошедшие дни Люка и Бенезит обследовали склоны холма по моему приказу и кое-что обнаружили. Во-первых, скрытый вход во внутренние пещеры, куда легко можно было войти в полный рост. А во-вторых, один из схронов контрабандистов.
Но дальше первоначальной разведки дело не двинулось, я велел ждать моего возвращения.
Местными бандитами я намерен был заняться плотно и всерьез, но чуть позже. Сейчас лезть в их тайники смысла я не видел, а вот удобный подъезд к пещере был как нельзя кстати.
Пусть повозка туда не подъедет, но перетащить на руках туго набитые мешки до телеги, которая будет ждать чуть ниже по склону, вполне реально.
Так я и распорядился. Пока трое солдат везли телегу к указанному мною месту, дружно матерясь под проливным дождем и ураганным ветром, мы с братьями Дюси совершили очередной проход по секретному спуску прямиком сквозь чумное кладбище, а потом, ориентируясь по отметкам, что я оставил здесь в прошлый раз, дошли до пещеры Алладина, как я стал ее называть.
Сокровища катаров… или, точнее, часть их, за хранение которой отвечало семейство Монро. Теперь это все мое. Сколько здесь в денежном эквиваленте — я не знал даже примерно, но средств явно должно было хватить для воплощения моих целей.