Безжалостный (ЛП)

Брэн нажал кнопку, и лифт повез их наверх в пентхаус.
– Ты скажешь мне, переехала Элли или нет? – он не смотрел на своего брата, предпочитая смотреть прямо перед собой.
– Да. Мне очень жаль, Райли, – вздохнул Брэн. – Она переехала несколько дней назад.
Он кивнул себе.
– Хорошо.
Это не имело значения. Как только он соберет свои вещи, то найдет квартиру настолько близко к ее, насколько это возможно. Он начнет все сначала и в этот раз сделает все правильно.
– Элли просила извиниться, что не пришла сегодня в больницу. Она не ожидала, что тебя выпишут сегодня, – объяснил Брэн.
– Я знаю. Она прислала сообщение.
Элли написала, что желает ему хорошей поездки домой. Ему следовало догадаться, что она не будет ждать него.
– Кроме того я видел новости.
– Да, я как раз собирался все тебе рассказать.
– Вы не можете вечно держать меня в неведении.
Брэн, Дрю и Хатч упорно молчали о Касталано и том, что произошло после того, как Элли стреляла в него. Он туманно помнил Дрю над телом Касталано, и как он сам молил брата не убивать старого ублюдка. Не потому, что он этого не заслужил, а потому, что Райли не хотел, чтобы руки Дрю были запачканы его кровью.
Райли все еще помнил, что Элли не мешкала. Она воспользовалась пистолетом, когда у него уже не было сил. Она не убежала, как он ее просил. Вместо этого Элли осталась с ним и позаботилась об этом старом ублюдке.
Который выжил после трех пуль, что она в него всадила, но вчера с ним случился сердечный приступ. Накануне он разговаривал с полицией. Его адвокат хотел заключить сделку в обмен на информацию обо всех действиях Касталано и его партнеров.
– Я хочу знать обо всех, кто входил и выходил из его палаты, – произнес Райли.
– Кейз уже занимается этим, – ответил Брэн. – И, разумеется, ты знаешь, что об этом думает Дрю.
– Думаю, то же, что и я. Патрисия Кейн и четвертый неизвестный постараются добраться до Касталано до того, как он сможет говорить. Она знала, что на флешке Стрэттона на нее ничего нет, когда кто-то из полиции рассказал, что было на флешке.
Записи о сделках Касталано по продаже технологий с иностранными компаниями и государствами. Он заработал миллионы. К сожалению, он их потратил.
Лили Галло тоже оставила после себя доказательства. В ее компьютере был файл, детально описывающий все, что она делала по поручению Касталано. Этот файл должен был быть отправлен Элли и в полицию, в случае если Лили не проверит свой сервер в течение 36 часов.
Элли была свободна, с нее сняли все обвинения. И она ушла.
– Знаешь, она сделала очень много за последние пару недель, – произнес Брэн, словно прочитав его мысли.
Путешествие на верхний этаж казалось бесконечным. Райли спустится обратно, как только сможет. Он придет к ее квартире и пригласит ее на свидание. А если она откажет, завтра он сделает это снова.
Он не мог потерять свою жену. Она для него была самым важным человеком на свете.
– Я понимаю, что ей надо быть в «СтратКаст».
– В компании царил хаос, была куча юридических вопросов, с которыми необходимо было разобраться, а ее юрист оказался в больнице.
– Я все же мог бы это делать, – возразил Райли.
– Нет, – покачал головой Брэн. – Ты самый упрямый человек из всех, кого я знаю. Раньше это был Дрю, но ты оказался еще упрямее. Друг Гаррисона проделал отличную работу. Акции были переведены Элли в соответствии с условиями партнерского соглашения между Касталано и ее отцом. Так как он умер и не оставил наследников, все перешло к ней. Несмотря на то, что она все еще находилась под следствием на момент смерти Касталано, она выписала солидный чек его вдове.
– Это моя Элли.
Она не смогла бы смириться с мыслью о том, что вдова Касталано обнищала. Эта женщина всегда была тихой и робкой, словно пришибленная жизнью и ужасным мужем.
– И она оплатила похороны Лили, – тихо произнес Брэн.
Райли был зол на Лили Галло, но его гнев – ничто, по сравнению с болью Элли.
– Хотел бы я быть там и держать ее за руку.
– Дрю и я позаботились о ней.
– Я удивлен, что она позволила вам это.
Райли ожидал, что она отстранится от всех них.
Двери открылись, и Брэн выставил руку, чтобы придержать их.
– Она была очень милой и немного властной в некоторых вещах. Дрю сначала взбесился, но она напомнила ему, что она – женщина в доме. Он сказал, что это его чертов дом. Тогда она пригрозила забрать тебя и свои восхитительные шоколадные печенья. После этого Дрю решил, что ему больше не нужна военная комната.
– Что? – покачал головой Райли.
Дрю стоял в коридоре с ироничной улыбкой на лице.
– Она сделала исключение для военной комнаты. Она сказала, что не позволит привести своих детей в дом, где есть военная комната. Так что теперь моя чертова военная комната перестраивается.
Брэн поднял руку, приготовившись дать пять.
– У нас теперь настоящая игровая комната. Элли все здесь преобразила.
– Твоя жена – заноза в заднице, – пожаловался Дрю. – Но раз уж она теперь член семьи, приходится терпеть. И тебе надо поскорее поправляться, потому что ее Совет тоже как заноза в заднице. Я переписал свои акции на тебя. Так что тебе придется разбираться с тем, что она собирается улучшить мир с помощью хорошего менеджмента или подобных вещей.
Райли остановился и посмотрел на Брэна.
– Ты сказал, она переехала.
– Брэн, ты говнюк, – произнес Хатч направляясь к лифту.
– Ага, – усмехнулся Брэн. – Эй, я всего лишь младший брат, который никогда не доставал старших. Я потерял много времени. И машина ждет нас. У меня на сегодня припасено несколько удивительных стрипклубов для нас.
Дрю закатил глаза, когда Хатч присоединился к Брэну.
– Я спущусь через минуту. И мы не едем в стрипклуб. Мы собираемся на бейсбол.
– Посмотрим, что будет потом, – с лукавой улыбкой произнес Брэн.
Двери лифта закрылись, и Дрю положил руку на плечо Райли.
– Ты как?
– Я отлично, если моя жена здесь и борется с тобой за перестановку. Мы можем переехать, если хочешь.
Дрю покачал головой.
– Не надо. Я попросил ее остаться. Вы двое будете жить здесь чаще, чем мы. Считай, эта квартира – свадебный подарок. Я знаю, что скоро все будут двигаться дальше, но пока хочу побыть со своей семьей. Кстати, Элли переехала из твоей комнаты. Я отдал вам хозяйскую спальню. Она переделала ее за неделю. Я никогда еще не видел, чтобы рабочие работали так быстро. Мне нравится жить в пещере. А Элли любит свет. Я думаю, она идеальный вариант для тебя, братишка.
– Для всех нас, если ты позволишь. Ты не думал о том, чтобы остепениться?
Дрю шагнул назад.
– Не надо. Не начинай. Мне нравится Элли, но я не женюсь. У меня не будет детей.
– Почему? – Райли знал, если бы ему самому задали этот вопрос пару месяцев назад, он сказал бы то же, что и Дрю. Но сейчас, с Элли будущее стояло перед ним, как спелый фрукт и он не собирался отказываться от него. – У тебя может быть будущее, Дрю.
– Только если я отпущу прошлое, а этого я никогда не сделаю, – двери лифта снова распахнулись. – Я собираюсь заняться Патрисией Кейн. Я не прошу вас заниматься этим, но я не успокоюсь, пока она не окажется за решеткой или не умрет. И я вычислю, кто предал нас.
Двери закрылись, и Райли остался один. Не совсем один. Он больше не будет один.
Хотя Райли переживал за своего брата, он должен был увидеть Элли. Она стала светом в его жизни.
По коридору он направился к хозяйской спальне.
Когда он вошел в спальню, то увидел, что Элли полностью преобразила мужскую пещеру его брата в нечто светлое и милое. Комната теперь была выкрашена в красивый желтый свет. Она стала солнечной. Как его Элли.
– Мне сказали, что тебя не будет еще час.
Женщина была одета в обтягивающие джинсы и футболку, ее ноги были босыми. Очевидно, что она передвигала вещи, пытаясь сделать все идеальным.
Для него. Как он мог сказать ей, что только ее пребывание в комнате делает ее идеальной?