Релокант 7 (СИ)
Клинки столкнулись. Пролилась кровь. Застава пала. Хоть и сражалась до последнего вздоха своих бойцов. Жадный огонь поглотил трупы, и лишь один невосприимчивый к огню холщовый мешок остался лежать на пепелище нетронутым. А в нём традиционный альвийский способ объявления войны: голова дипломата, просившего о мире и переговорах.
Глава 10
Солнце нещадно жарило вовсю, заставляя меня истекать потом, даже сидя на своём вип-аэроплане. Погода тут неадекватно отличалась от других регионов, где уже ночью в полной мере ощущалась осень. Особенно в Холмогорье… Здесь же… Будто издеваясь надо мной и моими попытками справиться с палящим солнцем при помощи артефактов, природа была столь категоричной, что я диву давался.
Во время охоты на гигантского лавового краба, конечно, тоже было жарко, но там подобное как-то само собой разумелось. И я бы даже не сказал, что было жарче. Разве что около самих лавовых озёр и ручьёв, что время от времени появлялись в этом подземном лабиринте. Тут же пришло чёткое осознание: это место не для людей. Вряд ли здесь к обеду менее шестидесяти градусов Цельсия будет.
— КХИ-И-И!
— Да, лететь нам ещё много… Давай тормози на первом подходящем месте, где есть хоть какая-то тень, — согласился я с птицем, и мы продолжили вояж по этой воистину огромной пустыне.
Я был уверен, что мы уже пролетели расстояние не меньшее, чем занимает Холмогорье с востока на запад. Правда, конца и края этой зловещей территории так и не появилось. Сейчас, к слову, мои глаза смотрели на эту дикую местность не как на преграду на пути человека, а как на потенциальные владения. И мне такое соседство не нравилось. И вовсе не из-за скудных ресурсов или невозможности расселения людей, добычи пиши и подобного. Причина была совсем иной.
Людей здесь я не видел, а вот тварей… Первые, кого мы заметили — скелеты и нежить. Сперва даже подумал, что это просто кости на жёлтом песке. Но стоило только пролететь над ними, как они побежали следом, стряхивая с себя пыль.
Вторая проблема, что ещё больше напугает и ужаснёт простых людей и нелюдей — монстры. Странные, вычурные, опасные монстры, которые совершенно не имеют ничего общего с хищниками планеты Земля.
Нет, возможно, наши тигры где-то здесь и водятся, но стоят бедолаги на нижней ступени пищевой цепи. Среди множества других трудно описываемых тварей мне прямо в душу запали три из них. Вот с такими бы, ради хорошей охоты, я бы точно познакомился поближе.
Первым был огромный мохнатый монстр, напоминающий скорпиона. Только его похожая на тело нашего хищника туша не двигалась и служила своего рода домиком, откуда тварь выстреливала белыми щупальцами во все стороны, взрывая ими песок и заставляя основное тельце катиться вперёд, выискивая добычу. Размеры его оценить довольно трудно, но, по моим прикидкам, от ближних до дальних щупалец было около десяти метров.
Второй монстр мог бы посоперничать с Грохом Пустоши. Но если Гроха можно было сравнить с нашей огромной тоннелепрокладывающей машиной и Шаи-Хулудом, — песчаным червём из знаменитой «Дюны», что на созданной нашими, земными фантастами планете Арракис обитает, — то местная тварь, несмотря на подходящий для Арракиса пейзаж, совершенно на него не походила… Разве что по размерам приближалась к песчаному собрату: длина тела до километра и ширина пасти метров так в пятьдесят. Грох в сравнении с ними — личинка. Мелкая, мясистая такая личинка.
Этот зверь был подобен змее. Огромной змее, что своим монструозным телом пронзала барханы. Тело её было белым, видимо, чтобы лучше отражался свет, и сверкало на солнце, будто отполированное мириадами песчинок до зеркального блеска. Уверен: с такого можно не один легендарный артефакт заполучить.
Сам для себя я провозгласил её гигантским алмазным змеем. Очень уж он напоминал драгоценный камень.
Последний монстр заинтриговал сильнее прочих. В моём воспалённом воображении то была помесь гигантской ящерицы и скалы… Да, если представить себе Комодского варана, добавить ему клыки, щипы, нарастить длину лап и превратить две трети кожи в камень, который поднимается вместе с ним и шлёпает по барханам с сумасшедшей скоростью, после чего падает на новом месте и начинает зарывается под песок, оставляя сверху только камни, то… Именно этого монстра вы и увидите.
Именно под этой «скалой» мы и планировали прикорнуть, благо вихри маны предупредили о магической твари, отчего я и активировал Системный взгляд. Офигел тогда знатно: едва успел отвести Аракхи от посадки и пасти этого монстра размером с огромную виллу.
Только когда тварь поняла, что мы всё-таки сбежали, она, недовольно фыркнув, величественно отправилась искать новое место для ловушки-засады. А мы — новое место для остановки.
Жёлтые пески постепенно сменили расцветку на более светлую, почти белую. То тут то там стала мелькать ровная поверхность, а на горизонте замаячили какие-то скалы.
Туда мы и направились. Там мы и нашли людей. Удивительно, что человек даже в таких условиях умудряется выживать… Впрочем, хоть людей в отряде было большинство, прочих разумных тоже хватало.
Руководил этим отрядом огромный двуногий жук-скарабей в потрепанной накидке и парой посохов в передних лапах. Наше приземление сперва приняли за атаку, и я еле отговорил Аракхи от столкновения.
Через людей удалось добиться толку и диалога. Воды у них оставалось впритык, и они вынужденно остановили переход через пустыни с провожатым, начав рыть колодцы. Один из ящеров, что также присутствовали в этой компании, оказался магом льда, и его выжимали досуха, заставляя формировать льдинки, которые позже становились источником пресной воды для всей группы.
Двенадцать живых и измученных существ. Наш диалог стал познавательным и для меня, и для них. Я узнал, откуда они все и куда идут. Оказалось — ищут земли, пригодные для лучшей жизни. Тут ничего необычного. Жук был коренным жителем какого-то пустынного мира. Жёлтые барханы и дюны перенесло из его мира, как и монстров. Он сходу описал их особенности и названия. Ну а я постарался запомнить.
— Проводник говорит, что здесь не одна, а несколько пустынь, — араб, сносно говоривший на английском, переводил стрекотания «проводника».
— А что находится там? — показал я рукой в ту сторону, куда вела нить, связывающая меня с Арин.
Человек жестами передал мой вопрос пустынному скарабею, и тот принялся что-то усердно демонстрировать.
— Он говорит, это запретные места. Опасные, недоступные. Красная пустыня, где песок пропитан кровью тысяч и тысяч живых существ. Никто оттуда не возвращался.
Хм… Странно. Если область запретная, то как я оттуда вернусь? Надеюсь, Боги урегулировали этот вопрос.
— Зачем тебе туда, брат?
— Туда забрали человека, что мне дорог. Я планирую спасти её.
Араб покачал головой и начал внезапно молиться. Я слышал его и знал арабский язык… Хотя и не показывал этого. Он молился о лёгкой смерти мне и принятии моей души к Аллаху.
— Спасибо. Но умирать я не планирую. В этом мире у меня слишком много дел и невыполненных обещаний. С вашего позволения я напою своего друга водой…
Открыв арку входа в «общагу» и встретившись с отцом, я объяснил ему суть проблемы. Выход мы нашли быстро: в здании имелась вода. И её, что немаловажно, было много. К слову, в прошлых своих версиях лагерь пробивал колодец в том месте, где я его разворачивал. То есть, в пустыне вообще не факт, что вода бы шла из кранов. Но она шла. Причём таким потоком, что сразу стало ясно: плевать, где я открыл дверь и кинул куб. Это пространство «вне» моего мира и нынешнего местоположения.
— Уважаемые, я могу вам помочь… Вот вода… У меня её достаточно. Если желаете, можете наполнить ёмкости. Либо же можете присоединиться ко мне, — кивнул я на дверь.
Эту волшебную дверь беженцы уже прожигали своими взглядами, не веря в подобную магию.
— Господин маг, что это за место? — обратился ко мне араб уже на своём языке.